Мужчины свои и чужие - Кэти Келли

– Бедняжка, – пожалел ее Хью и погладил по руке. – Мне стыдно признаться, но в мои сорок семь лет я ненамно­го лучше. В тот день, когда твоя предшественница бросила меня одного в ресторане, я допил вино, которое мы только начали, и затем присовокупил три порции бренди. Ты, по крайней мере, тогда была ребенком.

Пришла очередь Лиони гладить его руку.

– Все объяснимо, Хью. Я бы от расстройства выпила пару бутылок вина или же пошла бы в туалет, вылезла бы в окно и сбежала бы от позора.

Он кивнул:

– То, что ты взрослый и у тебя дети, вовсе не означает, что ты защищен от тех же эмоций, какие испытывает подрос­ток.

– У тебя есть дети? – обрадовалась Лиони. – Ты не говорил.

«Замечательно, – подумала она. – Разведенный мужчи­на с детьми – идеальный вариант, он способен понять, как важны для меня дети».

– У меня их двое: Джейн двадцать один, а Стивену – во­семнадцать. Он живет с матерью, а Джейн уже самостоятель­ная, у нее квартира тут недалеко. Они замечательные. Я не знаю, что бы без них делал, – добавил он с теплотой в голосе.

– Расскажи мне все! – попросила Лиони.

Для рассказа «обо всем» потребовалось выпить по паре чашек кофе – спиртного больше решили не пить, жалея здо­ровье.

– Хотелось бы завтра проснуться без похмелья, – заметил Хью.

Он не рассказал, почему разошелся с женой три года назад, а Лиони постеснялась спросить. Если ему когда-нибудь захочется, он расскажет сам. Но о детях он говорил с удовольствием.

Джейн работала в страховой компании клерком и была прекрасна.

– Не знаю, в кого она пошла, но она потрясающая, – сказал Хью. – Очень умна и замечательно рисует. Я все советую ей показать свои картины в галереях, но она отказывает­ся. Ну а Стивен слегка отбился от рук и сейчас копит деньги, чтобы на год бросить занятия и попутешествовать по свету. Каждый раз, когда он начинает говорить о Дальнем Востоке, с Розмари – это моя бывшая жена – случается истерика.

– Могу ее понять, – сказала Лиони, искренне сочувствуя Розмари. Если бы Дэнни объявил, что собрался на Даль­ний Восток, с ней бы точно была истерика.

– Ерунда, – сказал Хью. – Молодым надо дать возмож­ность расправить крылья и путешествовать. Мне очень жаль, что мне не выпало такого шанса. Я полностью поддерживаю Стивена. Даже сказал, что заплачу за билет и дам тысячу фунтов, если он в самом деле соберется.

Лиони удивилась. Если бы Дэнни захотел год провести в странствиях, ему пришлось бы расплачиваться самому. Зачем тратить год, чтобы повзрослеть и расширить кругозор, если полагаешься на подачки родителей? Он так и не сообразит что значит быть независимым, если она будет оплачивать его расходы.

– А не лучше ли Стивену самому заработать себе на путе­шествие? – осторожно спросила она.

– У меня есть деньги, и это меньшее, что я могу для него сделать, – возразил Хью. – Я все отдаю детям. Например, помог Джейн купить машину, так что Стивен тоже должен получить свою долю.

– Вот как… – улыбнулась Лиони.

Деньги от провинившегося отца! Она готова была поспо­рить на месячное жалованье, что это он ушел от Розмари, а теперь балует детей, чтобы как-то компенсировать развал семьи.

– Они очень огорчились, когда ты ушел из дома? – спросила она.

– Я не уходил, – удивился он. – Это Розмари ушла. У нее кто-то появился, но толком ничего не вышло. Тогда я снял себе квартиру и оставил ей наш дом – тем более что дети тогда тоже там жили.

– Извини, я не хотела проявлять любопытство, – быстро сказала Лиони.

– Ничего страшного. Нам надо все эти вещи выяснить если мы хотим понимать друг друга. Расскажи мне о своей семье.

Шел уже первый час, когда они ушли из ресторана, пред­варительно поспорив, кто будет платить по счету. Хью хотел заплатить за все, но Лиони отказалась, предпочитая запла­тить за себя. К стоянке такси они шли молча. Они прекрасно провели время, и Лиони очень хотелось снова с ним увидеть­ся, но она боялась заговорить об этом, чтобы не показаться навязчивой. И вдруг он вовсе не хочет ее больше видеть?

Такси подъехало почти сразу. Хью жил в совершенно противоположном направлении от нее, так что им было не по дороге. Настала пора прощаться. Хью открыл для нее дверцу, и Лиони ощутила глубокое разочарование. Он не со­бирается с ней больше встречаться! Но в следующее мгновение она почувствовала, как его губы легонько коснулись ее щеки.

– Что ты делаешь вечером в следующую субботу? – спросил он.

Лиони просияла.

– Буду красить ногти, если не получу более интересного предложения.

– Уже получила, – сказал он, протягивая ей свою визит­ную карточку. – Ужин в то же время. Я найду что-нибудь экзотическое, а ты можешь позвонить мне на мобильный.

Домой она ехала почти целый час. В другой день Лиони с напряжением бы следила за счетчиком, отсчитывающим ки­лометры со скоростью автомата в Вегасе. Сегодня же ей каза­лось, что она находится на яхте и ее несет легким ветерком по Карибскому морю. Все отошло куда-то далеко – буднич­ные неприятности и астрономическая цифра на счетчике. Она пару раз прошептала его имя: Хью Годдард, Хью Годдард. Хорошее имя, и человек хороший. Правда, у них раз­ные взгляды на воспитание детей, но стоит ли сейчас об этом думать. Она больше рожать не собирается, так что эта разни­ца не имеет значения. Важно то, как он заставил ее себя чув­ствовать. Хью был забавен и привлекателен, и с ним она тоже чувствовала себя остроумной и привлекательной. Иными словами, они идеально подходили друг другу!

– Нет, мы еще точной даты не назначили, – говорила Ханна, поворачивая руку, чтобы Лиони и Эмме был лучше виден бриллиант. – Феликс только что прошел пробы для двух сериалов, но еще не скоро узнает, взяли его или нет. А это означает, – вздохнула Ханна, – что мы пока не можем рисковать и снимать помещение для приема.

Они пили кофе на кухне Ханны, наскоро собравшись, чтобы обсудить жизнь, вселенную и мужчин.

– А я думала, что Феликс теперь вцепится в тебя обеими руками, раз ты согласилась выйти за него замуж, – заметила Эмма. – И вы уже направляетесь на Сейшельские острова, где ранним утром сыграете свадьбу.

– Я бы не возражала, – призналась Ханна. – Я не люб­лю пышные свадьбы с кучей родственников, мне даже поду­мать страшно о вечеринке с присутствием семидесятилетних тетушек, которых я не видела лет сто. Не говоря уже о том, что может устроить мой папаша, если напьется. – Она тут же поправилась: – Когда напьется. Да, свадьба на пляже – это здорово…

Лиони совсем размечталась.

– Все было бы так романтично, Ханна! – вздохнула она, думая о Хью. – Босиком на пляже, везде кокосовые пальмы и звуки набегающих на песок волн.

«Эмму, похоже, мои новости не слишком обрадовали, подумала Ханна. – Да нет, наверное, мне просто кажется Эмма очень добрая, она должна радоваться моему счастью».