Светлячок и Соловей - Полевка

- Зараза ты все же, Захи! – Улыбнулся Абаль, - вот кинул бы в тебя подушку, так не вижу где взять, только та, что под моей попой. И ты этим пользуешься!

- Ты не представляешь, что я вчера пережил. – Захи опять чем-то захрустел, - начать с того что эмир один в пустыню ускакал и даже охрану не взял. Знаешь, какая паника была на кухне и в казарме? Все на ушах стояли и рычали друг на друга. На кухне вчера даже хлеб подгорел в печи, да такого лет пятьдесят не было! В прошлый раз такое было, когда война с соседом началась, и такая себе не маленькая войнушка! А так, чтобы эмир оказался один в пустыне? Да старожилы даже не смогли припомнить такого случая! А ты говоришь!

А потом шепотки по всему дворцу побежали, как мыши в разные стороны. Старые слуги, которые на меня смотрели ласково, вдруг стали шпынять! Говорят что, мол, молодой омежка без мозгов в голове, а эмиру мучайся! И меня локтем под ребра тык! А потом подзатыльник, главное, ни за что! А я тут причем? Ты поругался, а мне тумаков? Так что я этот персик несчастный заслужил!

Но эмир как вернулся примчался прямо к тебе! Все во дворце вздохнули спокойно, вроде хорошо, с эмиром все в порядке, храни его Аллах! А потом Айдан за сундуки и ходу из дворца. Нури мне только две настойки в руки успел кинуть. Это говорит для сна, а это при ранах и синяках! И смотри не перепутай! Ты представляешь, что я подумал в тот момент? А тебя в комнате закрыли и не разрешили даже к твоей двери подходить! Айдан за порог, а ты кричать начал в комнате! А мне даже к двери нельзя подойти!

А потом эмир послал за мной, ты представляешь, как я испугался, он меня никогда не замечал, а тут послал за мной, и не абы кого, а самого Ади! Я когда за ним шел, все косяки вспомнил и во всех смертных грехах повиниться успел. Он меня на площадь привел, там где альфы тренируются, они знаешь здесь какие? Как волкодавы! Большие и злобные, что те звери! Эмир как меня увидел, так кнут велел подать, я со страха чуть не описался в тот момент!

- Он тебя бил? – Абаль схватился за сердце.

- Слава Аллаху, нет! – Захи вздохнул, - но страху я вчера натерпелся. Не помню, когда так пугался в последний раз! Нет Джабаль меня не бил. Он мне вчера кнут показал и правилО, где наказывают. Сказал, что если я буду на тебя плохо влиять и подбивать тебя на шалости, то меня накажут не хворостиной по пяткам, а кнутом по спине. Как будто ты меня слушаешь, когда балуешься! Это ты у нас заводила! Эмир сказал, что мне пора взрослеть и отвечать за свои поступки, и я не омега, со мной никто цацкаться не будет! То есть ты будешь баловаться, а я спиной на правиле расплачиваться? Я что мальчик для битья? Так что попробуй только учудить чего! Я тебе не муж, как врежу по заднице! Будешь знать!

- Какой ты грозный! – омега рассмеялся. – Все будет хорошо, Захи, не рычи. Никто тебя бить не будет. И я баловаться не собираюсь!

- Тогда объясни, что с тобой случилось. – Захи опять сел рядом и погладил омегу по ноге.

– Почему ты вчера днем кричал, а вечером плакал? Я слышал, не отпирайся. Мне удалось мимо двери проскользнуть, я слышал, как ты плакал, а Джабаль тебе что-то говорил. И почему у тебя глаза завязаны? Это что, наказание такое?

- Это упражнение на внимательность. – Абаль погладил шелковую ленту на висках, - На внимательность и терпение, а еще…. Ну, короче, чтобы отделять главное от не главного. Джабаль говорит, что глаза отвлекают, надо видеть сердцем и слушать, что люди говорят. Когда глаза не видят, то начинаешь слышать много такого, и замечать, на что и внимание не обращал. Вот, например я понял, что Джабаль знает обо мне больше чем я о нем. Он знает, сколько мне сахара положить, а я даже не знаю, что он по утрам пьет.

- Воду. – Захи даже не задумывался, - Он чай редко пьет, обычно воду как простые альфы. А чай, если праздник, какой или разговор важный. А кофе пьет очень редко, когда устает. Щербет терпеть не может и говорит что это только для омег и детей. На кухне ему кофе варили перед самым выездом на охоту, вся кухня шепталась, что эмир с этой охотой устает, столько дел навалилось. Ади так вообще похудел и синяки под глазами появились, столько важных гостей сразу! Вот ведь не завидую ему!

- Ну, вот видишь, - расстроился Абаль, - даже ты знаешь о моем муже больше чем я!

- О… - Захи задумался, - я не специально выведывал, просто слушал, что на кухне говорят, и все слуги стараются меня научить всякому разному. Говорят, что мелочи это самое главное для хорошего слуги. Говорят, что надо научиться предугадывать желания хозяина. Я вот, например, взял на всякий случай мазь от ушибов. Ты же вчера плакал, а вдруг альфа тебя бил? И у тебя синяки и тебе больно? А я смажу все, и тебе станет легче. Он тебя бил?

- Нет… - омега растерялся, - он на меня даже не кричал. И с чего ты взял, что он будет меня бить?

- Ну, ты стонал вечером, я слышал. – Захи задумался, - Вам принесли ужин, а потом послышался звон посуды, а потом ты стонал. Люди слышали. Вчера все во дворце ждали, что будет дальше. А потом тот, кто принес еду и ждал у двери, когда свежий чай для тебя принести или сладости, или кофе эмиру: прибежал и сказал, что вы помирились, эмир доволен, а ты стонешь. И что я должен был подумать? Он тебя отшлепал, наконец, и доволен, а тебе больно и ты стонешь!

- Захи… - Абаль смутился и покраснел, он прижал ладони к щекам, чтобы успокоится, - я не поэтому стонал. Ну что ты как маленький!

-