Другая женщина - Пенни Винченци

- Конечно, нет. Я не хочу терять время. Завтра же объявлю всем о нашей помолвке и дам объявление в газете. Как только будет готово ее подвенечное платье, мы сразу же поженимся.

- Значит, это серьезно? - спросила Гарриет.

- Конечно. Я же всегда говорил, что если встречу подходящую женщину, то сразу же женюсь на ней. Надо сказать, что она быстро сообразила что к чему и тут же дала ответ. Я сделал ей предложение, когда подали пудинг, а за кофе она уже сказала мне «да».

- Чудесно! Могу я ее поздравить?

- Только не сегодня. Она очень устала и легла спать. Вся эта шумиха утомила ее. А завтра утром - пожалуйста. Во всяком случае, она говорила, что ты будешь первая, кому она скажет о нашем решении.

- Мерлин! - сказала Гарриет, вытирая слезы. - Я так рада за вас.

- Жаль, что я не принял это решение раньше. Столько времени потеряно. Ну ничего, у нас еще все впереди, ведь мы еще не старые. Мне хотелось бы иметь детей. Как ты думаешь, она может родить? Если нет, мы возьмем ребенка из приюта. Нам его дадут?

- Мерлин, я все узнаю, если хочешь, но на твоем месте я бы не спешила. Вам сначала нужно пожить вдвоем. Тебе так не кажется?

- Возможно. Так о чем ты хотела меня попросить?

Сидя за рулем машины Мерлина, Гарриет счастливо улыбалась. Романтическая любовь Мерлина и Жанин подняла ей настроение. Она хотела поздравить Жанин, но дверь ее комнаты была плотно закрыта, из-под нее не пробивался свет. Она сделает это завтра утром. Ей пришло в голову, что она сможет смоделировать подвенечное платье для Жанин, хотя, впрочем, Мерлин так спешит, что для этого не хватит времени. Интересно, какую они устроят свадьбу? Кто будет подружкой невесты и кто шафером? У Мерлина всегда было мало друзей, да и те, что были, уже на кладбище. В их возрасте больше ходят на похороны, чем на свадьбы. «Не исключено, - подумала она, улыбаясь, - что он пригласит в качестве шафера вождя какого-нибудь племени. Жанин бы это понравилось».

Позади сверкали фары чьей-то машины. Кто-то сигналил ей и просил дорогу.

- Обойдешься, - сказала она вслух. - Нечего так торопиться.

Немного развеселившись, она стала напевать песенку «Давай это сделаем», которая внезапно пришла ей на ум. К своему удивлению, она поняла, что помнит почти все ее слова: «Аргентинцы без труда делают это. Даже люди без гроша делают это…» Как там дальше?… «Даже золотая рыбка в неволе делает это…» Откуда она знает эту песню? Да ведь она слышала ее тысячу раз у Мерлина. У него целая куча старых пластинок, и он постоянно крутит их на своем допотопном граммофоне. До того как она подъехала к гостинице, Гарриет успела спеть «Надень свою старую шляпу», «Какой чудесный день» и «Ты прекрасно выглядишь сегодня». Зачем в машине стерео, если можно петь самой?

Она ставила «лагонду», когда подъехала сигналившая ей машина. Это был «бентли» Тео Багана, и вскоре из него вышел и он сам. Настроение девушки сразу ухудшилось.

Гарриет подошла к нему со слащавой улыбкой на лице.

- Тео, как приятно тебя видеть, - сказала она. Даже при тусклом свете гостиничных огней он выглядел ужасно: лицо серое, щеки ввалились. - У тебя дурная манера сигналить фарами, ослепляя водителя.

- О, ради Бога, Гарриет, не начинай, - устало сказал он. - Я думал, это Мерлин. Почему ты взяла его машину?

- Я украла ее, пока он спал, - ответила Гарриет, отметив про себя, что Тео выглядит стариком. - Вот, собираюсь ее продать, а деньги истратить. Что за дурацкий вопрос ты задаешь? Почему я взяла его машину? Да потому, что свою я одолжила твоему сыну.

- Лучше бы ты этого не делала.

- Почему?

- Какое это сейчас имеет значение? Должно быть, Мерлин очень любит тебя, раз разрешил взять его машину. Насколько я знаю, он никому не дает ее, даже мне.

- Некоторые больше заслуживают доверия, чем ты.

- Возможно. Извини меня, Гарриет, но я очень устал. У меня сегодня был трудный день. Я иду спать.

- Никаких спать! Нам нужно кое-что обсудить.

- Что же именно?

- Это будет чисто деловой разговор. Ничего другого у меня к тебе быть не может.

- Какой еще деловой разговор? Не понимаю, о чем ты говоришь.

- Ты все отлично понимаешь. Тебе знакомо название «Коттон филдз»?

- Не понимаю.

- Думаю, что знакомо, но могу повторить еще раз: «Коттон филдз». Ну как, вспомнил?

- Нет.

- Лжец! У меня сейчас срочное дело, а потом я поднимусь к тебе в номер. Или, если хочешь, встретимся в баре, чтобы не мешать Саше.

- Саши сейчас нет.

- А где же она?

- Уехала в Лондон.

- Без тебя? Интересно!

Тео молча открыл перед ней дверь гостиницы.

- Увидимся позже, - сказал он. - С нетерпением жду нашей встречи.

- Чего не могу сказать о себе, - ответила Гарриет.

Гарриет подошла к стойке портье. Девушку уже сменил молодой человек, полный сознания собственной значительности. У него было бледное, чисто выбритое лицо и гладко прилизанные волосы, на одном из пальцев сверкало кольцо-печатка. Его кричащий костюм бросался в глаза. Гарриет он сразу не понравился.

- Извините, - сказала она, преодолевая неприязнь, - могу я обратиться к вам с просьбой?

Молодой человек с презрительной улыбкой посмотрел на нее, но в это время зазвонил телефон.

- Прошу прощения, - сказал он и снял трубку.

Звонила, должно быть, его подружка, так как он повернулся к Гарриет спиной и начал разговор. Он был долгим. Гарриет спокойно ждала, стараясь не терять терпения. Наконец портье повесил трубку и повернулся к ней.

- Что вы сказали? - спросил он.

- Еще не успела, - ответила Гарриет, - но я собиралась вас спросить, могу ли я воспользоваться вашим факсом? Мне должны прислать кое-какие материалы, а я не знаю, где еще мне найти факс. Я живу недалеко отсюда, в Ведбурне, - уточнила она, боясь, что он примет ее за туристку.

Молодой человек холодно посмотрел на нее.

- Никогда не слышал о таком месте, - сказал он. - Я сам из Бирмингема.

Он произнес это с таким видом, будто все, кто не из Бирмингема, не заслуживали ни малейшего внимания.

«Меня не интересует, откуда вы», хотела было сказать Гарриет, но, подавив это желание, произнесла:

- Так вы разрешите мне воспользоваться вашим факсом? Можно мне позвонить в Париж и дать его номер? Я все оплачу.

- Вы остановились в нашей гостинице?

- Нет, я же говорила вам, что живу в Ведбурне.

- В таком случае ничем не могу вам помочь. Я не уполномочен давать разрешения пользоваться нашим факсом. У меня к нему нет доступа.