Лунный луч - Эдриенн Вудс

— Думаю, пришло мое время приручить ягуара, — сказал он. Мы все рассмеялись, когда он с важным видом подошел к Софи и начал с ней болтать. Думаю, что его группа знала его лучше, чем я.

Блейк только покачал головой и сделал еще один глоток пива.

— Елена, — сказал Люциан. — Это было рекордное время, когда ты сбила Ли с ног.

Я приняла позу.

— Он такой слабак.

— Это было горячо, — одобрительно сказал Айзек.

Мы все рассмеялись, когда Блейк уставился на него без всякого выражения.

— Не так, — отступил Айзек. — Я просто говорю, что девушка, которая может защитить себя, горячая штучка. Это значит, что я не обязан этого делать.

Я напрягла свой бицепс под всеобщие аплодисменты.

— Ты просто напуган, Блейк, — уговаривал Люциан. — Ты знаешь, что в ближайшие несколько месяцев именно ты столкнешься с этим. — Он склонил голову набок, глядя на меня, и Блейк начал смеяться.

Да, мы уже сталкивались друг с другом… несколько минут назад.

— Маленький ниндзя. — Блейк коснулся моей руки.

— Ты, блин, не спарринговал с ней целый час. Я никогда не видел свою задницу так много раз, — сказал Люциан, вспоминая день, когда они приехали на Рождество. — Как ты вообще это сделала?

— Сделала что? — спросила я.

Он закурил сигарету и выпустил струю серого дыма в ночной воздух.

— Ты хочешь, чтобы я рассказал ему о твоих действиях?

— О, черт возьми, нет. — Я подмигнула. — У меня уже было, наверное, шесть инструкторов.

— Шесть? — Блейк поднял брови. — Елена, я один гребаный дракон, а не десять.

Тай и Оливия рассмеялись.

— Ты хочешь перефразировать это? — сказала я, зная, что он был десятью, превратившихся в одного.

— Ладно, хорошо. — Он улыбнулся. — Тем не менее, у меня есть только одна форма.

Наконец мы причалили. Я была рада, что Блейк все еще разговаривал со мной. Мы все попрощались, сходя с яхты моего отца.

Ли проснулся, и Клэр отвезла его домой. Я попрощалась с Айзеком и Таем, затем настала очередь Блейка. Он отвел меня в сторону и поднял щит.

— Увидимся завтра, хорошо? — Он крепко обнял меня.

— Все еще не жалеешь?

— Елена, нет. Ты уверенный в себе человек, так что прекрати это. Просто сделай мне одолжение.

— Какое? — прошептала я ему на ухо.

— Прими как следует душ, когда вернешься домой. Прежде, чем твоя мать увидит тебя. У нее нос, как у дракона. Она узнает, и я действительно не хочу, чтобы она меня еще больше ненавидела.

— Еще больше?

Он просто рассмеялся. Я чувствовала себя как рыба в аквариуме, когда все старались не смотреть в нашу сторону, но они все равно смотрели.

— Все смотрят.

Он поцеловал меня в макушку и попрощался. Щит исчез. Тай принялся дразнить Блейка.

Он хлопнул его по затылку.

— Что? Она нас не слышит, — громко сказал он, когда они забирались в джип.

Люциан отвез нас с Сэмми домой. Люциан и Сэмми договорились провести ночь в моем замке сегодня вечером, с разрешения моих родителей.

Арианна ночевала в доме подруги. Они все еще собирались в клуб.

Я была смертельно измотана. Усталость и легкая боль. Я не могла выбросить его образы из головы.

Как только мы оказались в машине, и Сэмми благополучно задремала на заднем сиденье, Люциан спросил меня:

— Серьезно, где ты была?

— Ладно, мы с Блейком разговаривали, хорошо? Все продолжали перебивать нас, и нам нужно было многое наверстать.

— Это было все? — спросил он. — Просто разговаривали?

— Да, что еще? — солгала я.

Он покачал головой.

— Ничего.

— Не говори «ничего» таким тоном. Что?

— Он действительно хотел склеить тебя сегодня днем. Он чуть не выплюнул свое пиво, когда мы сказали ему, что это ты.

Я снова покраснела.

— Он хотел меня склеить? Когда?

— До того, как Ли повел тебя вниз.

Я расстроилась.

— Он мудак.

— Ему это не понравилось, Елена.

— Это я понимаю. Ли чрезвычайный собственник, самая большая гребаная ошибка, которую я когда-либо совершала. Знаю, знаю, ты предупреждал меня.

Люциан рассмеялся.

— Я говорил не о Ли. Я говорил о Блейке.

Я ахнула.

— Что он сказал?

— Он был, типа, сумасшедшим. Думал, что если ты услышишь голос Айзека, то придешь и разберешься, но ты не появилась. Он продолжал пялиться на эту чертову дверь. Энни подумала, что это было забавно.

Плохо для тебя, Энни. Я улыбнулась. Сегодня вечером я неправильно истолковала все знаки.

— А потом он просто сказал «к черту это», встал, схватил гитару и начал играть эту песню. Он был уверен, что сработает. Что в ту минуту, когда ты услышишь его голос, ты вернешься.

Я рассмеялась.

— Это сделало свое дело. Ли все еще хотел поговорить. Придурок.

Люциан рассмеялся.

— Мы все догадались, потому что прошло несколько секунд, когда он все еще ждал, а затем на его лице появилась огромная улыбка. Это удивительно, что ты с ним делаешь, Елена. Он был таким сварливым, когда еще был на катере, но в ту минуту, когда он ступил на яхту, он словно растаял. Он стал прежним Блейком. Тем, кто раньше был моим лучшим другом. Я скучал по нему.

Не так сильно, как я.

— Как ты узнал, что он был сварливым на лодке?

— О, Айзек сказал мне.

Я рассмеялась.

— Но теперь с дерьмом разобрались?

— Да, это так. Он думает, что за этим стоит моя мама. — Я нахмурилась. Я все еще не знала, что чувствую по этому поводу. — Я сказала ему, что она бы даже не позвонила ему, если бы это было так.

Некоторое время он молчал. Я точно знала, о чем он думал.

— И ты тоже? Она бы никогда.