Планета Эксперимент. Ларец для инопланетянина - Лоя Прыкош

Я рассмеялась Борису в лицо. Что я только что услышала? Авиям? Мой благородный любимый, продаст меня сутенеру? Как Борис может в это верить? Он не знает, что между нами было, не знает, как Авиям целует меня, как смотрит в глаза, с какой нежностью дотрагивается до моей кожи! Я смеялась, пока не скорчилась от боли в пустом желудке. Оторвав одну ладонь от живота, я вытерла набежавшие от смеха слезы.

— Нет, правда, Борис, куда мы летим?

Борис встряхнул меня.

— Лора, открой глаза, я не шучу!

— Ты ошибаешься насчет Авияма, он никогда бы так не поступил!

— Но ты ведь здесь. И летим мы на Андромеду.

— Андромеда? Ты имеешь в виду нашу соседнюю галактику?

Борис кивнул.

Моему удивлению не было предела. Неужели я там побываю?

— Сколько нам лететь?

— До места обмена около шестисот часов. Лора, я рад, что ты так спокойно все восприняла, но мне немного непонятна твоя реакция. Я ожидал, что ты будешь сильно напугана…

— Со мной ты и Авиям, мне нечего бояться.

— Господи, ты вообще меня слушала?! — Борис начал злиться. — Лора! Авиям… нам не поможет! — и понизив голос продолжил. — Мы выберемся, я и ты, я тебе обещаю! Я не могу рассказать тебе больше, нужно быть осторожными. Здесь повсюду камеры и прослушка… Это иногалактический корабль. Андромеда более развита в плане технологий и без ее корабля они не смогли бы совершить это путешествие с такой скоростью. Само собой, на Землю им путь закрыт, поэтому у нас была пересадка на Глизе 667С. Ты была еще без сознания. Что с тобой?

— Желудок болит. Мне бы поесть. — слова Бориса звучали словно издалека, от боли и слабости у меня помутнело в глазах.

Борис свистнул четверке в противоположном углу, склонившихся над большими экранами.

— Ей нужно поесть! Сейчас же! — бросил грубо им мой друг.

Самый крупный и серьезный из мужчин кивнул своему напарнику, и тот вышел.

— Борис, это они так тебя? — догадалась я.

Борис долго смотрел мне в глаза, прежде, чем ответил.

— Нет, это не они. К этому, — Борис указал на свое раскрашенное лицо, — приложил руку Авиям.

— За что? Что ты ему сделал? — я вовсе не хотела, чтобы это прозвучало обвиняюще.

— Меня здесь не должно было быть. Я стал невольным свидетелем твоего похищения и не мог остаться в стороне. У одних были мысли уб… рать меня. Но Авиям сказал, что нельзя заниматься таким расточительством, мои мозги еще пригодятся. Поэтому меня погрузили вместе с тобой.

— Погрузили?

— Я до последнего пытался помешать им. Но у Авияма очень тяжелая рука. После третьего удара я ничего не помню. Очнулся уже далеко от Земли. Поначалу ты была рядом, но из-за внезапной тряски, ты… упала на пол. Поэтому тебя перенесли в комнату Авияма.

Моя рука поднялась к голове, теперь я понимаю, откуда эта боль.

— Я поговорю с Авиямом. Ты все не так все понял.

— Лора, третьего такого объяснения мне не нужно.

— Третьего?!

— Ну да… — неохотно признался Борис. — Я, и правда, виноват, что не уследил за тобой, ты ведь могла…

Я взвыла. Не понимаю, что здесь происходит!

Я верю Авияму и точно знаю, что он не даст меня в обиду. Я уже заблуждалась насчет него и дала себе обещание никогда впредь не сомневаться в нем. Его поведению обязательно найдется объяснение.

В это время вернулся мужчина, которого отправили за едой. Перед ним ехала тележка разных вкусностей с соками и вином. Какая же я пленница, если меня так кормят? Мужчина ловким движением рук превратил тележку в столик и поставил передо мной. Я схватила чашку горячего супа и выпила ее через край. Сразу же по всему телу расползлась волна облегчения. Я выдохнула и удовлетворенно откинулась на сидение. Мне показалось, у моего друга голодный взгляд.

— Только не говори, что они морили тебя голодом!

Борис, в который раз за сегодня, поджал губы.

— Чего ты тогда сидишь?

Я протянула другу тарелку с бутербродами. Борис, опасливо поглядывая, на мужчин в дальнем углу, взял по бутерброду в каждую руку и тут же принялся жадно от них откусывать.

Вдвоем мы очень быстро справились с едой. Борис налил мне полный бокал вина, а сам стал пить прямо из горла, пока я сидела у окна и любовалась невероятными космическими видами.

— Ты уже бывал в космосе?

— Нет. Земляне не летают в космос. Все технологические достижения рассматриваются специальной комиссией на конгрессах. Ей приходится тормозить весь прогресс, чтобы держать знания землян в допустимых пределах.

— Это не честно.

— Как посмотреть… Существует множество опасных технологий, открытие которых может привести Землян к гибели. Отец говорит, что неведение в этом случае — дар. Наша планета — это райский уголок, была и есть до сих пор. Кстати… мне показалось, ты не очень удивлена всему происходящему. Ты что-то знала? Или мелатонин все еще вызывает у тебя заторможенность реакции?

Я отложила свой пустой бокал, забрала у Бориса бутылку и сделала большой глоток.

— Думаю, и то и другое.

Как же глупо я себя тогда повела, испугавшись открывшейся мне тайны! Сейчас все кажется таким правильным. Будто раньше было слишком много загадок, а теперь все встало на свои места.

За расспросами о жизни вне Земли мы скоротали не один час. Борис знал достаточно много о семи передовых планетах Млечного Пути. Их названия я выучила еще на конгрессе: Альбус, Экваторис, Абсор, Вангван, Барганди, Муфасаил и Пеимейн.

Прошло много времени, но Авиям так и не появился. Я очень соскучилась и мечтала увидеть его, даже подумывала отыскать и поговорить с ним. Мужчины, которые остались с Авиямом в комнате давно освободились, притащили ту самую непонятную штуковину с пружинами и трубками, установили в одну из панелей и ходили туда-сюда перед нами, разговаривая на непонятном языке. Нас с Борисом команда