Испанский любовный обман - Елена Армас

– Да неужели?

Вместо того чтобы отвечать на явно риторический вопрос – кто на моем месте не требовал бы продолжения? – я решила сменить тему.

– Можно кое-что спросить?

Я подняла голову, чтобы видеть его лицо.

Аарон поймал взгляд.

– Тебе – о чем угодно.

– Откуда, черт возьми, ты знаешь испанский?

Он смущенно улыбнулся.

– Нет, правда, – настаивала я. – Понятия не имела, что ты знаешь хоть слово. А ты говоришь чуть ли не свободно. – Мне понравилось, как у него довольно заблестели глаза. Таким он был даже красивее, чем с улыбкой. – Подумать только, ты понимал все прозвища, которыми я тебя называла!

Он вздохнул, немного смутившись.

– На самом деле я не знаю испанский.

– Как это?

– Ты говорила, все должно пройти идеально.

Я захлопала ресницами, пытаясь понять, к чему он клонит.

– И что? Ты прошел ускоренный курс перед полетом?

Я всего лишь пошутила, но Аарон вдруг пожал плечами.

Тут меня осенило.

– О господи. – Я выдохнула. Он и правда прошел курс. Чтобы угодить мне…

– Если честно, я учил испанский давным-давно, еще в школе. – Аарон снова потянулся к моим волосам, рассеянно играя с прядями. – А теперь появилась уйма всяких приложений. Я немного освежил язык в памяти, чтобы произвести впечатление. На самом деле еще учить и учить.

Что-то, видимо, отразилось у меня на лице (надеюсь, не обожание, которое я в тот момент испытывала), потому что Аарон заинтересованно поднял бровь. Затем притянул ближе, прижал к груди и поцеловал в плечо. Под касанием его губ я чуть не растаяла, как масло, забытое на солнце.

– Уверен, мне не хватает словарного запаса, – задумчиво добавил он и опять поцеловал. – Самых интересных слов.

– Ох… – Я улыбнулась, чувствуя, к чему ведет разговор. – Ты хочешь, чтобы я научила тебя грязным словечкам?

Я многозначительно пошевелила бровями. Аарон усмехнулся так, что я выскочила бы из трусиков, не валяйся они к тому времени на полу.

– Что ж, тебе повезло, я хороший учитель.

– А я – примерный ученик. – Он подмигнул так, что сердце пропустило удар. – Правда, иногда бываю рассеянным.

– Ясно. – Я прижала палец к его груди. Аарон мимолетом опустил взгляд и снова посмотрел мне в лицо. – Видимо, тебе нужна мотивация, чтобы не отвлекаться от заданной темы.

Я провела пальцем вверх, по груди, по шее, подбородку и наконец добралась до губ. Аарон приоткрыл их, чуть слышно выдохнув.

– Это… Это… – Я приподнялась и легонько поцеловала его. – Слово из шести букв. Labios. Tus labios. Твои губы.

Аарон в ответ поймал мои губы в поцелуе, как будто считал, что для лучшего запоминания слово надо попробовать на вкус.

– А это… – прошептала я, углубляя поцелуй и сплетая наши языки, – еще одно слово из шести букв. Lengua – язык.

– Кажется, такая методика мне очень нравится. – Аарон опустил голову, прижимаясь свежеизученной частью тела к моей груди. – А это? Как называется эта часть тела? – спросил он, задевая губами вершинку.

Ответила я не сразу – с губ сорвался смешок, сменяясь стоном.

– Это слово из пяти букв. Pezón. Сосок.

Аарон хмыкнул, водя ртом по моей груди и оставляя по пути мягкие поцелуи.

– Итак, слова из пяти и шести букв мы разобрали. – Он опять скользнул языком по коже. – Для закрепления методики пора перейти к словам из четырех букв. Можешь научить меня хоть одному?

Жаркое дыхание грело кожу.

Слово из четырех букв. Это легко. В моем родном языке их много. Однако разум коварно меня подвел. Не в первый, впрочем, раз. Единственное слово, которое шло на ум, было весьма своеобразным. Слишком сильным, невзирая на длину, и способным в считаные моменты переломить ситуацию. Изменить судьбы. Свернуть горы и развязать войну.

Слово было очень громким, и когда-то я обещала себе, что никогда не произнесу его вслух, если не буду до предела, каждой клеточкой тела в нем уверена. Если не буду точно знать, что это не обернется бедой.

Аарон тем временем воспользовался паузой, чтобы сполна распробовать на вкус мою кожу. От его губ сердце заходилось ударами.

– Не знаю, – рассеянно пробормотала я, напуганная и до предела возбужденная.

Еще одна цепочка поцелуев заставила сбиться с дыхания.

– Ничего страшного, – спокойно сказал Аарон. – Правила можно нарушать. В конце концов, мы сами их создаем.

Он впился мне в губы, на мгновение отвлекая от мыслей. Когда мы отпустили друг друга, жадно хватая воздух, он снова опустил голову, запечатлев еще один поцелуй в области сердца.

– Corazón, – сказал Аарон тихо – так тихо, что слово проскользнуло в самую глубь организма, решив обосноваться там навеки. – Сердце. Это твое сердце. Семь букв.

Уставившись ему в глаза, я словно увидела там все чувства, о которых он молчал. Они были созвучны моим. Однако мне не хватило храбрости их принять. Я промолчала. Не решилась ничего сказать.

Аарон наконец заговорил, будто давая обещание:

– Я обязательно добьюсь от тебя слова из четырех букв.

Я ни капли в нем не сомневалась. Вопрос лишь в том, какой ценой?

Глава двадцать четвертая

Пробуждение с Аароном в одной постели оказалось совершенно новым для меня опытом. Сегодняшнее утро разительно отличалось от двух предыдущих.

Прежде всего, мы лежали голые. Впрочем, к этому можно привыкнуть, и довольно быстро.

Другое отличие, скорее формальное, заключалось в том, что я улыбалась во все зубы. Совершенно по-дурацки – боюсь, и спала с таким же выражением, глупым донельзя. Хотя к чему лишние смущения, когда в постели рядом Аарон Блекфорд собственной персоной – большой, голый и готовый к употреблению?

Это явно не повод для скандала.

Особенно когда возле бедра пульсирует нечто твердое и солидных размеров.

Аарон хмыкнул, перекатываясь ближе и толкаясь в меня этой частью тела.

Привет, любимая конечность!

– Доброе утро, – промычал он. Голос со сна был чарующе хриплым.

– М-м-м… – вот и все, что выдавила я в ответ.

Ужасно грубо с моей стороны. Но я была занята гораздо более важными делами. Например, тем, что поглаживала ему грудь. И кубики на прессе. И узкую дорожку темных волос. Их обязательно надо было изучить поближе.

– Через час приедут твои родители, – выдохнул Аарон.

– Угу. – Я и сама помнила. – У нас целых шестьдесят минут. За пять мы успеем собрать вещи, еще за три – принять душ. То есть у нас в запасе пятьдесят две минуты. – За это время я сполна изучу его тело. – Можно успеть многое. Главное – соблюдать принципы тайм-менеджмента.

Пальцы постепенно спускались все ниже и наконец сомкнулись вокруг искомого. Аарон вжался в мою ладонь.