Вера. Надежда. Любовь? - Мариям ПаТо

А ему это действительно нравилось.

Разговор сам дальше пошел об архивах, о необычных смертных.

Посреди разговора он подвис.

— Мне нужно в Эдем, сир Лорах просил из квартиры Марка забрать документы…

— Можно с тобой?

Он впервые, наверное, строго посмотрел на меня.

— Это опасно. Официально ты мертва. Если ты окажешься в Эдеме, совет сможет тебя уловить. Рауэль еще не провела ритуал с мастером Аарином.

— Но ты же что-то придумаешь?

— Мне влетит… От всех.

— Пожа-а-алуйста. Я очень по Джен соскучилась.

Попробовала состроить взгляд кота из Шрека. Не знаю, как хорошо получилось, но Баал тяжело вздохнул и согласился.

— Хорошо. Пару минут, придумаю как сделать тебя мною для сканеров.

Он повертел камень у себя на шее. Ну да, сир Лорах же его для магии гнезда превратил в Марка.

Он куда-то ушел, вернулся с камнем уже знакомого фиолетового цвета и предложил рискнуть.

— Смотри, если я почувствую, что не сработало, сразу верну тебя сюда. Небольшой всплеск твоей магии можно будет списать на сбой, учитывая, что я часто с тобой гулял. Договорились?

Кивнула.

Немного было страшно. Знала, что влетит и от Марка, и от сира Лораха.

Но то ли я на герцога плохо влияла, то ли он на меня, но оказавшись рядом мы упорно нарушали правила и плевали на обычный инстинкт самосохранения.

Мужчина протянул руку, давай возможность отказаться от этой глупости.

Но нет, не отказалась.

Смело приняла его руку и отправилась в ужасный перенос.

С Марком намного приятнее все это…

Голова кружилась, чуть тошнило… Но нормально. Быстро справилась.

— Как ты? — спросил он, придерживая меня.

— Хорошо, теперь точно. А где мы? — огляделась. Место смутно знакомое, но не могла понять где это.

— А мы под башней с апартаментами Маркольфома, — махнул он мне за спину. — В них перенестись не могу, но сир Лорах дал пропуск. Так что идем.

Я шла за ним в предвкушении.

Давно не видела Джен. И очень по ней соскучилась. Интересно, он знает, что я жива?

Как-то не вовремя я об этом подумала.

Пока на ходу думала, разглядывала все. Тут с Марком ни разу не было.

Да… Все прямо как в наших фильмах и играх.

Вошли в что-то вроде стеклянной капсулы и поплыли в ней наверх.

Ага. Лифт. Без канатов. Магия?

Интересно, а у них могут сорваться лифты?

— О чем думаешь?

— Да вот у нас есть похожее устройство. Но там канаты есть, двигатели. Тут видимо на магии все, — он кивнул. — Ну вот, стало интересно, может ли он рухнуть… — посмотрела под ноги сквозь стеклянный пол и вздрогнула.

Баал повторил за мной, после чего вынес вердикт:

— Очень странно думать о таком, когда поднимаешься на предпоследний этаж, — хмыкнул он.

Ответить не успела, капсула открылась и я вылетела в коридор под смех мужчины.

Пока шли по небольшому коридору, заметила по бокам лестницы. Одна уходила вверх, вторая вниз.

Ага, значит для чайников в магии способы эвакуации тоже предусмотрели.

Герцог открыл дверь и я оказалась в знакомом коридоре.

Сразу же какой-то неприятное чувство поселилось в груди. Даже поморщилась.

— Вера? Может вернешься? — спросил он, заметив выражение лица.

— Нет-нет, просто слишком быстро поднялись, видимо.

Он покосился на меня, явно усомнившись в моем предположении. Но спорить не стал.

— Я в кабинет, искать документы. Не балуйся, чтобы нам не влетело потом, — подмигнул он и уверенно зашагал дальше.

Видимо, он часто тут бывает.

А я пошла искать Джен. Девушку не нашла. Но вот чувство странное в груди росло. Я даже начала ощущать свою суккубу.

Она явно была чем-то недовольна.

Повинуясь ее требованиям, развернулась и тихо пошла от кухни, где в это время обычно была джен, к комнате одной. Гостевая?

За дверью явно кто-то был. Приглушенные женский и мужской голоса, смутно знакомые.

Сердце начало биться чаще от волнения. Неприятное чувство достигло апогея.

Мало ли кто там и кому Марк позволил воспользоваться его апартаментами.

Протянула руку к ручке и увидела, что дверь не закрыта полностью. Осторожно толкнула створку, чуть приоткрыв и замерла.

Это явно не было предназначено для моих глаз.

Я замерла, наблюдая за явно обычной картиной, но которую точно не хотела видеть.

Кажется, даже сердце забыло, как стучать, не говоря уже о легких, которые точно не дышали.

Марк. И Лилит. И явно…

Нет.

Глупая. Меня же предупреждали. Сердце закололо, а браслет начало жечь.

Растерянность.

Боль…

Сорвала раскалившуюся железку, отбросив куда-то в угол. Звон не смущал.

Врал. А может я все же напридумывала…

В любом случае ЭТО меня не устраивает и мне это не нужно.

На запястье и пальцах остались ожоги, которые ныли.

Глаза затянуло пеленой слез. Толком не видя ничего, просто бросилась бежать куда-то.

Квартира не была заперта и выскочила в коридор, на мгновение замерев у лестниц.

Вверх или вниз?

В груди кололо, дышать тяжело было…

Ринулась наверх. Оттуда ощущался свежий воздух.

Последний этаж был явно технический. А я, смахнув слезы, искала выход на крышу.

Нужно на свежий воздух.

Схватив какую-то палку, выломала обычный замок и выбралась на крышу.

Под светилом и на ветру стало легче.

Упав на колени, позволила выпустить эмоции. Позволила слезам, обиде выплеснуться.

Аарин предупреждал… За спиной раздался шум, а я метнулась в сторону, оказавшись на краю за коробкой вентиляции.

Сквозь решетку увидела Марка… Маркольфома, который оглядывался.

— Вера?! — позвал он, медленно идя ко мне.

Не хочу сейчас его слышать. И видеть…

Полшага назад, замахала руками, нога соскользнула…

Несколько секунд потребовалось, чтобы осознать, что я больше не чувствую опоры.

Сил кричать не было. Да и возможности. Летела так быстро, что вдохнуть не удавалось.

Просто закрыла глаза.

Будь что будет.

Глава 81. Маркольфом

Чувствовал себя отвратительно.

Сам я ужасно ревновал Веру. Боялся, что он решит, что ей кто-то другой подойдет больше, чем я. Заслуженно. Ведь осознал концепцию измен, которая была у других родов и многих смертных. Нам она была чужда, раньше не понимал, как можно ограничивать в удовольствии партнера.

Но теперь понимал.

Отвратительно. И сам себе бы набил морду, зная, что для девушки это будет значить. Ведь нарушил правила и одну из ночей посвятил изучению ее мира, среды, в которой она росла, ее семье.

Надеялся, что может получится как-то дать понять, зачем все это. Но не рискнул ни разу обсудить все это с ней. Она не поймет. Не примет.

Поэтому оставалось надеяться на то, что она никогда не узнает.

Ночами