Преломляя свет (ЛП) - Горбов

Малфой смотрел ему вслед. Пораженно. Уже, может, в четвертый раз за этот вечер. Его дыхание было тяжелым. Таким, словно он только что пробежал несколько лестничных пролетов. Драко покачал головой, и взгляд зацепился за сцену в гостиной, которая разыгрывалась в точности, как в фильме: Гермиона подогнула под себя ноги и прилегла на Поттера, опустив свою голову на его плечо, а тот опустил свою голову на ее, обвил плечи рукой, прижимая ближе и шепча что-то, что заставило мягкую улыбку преобразить черты, а затем его рука поднялась к ее волосам и аккуратно погладила их. Малфой резко отвернулся от них и спросил у компании маглов, не найдется ли у них сигарета. Кто-то передал ему одну, и он склонился ближе, чтобы поджечь кончик, а после вернулся в свой угол и яростно выдохнул дым, не осмеливаясь обернуться.

Так теперь он будет жить? Задаваясь вопросами, строя предположения?

Внезапно он представил будущего себя, когда через несколько месяцев вернется в темный, зловещий Мэнор и будет выслуживаться перед каким-то жалким Пожирателем смерти, задаваясь вопросом, ни этот ли день тот самый, когда Нотт, или Поттер, или какой-нибудь другой парень, который не был «слишком труслив», завоевал ее.

Блять.

Он со злостью стряхнул пепел на улицу и оглянулся. Поттер и Гермиона ушли.

Куда? Зачем?

И Малфой направился обратно внутрь еще до того, как успел это осознать.

***

Гермиона закружилась напротив Маурицио, неожиданно рассмеявшись. Кто-то принес кассету со старыми итальянскими песнями и вставил ее в проигрыватель, что пришлось к большому удовольствию местных гостей, которые теперь с улюлюканьем двигались по оживленному кругу тарантеллы{?}[Известнейший итальянский танец, ставший символом страны и итальянской нации. Яркий и живой, окутанный вековыми легендами и мифами.] в углу гостиной. Маурицио пытался научить Гермиону танцевальным движениям, но ее попытки с треском проваливались. Тяжелые ботинки не подходили для легкого ритма поступи.

— Я не могу, я не могу, — вздыхала она на итальянском, хватаясь за бока и отступая от группы.

— У тебя отлично получалось, — похвалил Маурицио, держа ее за руку. — Но, ладно, мы попробуем другой танец, — сказал он, притянув ее ближе, и начал покачиваться с ней из стороны в сторону в гораздо более медленном темпе.

Гермиона отстранилась и посмотрела на него, вскинув бровь. Этим вечером она выпила довольно много, но не настолько, чтобы поддаться его уловкам.

— Что? — его улыбка была яркой. — Ты не можешь осуждать меня за попытку. В особенности, когда так красиво выглядишь, — он оставил поцелуй на ее пальцах, и Гермиона рассмеялась, но смех потух на ее губах, когда они повернулись в танце, и она увидела, как Драко наблюдает за ней с другой стороны комнаты.

Малфой стоял, прислонившись к самой дальней стене. Делал вид, что разговаривал с Блейзом и Лавандой, но его глаза не отрывались от Гермионы, а выражение лица было невозможно прочесть.

— Думаю, мне нужно сесть, — сказала она, отводя взгляд к террасе, где Гарри увлеченно болтал с Маттео, одним из тех официантов, чей английский был на очень хорошем уровне. Пока она наблюдала за другом, Маттео опустил свои пальцы на его руку и склонился ближе, чтобы прошептать ему что-то на ухо, что-то, что заставило Гарри рассмеяться и положить свою ладонь на его колено, из-за чего Маттео двинулся ближе, и вдруг они оба отстранились, вовсю смеясь. В этот момент Гарри поймал взгляд Гермионы и стрельнул ухмылкой. Она ответила ему улыбкой как раз тогда, когда Маттео поднялся и провел Поттера внутрь.

— Пойду подышу свежим воздухом, — сообщила она Маурицио, который тоже наблюдал за парочкой.

— Хорошо, — он одарил ее загадочным взглядом. — А я пойду проверю, что наш Казанова делает с твоим другом.

— Не думаю, что Гарри против, — прошептала Гермиона.

Маурицио задумчиво кивнул, а затем отпустил ее, подмигнув и совершив галантный поклон прежде, чем направиться на кухню.

Прокладывая путь к террасе, Грейнджер решила оглянуться туда, где стоял Драко, но его там не оказалось. Она возненавидела чувство опустошения, которое нашло на нее, когда заметила его отсутствие. С того момента, как пришел Малфой, вся вечеринка превратилась в череду нервотрепных переходов от азартного волнения к страху. И он даже не попытался поговорить с ней.

Гермиона гневно фыркнула и распахнула дверь навстречу мягкому ночному воздуху.

— Все настолько плохо, да? — донесся вальяжный голос Тео из угла небольшого пространства.

— Ох, привет, — Гермиона предприняла попытку улыбнуться. — Ты, хм, хорошо проводишь время? — спросила она, устроившись на садовом кресле, стоящим возле друга.

— Хорошо, хорошо, — ответил Тео, протяжно выдыхая струю дыма в сторону пустой части террасы.

Гермиона наблюдала за ним. Контуры его красивого профиля очерчивал желтый свет фонаря с другой стороны улицы.

Почему она просто не могла выбрать его?

Мысль вырвалась на поверхность ее разума с ноткой свирепости. Почему она просто не могла выбрать легкий летний роман, который удовлетворил бы потребности ее тела, не разбивая при этом сердце? Однако Тео внезапно повернулся к ней лицом, и что-то в его взгляде сказало Гермионе, что это и близко не было бы так легко.

— Можно мне одну? — внезапно спросила она.

Выражение лица Тео посветлело, и он опустил взгляд на сигарету в своей руке, а затем поднял обратно на Гермиону.

— Ты уверена?

— Да. Я хочу попробовать.

Тео пожал плечами и вытащил пачку из нагрудного кармана рубашки.

— Хорошо, но я должен предупредить тебя, что многие почти единогласно описывают первый раз как отвратительный, — намек на ямочку возник на его щеке. — Некоторых даже… — он изобразил рвотный позыв.

— Зачем тогда они продолжают делать это? — Гермиона приняла протянутую им тонкую белую сигарету, и их пальцы мягко соприкоснулись.

Его взгляд снова остановился на ее глазах.

— Это мания, — произнес Тео, снова пожав плечами. — Зависимость, — он сверкнул улыбкой, которая показалась лишь ее подобием, затем покопался в кармане, достал серебряную зажигалку, открыл, и та вспыхнула с щелчком. — Так, тебе нужно затянуться, когда пламя коснется кончика, чтобы зацепить его, поняла?

Гермиона кивнула, осторожно обхватила губами фильтр сигареты, и химический привкус осел на языке. Она потянулась к пламени и пыхнула.

Тео тихо посмеялся.

— Затянуться, это, скорее, обильный вдох, а не пародия на паровоз, Гермиона.

Гермиона остановила свой взгляд на его глазах и сделала вдох. Дым проник в ее легкие, мгновенно вызывая приступ кашля. Вкус был до