Черная Принцесса: История Розы. Часть 1 - AnaVi

— Я не бью ее… — смерил парня перед собой серьезным и холодным взглядом блондин. — В самом же понимании этого слова! И кому как не тебе же это знать… От Никиты или… нет! — Взгляд его потемневших синих глаз тут же метнулся к названному и замер, обдавая того всем спектром мурашащих ощущений от приближающегося шторма. И не от «неуслышанного заранее штормового предупреждения», а от самой же уже наступающей буквально и на пятки и дышащей же в затылок взбунтовавшейся природной стихии. Затем перешел им на Александра. И, столкнувшись уже с ним и его темно-серыми глазами, вступив же тем самым и в неравный же бой камня и воды, вышел из него ни с чем, рассыпавшись фейерверком морских капель о скалы. И уже именно с серым напылением и синей же наледью вернулся к Владу. — Как каждого из нас к небу приучали… Вот так и то, что полгода — слишком малый срок, чтобы прийти в себя и перестроиться. Да еще и так ведь, чтобы и окончательно. Сразу и… Бесповоротно! Или уже забыл свой почти что и именной вклад во все это? Под грифом же: «Покажу… но не расскажу».

— А только ли и… мой? — Приподнял свою правую темную бровь Влад, опуская же тут же и левую вниз, и оскалился в ехидной улыбке, бросив уже и сам и свой же жадный до правды взгляд на Александра. Но и тут же будто бы очнулся и вздрогнул, в удивлении и шоке вспоминая свой недавний диалог с Розой. И как что-то же подобное вменяла ему тогда, но и только же уже именно она. И что за ирония? Что за досада? В отношении же все той же тройки игроков-богатырей. Вот только еще и с параллелями не только и от самого Васнецова и в сторону же Репина с Джеромом: где приплыли же все те же трое, но и не считая собаки. На которую же он сейчас так преданно смотрел. Но и чуть больше же еще и отскакивая, и конкретно же в этом моменте, в сторону Тургенева. И только лишь в одном понимании этого: где бы он не сделал никогда зло на зло. Даже, а и тем более когда бы хоть раз это самое зло им же вдруг и явилось: что и собой, как злом, что и самим же парней. После чего же сразу сглотнул, тряхнул головой и вновь воззрился на все еще молчащего перед ним Егора. Что и все же это время сканировал его своим синим ультрафиолетом — явно недоумевая о причине и столь резкой же смены его настроения.

— Я знаю…

— …А чего ж продолжаешь все смотреть на меня волком и не принимать же как врага народа?

— …как и Никита…

— …А ведь даже и он легче все это воспринял — спокойно и легко продолжает вести со мной диалог, как и несколькими же часами ранее… — фыркнул вновь рыжий, про себя же лишь еще и усмехнувшись, таки и подметив, насколько же нелогично их общение сейчас выглядит и для других, будучи настолько же типично и для них самих: не прерывать же и каждый своей монологичной мысли, при этом всем и продолжая же вести диалог и держать же в голове одну нить-тему самого же разговора на двоих, так еще и понимая же себя и другого. Словно двумя же и реками впадая в океан или отписывая стихотворение, текст и через строчку, как «один-три» или «два-четыре». — Будто ничего не изменилось… А ведь и правда же ничего!

— …от Ксандера! А хотелось бы как бы… и все-таки же… от тебя. Пусть и будучи же в той же все самой форме нашей с тобой… наконец-то и полноценной, спустя же как уже и полгода… переписки и ранее, которая хоть и так же, но и опять же ведь ни к чему конкретному и адекватному не привела. А ведь могла же и… уже… опять-таки, спустя же все еще столько времени…

— …Зачем? Не веришь ему?

— Тебе!

И как резко же оборвалось их парирование-пикировка фразами и меж них же самих, так и снова же резво флешбэк вспышкой-речью ворвался в подсознание Влада. Который и практический тут же, сцепив-стиснув зубы и вновь несколько раз мотнув головой, попытался избавиться от него, но так до конца и не смог. Пока вновь же и внутри не произошло очередное столкновение его тела и головы с одной из поверхностей дома Розы и все вновь же не погрузилось во тьму и тишину. И вроде бы ведь не спал, бодрствовал до сих пор, а мозг будто решил заранее разложить все по полочкам и именно же сейчас, не дожидаясь ночи — каких-то пару-тройку еще часов.

— Да что с тобой?!

— Отходняк от Розы… Не тебя одного, знаешь ли, долго отпускает!

— Перешел на цветы? Хотя после травы… чего-то подобного следовало ожидать! — Влез вдруг с ничего Никита. За что и тут же получил легкий подзатыльник с не менее же легкой левой руки от Александра. Под одновременно же сощуренными и обратившимися к ним взглядами обоих ребят перед ними, замерших друг напротив друга не хуже и статуй. — Я же хотел как лучше! Разрядить обстановку…

— Рано!

— А вот ты и… сам… не хочешь уже и… вмешаться? — Шикнул обиженный и надувшийся вмиг шатен, потирая ушибленное и будто опаленное солнечным жаром место на затылке своей же левой рукой. Правой же, как и прежде, оправляя свои еще и мелированные пряди с челкой. — Они ведь попереубивают друг друга сейчас… И на наших же с тобой глазах!

— Так и вмешался же уже… Вот — разгребаем! И пусть лучше же исправиться и сказать, что: и они, и разгребают… Но и тогда же ведь нам с тобой все равно пока лучше оставаться в этом состоянии и стороне, чем огрести же просто так и не за нас же с тобой, попав под куда более горячую же руку и… их, не считаешь? Пусть