Евангелие любви - Колин Маккалоу

– Мэм?

Джудит подпрыгнула.

– Да?

– Мы его нашли.

– Слава богу!

Она пошла за майором, и ее туфли ритмично и четко шелестели в траве: шик, шик, шик. Молодец, девочка. Ты спокойна. Так и держись, что бы они ни обнаружили.

Майор показал в самый темный участок кустарника.

Джудит приближалась медленно, не зажигая фонаря, чтобы свет не испугал Кристиана.

Вот он! Скрючился у ствола большой березы и обхватил голову руками. Не шевелится. Джудит опустилась подле него на колени.

– Джошуа, с вами все в порядке?

Он остался неподвижен.

– Это я, Джудит. В чем дело? Что с вами?

Теперь он ее услышал. Услышал знакомый человеческий голос и понял, что еще не умер. И эта юдоль печали принадлежит ему. Но нужна ли она ему? Нет! Он незаметно для других улыбнулся в свои руки. И по-детски пожаловался:

– Больно.

– Знаю. Пойдем.

Джудит подхватила его под левый локоть, и они довольно легко поднялись на ноги.

– Джудит? Кто это Джудит? – спросил Джошуа, глядя на нее. Затем перевел взгляд на смутные силуэты дюжины мужчин, маячившие на фоне еще темного, но уже набирающего силу первых лучей солнца неба.

– Пора идти. – Это единственное, что он помнил и взял из сознательного мира в бессознательный.

– Нет, Джошуа, не сегодня. Марш тысячелетия кончился. Мы в Вашингтоне. Настала пора вам отдохнуть и подлечиться.

– Нет! – произнес он тверже. – Идти! Идти!

– На улицах слишком много людей. Это невозможно. – Джудит не знала, что сказать. Она его не понимала.

Джошуа упрямо продолжал стоять.

– Я иду!

– А мне с вами можно? Только до забора. Потом пойдете сами.

Он улыбнулся, начал соглашаться, но, почувствовав ее страх, уперся:

– Нет! Ты меня обманешь.

– Никогда! Джошуа, я не могу вас обмануть. Это же я – ваша Джудит.

– Джудит? – Его голос стремительно взлетел. – Никакая ты не Джудит. Ты Иуда. Иуда пришел меня предать. – Кристиан рассмеялся. – Иуда, любимый ученик. Поцелуй меня, покажи, что все кончено. – Он заплакал. – Иуда, Иуда, я хочу, чтобы все кончилось. Поцелуй меня. Я больше не могу выносить эту боль. Это ожидание.

Джудит подалась вперед и встала на цыпочки. Ее лицо оказалось в дюйме от его щеки. Она вдыхала запах его кожи, несвежий, неприятный. Ее губы коснулись его искусанных в клочья губ.

– Вот, Джошуа, все кончилось.

И все было кончено. Один-единственный поцелуй. Раньше он не просил его поцеловать. Что могло бы случиться с Джудит Кэрриол и Джошуа Кристианом, если бы тогда, давно, он захотел ее поцеловать? Наверное, ничего особенного. Но сейчас был конец. Он протянул руки к солдатам.

– Я предан. Мой любимый ученик предал меня смерти.

Люди подошли и окружили его. Джошуа шагнул к ним, но обернулся к Кэрриол:

– Сколько нужно тебе заплатить в наши дни и наше время?

Кончено. Кончено. Кончено.

– Должность. Машина. Независимость. Власть, – отозвалась она.

– Ничего этого я не мог тебе предложить.

– О, все это у меня будет благодаря тебе.

Теперь через кусты, за забор, к безвольно вращающему на холостом ходу лопастями вертолету. Кто-то из мужчин первым запрыгнул в кабину и подал руки Кристиану. Он стиснул их и легко – с его длинными ногами это было нетрудно – поднялся в вертолет. Мужчина склонился над ним и надежно пристегнул к заднему сиденью его плечи и бедра – не ремни безопасности, а настоящая смирительная сбруя. Двигатель вертолета продолжал работать на малых оборотах; Билли решил, что наделает гораздо больше шума, если заглушит его, а затем примется снова заводить.

Кэрриол дождалась, пока возившийся у заднего сиденья человек спрыгнет на землю, и уже готовилась сама подняться в кабину. Но передумала и жестом приказала солдату вернуться в вертолет.

– Рядовой, вы мне можете понадобиться. Пристегнитесь рядом с Кристианом. А я сяду впереди с Билли.

Через лужайку, расталкивая солдат, бежал капитан.

– Доктор Кэрриол!

Она нетерпеливо – хотелось как можно быстрее улететь – свесилась из кабины.

– В чем дело?

– Сообщение из Белого дома. Поступило некоторое время назад. Президент требует вас к себе ровно в восемь.

Черт! Что делать? На ее часах половина седьмого. Уже рассвело, и толпа, которую специально держали на некотором расстоянии от лагеря, разбуженная гулом вертолета, заволновалась. Джудит повернулась к пилоту:

– Билли, сколько времени займет путь туда, куда мы летим?

Пилот запасся на базе необходимыми картами, и их курс был уже проложен.

– Сначала придется заправиться. Извините, я бы сделал это раньше, но думал, что вы появитесь с минуты на минуты. Поэтому… что-то около часа. Полчаса назад плюс время, которые вы проведете на земле.

Еще по крайней мере десять минут на острове Покахонтас, а скорее всего больше. Что делать? Как поступить?

Победило честолюбие. Джудит вздохнула, расстегнула пряжку ремня и свесила ноги из кабины.

– Билли, сами отвезете Кристиана, а затем вернетесь за мной.

Нахмурившись, она обернулась к заднему сиденью. Кристиан безвольно осел на подушках, глаза закрыты; в вертикальном положении его удерживали только ремни безопасности. Солдат устроился рядом. «Можно ли на него положиться? Как поведет себя Кристиан: спокойно или снова станет рваться идти? Не сделается ли буйным? Не лучше ли послать с ним майора Уитерса? – Джудит опустила глаза и, найдя майора в маленькой группе мужчин, всмотрелась в его лицо так же внимательно, как только что изучала Кристиана. Что-то в нем ей не понравилось. – Тогда капитан? Нет, нет! Джудит опять повернулась к уже пристегнутому ремнями рядовому. Крепкий парень, тренированный. В его возрасте отобран для службы в подразделении, охраняющем особо важных персон. Спокойное, невозмутимое лицо. Но что у него внутри? Умеет ли хранить тайну? Ради бога, Джудит, решай быстрее! Врачи уже, конечно, на острове. Это хорошо. Теперь бы ему только долететь. Все будет хорошо».

– Билли, полетите без меня. Я не могу рисковать опоздать к президенту. Доставите Кристиана на место как можно быстрее. Там посадите свою птичку поближе к дому, о котором я вам говорила. – Она повернулась к солдату: – Рядовой, я могу вам доверять?

– Да, мэм. – Он посмотрел на нее широко открытыми серыми глазами.

– Хорошо. Доктор Кристиан заболел, мы отправляем его в специальное место для лечения. Его недуг физический, а не душевный, но он испытывает такую сильную боль, что у него немного помутилось сознание. Только временно, запомните это. Присмотрите за ним во время полета. А когда Билли приземлится, отведите в дом. Не задерживайтесь, не шныряйте по округе – чем меньше вы увидите, тем будет лучше для вас. Доктора Кристиана будут ждать врачи и медсестры. Вы передадите его им и как можно быстрее оттуда сматывайтесь. Понятно?