История черного лебедя - К. Л. Крейг

class="p1">— Маверик… Я даже не знаю, с чего начать. — Она уже плачет. Как и я. — Я хочу сказать, что всегда знал, что настанет момент, когда мы будем так сильно любить друг друга, что трудно будет сдержаться, но признаю, что несколько раз терял надежду на этом пути. — Это заставляет ее дыхание прерываться на всхлип. Тем не менее, я продолжаю. — Я мог бы стоять здесь и повторять эти слова — я буду любить тебя до тех пор, пока у меня не останется голоса, но, в конце концов, это всего лишь слова. Что гораздо важнее, так это мои действия, направленные на то, чтобы показать тебе, что каждое отдельное мгновение каждого отдельного дня ты для меня — все. Мое солнце и луна. Мой свет и тьма. Моя единственная настоящая любовь. Я позабочусь о том, чтобы ты никогда не пожалела, что выбрала меня, Лебедь.

Макияж, который она с таким трудом нанесла, растекся. У нее красные глаза. Тушь размазалась под ее нижними ресницами. Она в полном беспорядке. И она самое прекрасное создание, которое я когда-либо видел.

После нескольких глубоких вдохов она говорит мне то, что я хотел услышать два года назад. Сегодня не точная дата нашей годовщины, но мне это даже нравится. Теперь у нас есть два особых дня для празднования.

— Когда я думаю о тебе, Кэл, у меня всегда возникает это легкое чувство комфорта. — Ее голос срывается, а глаза снова наполняются слезами. Никто из нас не справится с этим без пятен на лицах и сопливых носов. — Ты всегда был рядом со мной. Заботился обо мне, защищал меня, любил меня. Тихо строил нашу жизнь для нас, чтобы она была готова, когда я буду готова. Ты никогда не сдавался, даже когда должен был сдаться. Я… — она останавливается, чтобы сделать несколько глубоких вдохов. Когда она впивается верхними зубами в нижнюю губу, я сжимаю ее руки, поощряя ее продолжать с мягкой улыбкой.

— Я не облегчала тебе задачу, но ты держался и никогда не узнаешь, как я благодарна тебе за твою настойчивость, и то, какой счастливой ты делаешь меня каждый божий день. У нас уже было много важных событий, но не они создают жизнь, это все мелочи между ними, которые преодолевают разрыв от одного монументального события к следующему. Ты дал мне тысячу мелочей, Кэл, и я знаю, что, благодаря им мы нерушимы и вечны. — Затем она пожимает плечами, прежде чем ее последние слова ломают меня наилучшим образом, каким только может быть сломлен мужчина. — Я последовала зову своего сердца, и оно привело меня обратно к тебе.

Маверик замолкает, и, возможно, будет справедливо сказать, что она не единственная, кто в полном беспорядке.

Отец Реддик прочищает горло.

Хорошо. По крайней мере, я здесь не единственный слабак.

Он протягивает руки, и наши обручальные кольца сияют в свете, льющемся через витражные окна. Несколько мгновений спустя, когда они прочно вернулись на место, где и останутся навсегда, я целую ее. Слишком длинный и, вероятно, слишком неподходящий для церковной обстановки поцелуй, но к черту все это. У меня не было такого шанса, когда я женился на ней в первый раз. Я не собираюсь тратить свой второй шанс впустую.

Мы с Мавс преодолели множество препятствий, чтобы добраться до этой точки. Но я знаю, что, когда моя жена держит меня за руку, а моя дочь за другую, когда мы возвращаемся домой, чтобы отпраздновать это по-своему, каждая секунда этой борьбы стоила того. Я не буду считать ни одной секунды из того времени, которое мне осталось провести с ней на этой земле, само собой разумеющимся.

Никогда.