В пламени дракона - Элла Соловьева

- Кто ты?

Но мужчина молчал. Ей казалось до боли знакомым его лицо. Но она не могла узнать его. И она уже собралась идти назад, отвернулась и сделала несколько шагов прочь от него, как внезапно, тысячи молний пронзили её разум. Она метнулась к нему, и снова смотрела на него в упор:

- Джейсон?

Её словно окатило холодным душем. Смятение и недоумение застыли в её глазах. Она надеялась никогда больше не увидеть его, и уж тем более здесь и сейчас. Всё еще тая слабую надежду, что она ошиблась, совершенно растерянная и изумлённая, она снова спросила:

- Джейсон? Это правда ты?

И тогда он поднял глаза, и теперь смотрел прямо на неё. Он заметно похудел, и его лицо было грязным и заросшим, в лохмотьях и растрёпанный, он был не похож на себя. Она едва могла узнать его. Её сердце бешено заколотилось. Она даже не могла понять свои эмоции в этот момент. Всё смешалось в её голове. А он ответил ей:

- А я уж думал, ты не узнаешь.

Но она узнала. И теперь её мозг стремительно рисовал ей картинку: Он работает тут, и скоро лишится языка и глаз, как и все прочие здесь. Что могло его заставить пойти на это? Только нищета и голод. Потому что она вышвырнула его из Скалы дракона, и обрекла на беспробудную бедность и скитания.

Слёзы навёртывались на её глаза:

- Зачем ты пошёл на это? Ты же знаешь, что с тобой будет. Зачем ты здесь?

Он продолжал смотреть на неё холодным и пронизывающим взглядом:

- Теперь знаю, а когда шёл, не знал. Тебе какая разница?

Потом он прищурил глаза и с каким-то пренебрежением добавил:

- Я был прав с самого начала. Ты только и ждала, как бы поскорей пустить его к себе под юбку. А может и при мне уже таскалась с ним.

И с отвращением взглянув на неё, и сверкнув впавшими глазами, он развернулся и пошёл к остальным, и начал работать киркой. Он больше не смотрел на неё, он не оборачивался.

В его душе тоже было полно смятения, и его сердце билось куда сильнее, чем у неё. Смешанные чувства захлестнули его душу. Он презирал её, но теперь, вновь увидев, так близко….снова любил, и ненавидел, одновременно.

Элейн стояла в растерянности ещё несколько минут, потом она развернулась, и медленно пошла прочь.

Вернувшись в свои покои, она не могла думать не о чём другом. Теперь её захлестнула жалость к Джейсону, и какое-то терзающее чувство вины. Из-за неё он оказался в таком положении, но что она могла сделать тогда? Она не могла видеть его и другого пути в тот момент не было. И он сам, а не она, был в этом виноват. Но может она хотя бы спасёт его от того, что ему теперь грозит?

Она побежала искать Роберта, и скоро нашла его в кабинете. Он сидел за столом и что-то писал на листе бумаги. Он был очень сосредоточен, и когда она подбежала и села напротив него на стул, он, не отрываясь от письма, и не поднимая глаз, спросил:

- Что случилось, милая?

Она протянула руку через стол, и тронула его ладонь, в которой он держал перо, и продолжал писать, пытаясь привлечь его внимание:

- Роберт, я видела Джейсона, он там, внизу, он роет туннели..

Роберт поднял на неё глаза. Он тревожно смотрел на неё, и его взор становился суровее:

- Какой Джейсон? Что ты делала в низу? Какого чёрта, Эл?

Она растерянно тараторила:

- Я пошла туда, поговорить с рабочими, а он был прямо там, Роб! Его изуродуют потом, как и всех их. Роб, нужно что-то сделать, нужно вывести его оттуда.

Роберт закипал. Он быстро сообразил, кто этот Джейсон, и его стал накрывать гнев, к которому стремительно присоединялась ревность. Он вскочил со стула, отшвырнув на пол бумагу и перо, одним рывком обошёл стол и схватив её за предплечья, поднял со стула:

- Зачем ты пошла туда, Эл? Какое тебе дело до него? Ты ещё думаешь о нём? Какого чёрта он тебя так разволновал?

Он смотрел прямо ей в глаза, и он был зол. Но он отпустил её и уперся руками в стол. Она теребила его за плечо:

- Роб, прекрати, ты должен ему помочь. Выведи его оттуда.

И Роберт быстро вышел из кабинета и направился в туннель. А пока он шёл, у него было время подумать. Он понимал, что это была случайная встреча, по крайней мере для его жены. Но его терзало то, что Элейн так волновалась за Джейсона. Он боялся, что в её душе есть место не только для него, что она ещё вспоминает и иногда может быть думает о нём. И он знал, что тот обладал ею, ещё до него. А он не мог этого вынести. И пока Джейсона не было, Роберт не думал об этом. Но теперь, подобно всем ревнивцам, ему казалось, что у Богов нет других забот, кроме одной - мучать его. Иначе зачем они привели Джейсона в его дом.

И когда он пришёл и отыскал Джейсона глазами, среди других рабочих, он схватил его за рубашку, и отволок подальше от чужих ушей и глаз:

- Какого чёрта ты тут делаешь, Джейсон?

Джейсон смотрел на него, и казалось, совсем не испытывал страха. Скорее гнев, в купе с укором, угадывался в его взгляде:

- А ты не видишь?

- Ты понимаешь, что с тобой будет? Зачем ты говорил с моей женой? Для этого ты сюда пришёл? Для этого ты рискуешь своей головой?

Джейсон, оттолкнув руку Роберта от своей рубахи, и тихо произнёс:

- Вообще-то она была моей женой, пока ты влез, куда тебя не звали.

Роберт взбесился, он поднял Джейсона за грудки, оторвав от пола, и прижал к стене:

- Не смей даже думать о ней, Джейсон. Или я выпотрошу тебя прямо тут. Я не отнимал у тебя жены. Ты всё сделал сам. Это ты не удержался в своих штанах. И теперь, не смей. Слышишь меня, Джейсон? Не смей.

И Роберт с силой отшвырнул его в сторону, на пол, и пошёл назад.

Он судорожно думал, стоит