Любовь это иллюзия тебя - Лилит Мун

— Привет. — Донесся из-за моей спиный бархатный, хриплый голос и по моей спине пробежал холодок, точно не из-за погоды на улице.

Я не стала отвечать ему, продолжая свои философские размышления о звездах, точнее пыталась вернуться к ним, ведь теперь рядом с этим человеком, я не могу думать о чем-то не обращая на него внимания. Чертов Хадсон.

Винтер сел рядом со мной, боковым зрением я видела, что смотрит он на меня, под его взглядом мое тело становилось жарче, хотя недавно ледяная дрожь окутывала мою спину.

— Опять звезды. — Вздохнул он, констатируя факт. Рука Вини медленно опустилась на свежескошенную траву и он легонько провел по ней, шелест растений отрывает меня от ночного неба и теперь я наблюдаю за его мягким движением.

— Я думала ты спишь. — Прошептала я, кажется, что мой голос сел или я была слишком слаба, чтобы говорить в полный голос.

— Проснулся, а потом увидел тебя в окне.

Я просмотрела за спину Винтера, мысленно обвиняя себя в том, что не позаботилась об его окне. Нужно было выбрать место, куда не выходит ни одно окно. Но кажется, что я даже рада тому, что Хадсон меня застал по среди ночи в саду особняка моей мамы.

— Могла бы и предупредить меня, что собираешься сбежать.

— Я не собираюсь, наш рейс в Бостон завтра.

— Ясно. — Разочарованно выдохнул он и демонстративно закатил глаза. — Расскажешь, что мы здесь делаем?

— Сидим на траве, нас кстати завтра наругает садовник. — Непринужденно сказала я и покрутила головой, осматривая обстановку вокруг. — Точнее убьет. — Сделала вывод заметив, что из-за тяжести наших тел трава немного помялась.

— Ты понимаешь о чем я.

— Не-а. — Я продолжала делать вид, что глупая, что это совершенно обыденный день для меня и я не вижу в этом ничего особенного.

Винтер мягко прикоснулся к моему подбородку и легонько приподнял его, заставляя меня заглянуть в его глубокие, синие глаза. Только сейчас я осознаю, насколько близко друг к другу мы находимся, ведь я могу рассмотреть черный контур вокруг его радужки, а еще то, как сильно расширились его зрачки.

— Корни, хватит. — Обеспокоенно прошептал Хадсон, в то время, как вторая его рука легла мне на колено.

Странно, но я должна была напрячься и немного оттолкнуть его, ведь для друзей, такая близость совсем не позволительна. Но, как я уже говорила — мой мозг отключается рядом с Винтером и я лишь расслабляясь под его упорным взглядом.

— Просто скажи как есть. — Улыбнулся Винтер и последний замок в моей груди разбился в дребезги, если мы так продолжим, то на его месте окажется мое сердце.

Почему Винтер Хадсон все еще такой обаятельный?

— Мы немного поссорились и она просила меня приехать, чтобы все объяснить. — Наконец-то призналась я, но видя еще вопросы в его глазах, я продолжала. — Я позвала тебя потому что… Потому что мне нужен был рядом друг, а Энни и так уже спасла меня в прошлый раз.

— Хорошо. — Сказал Вини, тщательно обдумывая мои слова. — Вы поговорили? — Спросил он, на что я положительно кивнула головой, вспоминая, что его пальцы все еще касаются моего лица. — Как ты себя чувствуешь?

— Не знаю, я никогда с ней не ссорилась, то есть, не мирилась. Не знаю, честно. — Протараторила я, закрывая глаза, чтобы Хадсон не увидел, как сильно я волновалась из-за своего ответа.

Рука Вини переместилась на моем лице переместилась выше, большим пальцем он нежно поглаживал мою щеку, от этого маленького действия по моей коже пробежали мурашки и я тяжело вздохнула. Винтер это явно заметил, ведь я услышала, как он посмеялся.

Идиот.

Это не смешно.

— Открой глаза.

Я не открыла.

— Корни, посмотри на меня.

Я поддалась его бархатному голосу.

Дура.

— Все хорошо, я рядом и в любом случае буду на твоей стороне, это нормально, что ты не понимаешь, что чувствуешь. — Мягкой произнес Винтер, а его взгляд стал серьезнее, словно он вбивал в мою голову свои слова.

Я уверена, что эти слова не вылетят из моих мыслей еще очень долгое время, потому что я совершила одну из самых ужасных ошибок. Снова влюбилась в свое прошлое.

— А ты? — Спросила я. — Что ты чувствовал, когда ссорился с мамой?

По лицу Винтера пробежала тень отстраненности и холода, я мысленно отругала себя за то, что так резко перескочила на него. Я знаю, что раньше он никогда не ссорился с родителями кроме одного случая, когда узнал об их разводе, но что было дальше — мне не известно. Меня настигла тревога от мысли, что это именно тот момент, когда Хадсон молча уйдет и я останусь сидеть одна на зеленой траве, рассматривая звезды и ненавидя себе еще больше. Но спустя мгновение прежняя мягкость вернулась к нему и я облегченно выдохнула.

— Я тоже не знаю. — Честно признался он. — Многое изменилось после их развода, мама стала чаще путешествовать и заводить новых парней в разных странах, папа увлекся работой и я редко с ними общаюсь, кроме того, что по работе. — Глаза Винтера погрустнели, веки стали тяжелее, но он не прерывал зрительного контакта. — Раньше я пытался достучаться до них, мы ссорились из-за этого и со временем я просто понял, что бессмысленно пытаться наладить семейную связь.

Мое сердце сжалось при мысли о том, каково ему было, когда твоя семья резко отстраняется от тебя и ты становишься чужим для них. Я накрыла его ладонь, которая все еще находилась на моем колене и сжала ее. Взгляд Хадсона мельком прошелся по нашим соприкасающимся кистям и вновь вернулся ко мне. Он перевернул свою ладонь под моей хваткой, сплетая наши пальцы воедино, а я даже не сопротивлялась, наслаждаясь его необходимостью держать мою руку в своей.

— Ты не один, у тебя есть Сэм, Оливер и Крис. — Попыталась я поддержать его.

— Да, они мне как братья, эти месяцы были самыми безумными, если честно. — Усмехнулся он. Винтер старался показать, что он уже не думает о своей семье, но я знаю его достаточно, чтобы увидеть, как сильно он переживает из-за этого.

— Наверное.

— Крис встречался с Селеной и боялся, что я из-за этого перестану с ним разговаривать, мне приходилось делать вид, что я ненавижу тебя, а еще Сэм старается избегать слов о том, что Энни не просто подруга.

— Кажется, что они все еще думают, что мы встречаемся.

— У Сэма в середине ноября день рождение, после этого и расскажем. — Уверенно заявил Винтер, но я нахмурилась, ведь на его лице