Нестандартный формат - De ojos verdes

в ресторане — бессмысленно. И они решили по-тихому провести вечер дома, так никого и не пригласив. Кто захочет — поздравит. Но на всякий случай девушка наготовила еды и испекла торт, по этому случаю поменявшись выходным с коллегой. С утра пораньше явилась Леся с поздравлениями, посидела пару часов, а потом откланялась. В процессе уговаривала сменить женскую консультацию, куда Ева встала на учет, обосновывая тем, что в «Центре Планирования семьи и репродукции», где женщина работает, специалисты самые толковые и надежные. Девушка деликатно отказалась, но все же обещала сходить и туда на осмотр.

Денис и Тимур неожиданно возникли на пороге спустя час после Олеси, всучили ей огромный букет, подарочный пакет и сразу же ушли, огорошив именинницу. Пообещали зайти завтра и отведать торт. Не успела она закрыть дверь, ураганом в квартиру влетела Элиза, приехавшая после пар. Стиснула Еву в объятиях и душевно поздравила, зацеловывая до удушья. Девушка смеялась, с обожанием смотря на младшую сестру и чувствуя острый приступ грусти…потому что родители до сих пор не позвонили. И не позвонят, судя по всему… Впервые в жизни она останется без теплых слов и объятий. Как безжалостной иглой в сердце.

Им вдвоем, конечно, было не до вселенских печалей, поэтому последующие несколько часов прошли в увлекательных беседах, в перерывах они умилялись присланным Томой фотографиям младенца, а также успели ответить на десятки звонков родственников и друзей Евы.

— Молва, кажется, еще не сильно распространилась, но парочка глаз светила особенно ярко… — резюмировала Элиза недовольно. — Очень хотели узнать, правда ли, что ты такая гулящая…

— Но твое присутствие обломало порыв любознательности, — рассмеялась Ева, намекая на то, что многие не рискуют сплетничать при сестре, она очень резкая и без стеснения ставит на место «Варвар».

— Но это тоже временно, ты же понимаешь? Москва, может, и большой город, но вероятность встретить их на улице очень велика, и как ты будешь выкручиваться? Ладно, они думают, ты в разводе, просто считают испорченной и позором семьи. А Руслану как объяснишь, если кто-то проболтается? Меня рядом не будет, чтобы их заткнуть…

— Вардгес обещал, что на днях будет ясно, что с заявлением.

— А если нет?

— Тогда попробуем снова. Элиз…

Та подняла руки, выставив ладони тыльной стороной вперед:

— Всё-всё, сегодня больше ни слова об этом. Давай накрывать на стол, я уже не могу ждать твоего благоверного. В отличие от него, знаешь ли, у меня растущий организм. Питаться надо монументально.

— Лилит и Левон точно не приедут? Это не очередной ваш внезапный сюрприз?

Ближе всех из внушительного генофонда они общались с детьми маминого родного брата, с которыми росли бок о бок, пока дела дяди не взлетели вверх, и он перевез семью в шикарный частный дом. Элиза была на год старше двойняшек, но эта троица по жизни была неразлучна и являла собой знамение разрушения. Еве постоянно приходилось отдуваться за них, если взрослые просили присмотреть. Разница в пять-шесть лет девушку не спасала — ее один черт никто не слушал, слишком те были активными и расположенными к забавам.

— Да нет, честно, Лёв на соревнованиях, Лил — с ним. Это не декорации, ты же видела сзади суматоху, когда они звонили…

— Хорошо, — немного расстроившись, произнесла она в ответ и решительно встала, приступая к сервировке.

Как оказалось, весьма своевременно. Через десять минут вернулся с работы Руслан. Как всегда — слегка удрученный, но пытавшийся скрыть сей факт. Обнял, поцеловал и отправился в душ.

— Классный парень Руслан, а тебе идет костюм, — поддразнила Элиза, когда он присел рядом с Евой, откинувшись на стул.

— Да неужели ты меня хвалишь, Ворона?

— Пытаюсь служить примером, но ты безнадежен — обучаемость обошла стороной. Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты меня так не называл?!

— Не могу удержаться, ты такая же вредная и чернющая…

Ева не могла не улыбаться. Элиза действительно вредничала и сама нарывалась. Вообще, для неё вот такое открытое общение с противоположным полом возможно лишь в том случае, когда она принимает собеседника за «своего пацана», то есть, убеждается, что в ней не видят вожделенный объект завоевания, и расслабляется. Это редкость, ибо сестру без преувеличения можно назвать красивейшей девушкой в её окружении. Наверное, от силы наберется три-четыре случая подобного расположения к кому-то из мужчин. Ведь кто не захочет хотя бы просто пофлиртовать с такой?.. Ну, из тех, что посмелее, конечно. Даже Денис и Тимур, пару раз пересекшиеся с ней, были так впечатлены, что не удержались от поползновений. Только вот…Элиза тут же каменеет и превращается в невыносимую особу. Увы, это вполне себе смахивает на мужененавистничество.

— Не чернее тебя, — закатила глаза та в ответ, — вы, ребята, точно русские? То есть, чистокровные?

— Да вы тоже как-то на армян не похожи, — пожал плечами Руслан, стрельнув взглядом в Еву, которая не раз слышала эти намеки, когда он поражался цвету её волос и чертам в целом, — насколько мне известно, у нас в роду кровосмешений не было. Только славяне…

Все трое повернулись на прозвучавший дверной звонок.

— Мы всё-таки кого-то ждем, Зефирка? — поднялся, направляясь в коридор и оставляя риторический вопрос висеть в воздухе.

— Да нет… — озадачилась девушка, нахмурив брови и пытаясь вспомнить, кто знает адрес его квартиры.

Через несколько мгновений в кухне появился старший отпрыск Разумовских, удививший всех присутствующих. В том числе и своего брата. Руслан как-то поделился, что они потеряли близость ещё до смерти матери, а после этого практически не контактировали, будто выбрав разные дороги. Рома — успешного и примерного представителя своей фамилии, а он — балагура и отвязного мажора. Правда, Ева всё же чувствовала теплоту между ними, словно незримая нить связывала их, пусть и будучи отрицаемой обоими…

— Добрый вечер, — мужчина приблизился к ней, уже привставшей, вручил неописуемой красоты композицию цветов в замысловатой корзине, из которой торчал продолговатый конверт, а затем немного неловко коснулся щеки в мимолетном светском поцелуе, — поздравляю, Ева.

— Спасибо, — растерялась сначала, — мой руки и за стол, мы как раз только сели…

Вообще, это было как-то странно…и…удивительно. Некий семейный ужин в уютной атмосфере кухни. И если Элиза с Евой к этому приучены, то Разумовские — нет. Девушка была уверена в этом. Не тот антураж у них. И почему-то Роман вызывал у неё неконтролируемое смущение. Такой серьезный, строгий, даже холодный. Безупречный, вымеренный, чересчур вежливый. Не знаешь, как себя с ним вести…

Ну…и вишенка на торте — Элиза. После той эпопеи Разумовский-старший в квартире не появлялся. По сути, девушка видела его в третий раз.