Ночь, когда огни погасли - Карен Уайт

– Линди, ты меня нервируешь.

– Я знаю. Но я не нарочно. Я просто хочу, чтобы ты на всякий случай была готова к худшему.

– Ну вот, теперь я по-настоящему нервничаю.

– Прошу тебя, не стоит. Ты ничего плохого не сделала. И ты не одна. Я знаю, как тебе трудно открываться другим, и понимаю почему. Твою веру в людей разрушили сначала родители, а потом муж – люди, которые должны были защищать тебя. Я знаю, что прошу о многом, но лишь хочу, чтобы ты доверяла мне. Как подруге. Не потому что тебе нужна моя помощь как специалиста. Потому что тебе нужен тот, кто облегчит твою ношу. Вот здесь. – Она прижала ладонь к сердцу Мэрили. – Так мне всегда говорила мама. И, может быть, тебе сейчас нужно немного материнской заботы.

Мэрили отвела взгляд, испугавшись, что Линди увидит в ее глазах слезы.

– Я не знаю, как это…

Линди вновь сжала ее руку.

– Может быть, пришло время узнать.

– Спасибо, – сказала Мэрили, сжав руку подруги в ответ. От резкого порыва холодного ветра она вздрогнула. – Никогда не пойму эту погоду. В один ноябрьский день все сезоны сменились.

Линди посмотрела в небо, темно-синее, в серых полосах туч.

– Что-то будет… Сезон ураганов продолжается до тридцатого ноября, ты и сама знаешь. Может, нас еще ждет шторм.

– Кажется, к нам идет большая туча, – сказала Мэрили. Линди рассмеялась и покачала головой.

– Это из того блога, да? Как ни гадко это признавать, в нем порой встречаются умные мысли.

Убрав в сумку ноутбук и блокнот, Линди позвала девочек, а Мэрили отправилась собирать разбросанные по всей детской площадке вещи Колина – он снял все, кроме штанов. Бинокль он предусмотрительно отдал Мэрили. По крайней мере в его жизни было хоть что-то, о сохранности чего он мог не волноваться.

Когда они шли к парковке, Мэрили вновь поблагодарила подругу и сжала в объятиях.

– Спасибо. Мне стало гораздо лучше, и я уже не чувствую себя такой одинокой.

– Ты не одинока, Мэрили. С тобой Душка. И Уэйд. Доверять людям совсем не страшно, нужно только понимать кому.

– Еще раз спасибо. Я сообщу тебе, когда мы встретимся с Синтией.

Линди подняла вверх большие пальцы, прежде чем помочь Дженне забраться в «Приус» и сесть за руль. Мэрили помахала ей на прощание.

По дороге домой она думала о том, как заставить Колина, очень не любившего мыться, принять ванну: бегать за ним по всей квартире, непременным следствием чего станут отпечатки грязных рук и ног, или ошарашить его радостной новостью и запереть в ванной, когда он зайдет помыть руки.

– Мам? – позвала Лили.

В зеркало заднего вида Мэрили увидела взгляд дочери, привычную складку на лбу, темные круги под глазами.

– Что, зайка?

– Тебя посадят в тюрьму?

Машина резко остановилась, потому что Мэрили случайно надавила на тормоз.

– Нет, солнышко. Я не сделала ничего плохого, а тех, кто ни в чем не виноват, в тюрьму не сажают. – Она надеялась, за вранье ее не ударит молния, ведь каждому, кто читает новости или смотрит по телевизору криминальные программы, ясно, какая это вопиющая ложь. Но она должна была верить в эту ложь. И Лили тоже.

Чуть успокоившись, Лили тут же принялась жаловаться, что Колин сидит слишком близко, а Колин принялся жаловаться, что Лили на него дышит. Мэрили и не подумала ругать их за эту возню. Ей было так приятно видеть хоть что-то привычное.

Припарковав минивэн перед домом и ожидая, пока дети, не переставая спорить, выберутся из машины, она подняла глаза в небо. Такое же, как ее душа: с виду спокойное, но облачное, обещавшее вслед за приятной погодой ледяные ветра. Сильный порыв сорвал последние листья с масличного дерева, растущего у дома.

– Кажется, к нам идет большая туча, – сказала Мэрили в никуда и, закрыв дверь машины, стала подниматься в дом.