Двойной шантаж - Лора Ли Гурк

— Попридержи-ка свой болтливый язык, мерзавка, не то…

Он осекся, и Кэти немедленно этим воспользовалась.

— Не то что? — переспросила она, поднимаясь и подходя к решетке. — Меня завтра повесят, и мне плевать на ваши угрозы! — Схватившись обеими руками за железные прутья, Кэти смело посмотрела Лоудену в глаза. — Я вас больше не боюсь!

— Вот как? Думаю, ты запоешь по-другому, когда увидишь одного молодого красивого офицера, которого я привел с собой, — сказал виконт, поворачиваясь и подзывая кого-то взмахом руки. — Он тебе, несомненно, знаком!

Из глубины коридора выступил мужчина в красном мундире.

— Уэстон! — узнала Кэти, едва взглянув в тупую солдафонскую физиономию. — О господи!

— Да, — с видимым удовольствием наблюдая за ее реакцией, подтвердил виконт. — Твой старый знакомый лейтенант Уэстон!

— Проклятая ведьма! — прошипел тот, с ненавистью глядя на молодую женщину, которая когда-то так легко обвела его вокруг пальца. — Надеюсь, тебя вздернут!

— Достаточно, лейтенант! — окоротил его Лоуден.

— Как прикажете, милорд, — ответил Уэстон и снова отступил назад, не сводя, впрочем, с Кэти злобного взгляда.

— В течение двух недель лейтенант находился за пределами города, — продолжал виконт, обращаясь к своей пленнице, — но сегодня вновь приступил к выполнению своего служебного долга. Арестовав тебя прошлой ночью за нарушение нашей договоренности о встрече, я вызвал лейтенанта для дачи показаний на предстоящем судебном разбирательстве, и милейший Уэстон рассказал мне преинтереснейшую историю, которую готов повторить и в присутствии губернатора Гейджа. И знаешь, о ком в ней идет речь? О Джоне Смите и о тебе, дорогуша!

— Неужели он знает что-то о Джоне Смите? — воскликнула Кэти, вцепившись в прутья решетки так, что костяшки пальцев побелели. — Раздобыл улики против Холбрука?

— Увы, нет, маленькая притворщица, но это не имеет никакого значения, потому что сэр Уильям невиновен в измене. Кому, как не нам с тобой, дорогуша, знать, что настоящее имя Джона Смита вовсе не Холбрук, а Итан Хардинг!

Кэти трудно было скрыть свой ужас, но она сделала над собой усилие и спокойно, почти равнодушно покачала головой:

— Вы ошибаетесь, милорд, Хардинг совсем не тот человек, который вам нужен. Я ясно слышала, как на конспиративной встрече в «Русалке» заговорщики называли Холбрука. А простофиля Хардинг и в карты жульничать не умеет, куда уж ему заговоры плести!

— Помню, помню, ты об этом уже говорила, но, сдается мне, Хардинг совсем не так прост, как кажется. Полагаю, именно он и есть пресловутый Джон Смит, и тебе это отлично известно!

— Полагаете? — презрительно хмыкнула Кэти. — К несчастью для вас, милорд, тут полагать мало, губернатор потребует представить доказательства, а их у вас нет, одни предположения!

— Не торопись с выводами, скоро мы получим и доказательства! Я уверен, что лейтенант Уэстон опознает в Хардинге человека, которого встретил несколько дней назад в Конкорде под именем Джона Смита, когда тот помогал местным жителям прятать оружие и боеприпасы.

Кэти сковал леденящий ужас — если Уэстон опознает Итана, все пропало!

Почувствовав, какой эффект произвели его слова, Лоуден даже зажмурился от удовольствия.

— И еще Уэстон расскажет губернатору о том, как этот галантный господин бросился тебе на выручку, неосторожно продемонстрировав ему медальон «Сынов свободы», — добавил он. — Представляешь, какое впечатление произведет на Гейджа сия трогательная история?

Кэти охватило безграничное отчаяние, но она предприняла еще одну попытку отвести подозрение от Итана:

— Если бы Хардинг был Джоном Смитом, я бы обязательно вам сообщила. С какой стати мне его защищать?

— С такой, милочка, что ты влюбилась в него, как кошка! — ответил виконт, неодобрительно качая головой. — Честно говоря, я был о тебе лучшего мнения, Кэти. Разве ты не знаешь, что влюбиться в своего покровителя для содержанки дурной тон?

Она молчала, вперив в своего мучителя сумрачный взгляд.

— Итак, как ты сама убедилась, у нас есть все основания, чтобы отправить Хардинга на виселицу как изменника. Для судебного разбирательства он предстанет перед самим губернатором.

— Если только мы сумеем его найти и арестовать, — мрачно буркнул Уэстон.

Когда до Кэти дошел смысл его слов, надежда в ее сердце вспыхнула с новой силой.

— Так вы не можете его найти? — расхохоталась она. — Вот это здорово! И как же вы собираетесь поступить? Будете судить его заочно?

— Довольно скалить зубы! — рявкнул виконт. — Я разыщу Хардинга, достану хоть из-под земли, его осудят и повесят, но ты этого уже не увидишь — мы с лейтенантом Уэстоном с удовольствием засвидетельствуем в суде, что ты отъявленная воровка, и не позже завтрашнего утра ты будешь болтаться в петле. Однако у тебя есть последний шанс — дай показания против Хардинга, расскажи, где он может скрываться, назови имена его осведомителей, и останешься в живых! Ну как, согласна?

Молодая женщина посмотрела на виконта, сверлившего ее холодным взглядом, и его лицо снова, как в первую встречу, показалось ей похожим на череп — в черных глазах не было жизни, как будто из пустых глазниц на нее взирала сама Смерть.

— Идите к дьяволу! — отчеканила Кэти и с вызовом улыбнулась в это мертвое лицо.

— Непременно, непременно, — злобно хихикнул Ло-уден. — Но ты окажешься в его объятиях гораздо раньше меня, дорогуша, будь уверена!

Кэти в этом не сомневалась, но собственная судьба уже не имела для нее никакого значения, только бы удалось спастись Итану.

— Мы еще побеседуем с тобой, — проговорил виконт, наклоняясь к решетке. — Когда тебя потащат на виселицу, ты наверняка станешь гораздо сговорчивей!

Он сделал знак Уэстону, и они ушли, а Кэти упала на колени и стала горячо молиться богу, в которого не верила, о том, чтобы Итана не было в городе.