Приди, весна - Джилл Мэри Лэндис

Следуя указаниям Розы, она собрала все имеющиеся в доме чистые простыни и полотенца. Том, которого она заставила приглядывать за Бейби, поставил внизу кипятиться воду. Когда у Розы уже больше не стало сил ходить, она помогла ей снять платье и облачиться в ночную рубашку и лечь. Следовать указаниям не составляло никакого труда, успокоить же взвинченные нервы было не так легко. Каждый раз, когда у Розы начиналась схватка, она давала ей держаться за свою руку, хотя вскоре и начала бояться, как бы та ей ее не сломала. Между схватками Роза тяжело дышала, явно до смерти напуганная, но не жаловалась. Она подозревала, что Роза пытается задержать роды, и молилась про себя о том, чтобы Кейс наконец возвратился и привез с собой врача.

Анника не могла бы сказать, кто из них молится более истово – она или Роза. Но одно она знала твердо – ей совсем не хочется принимать самой роды, тем более после всех тех потерь, которые Роза уже понесла. Если по неумению, она навредила бы чем-то Розе или младенцу, то никогда бы в жизни себе этого не простила.

– Анника? – прошептала, задыхаясь, Роза и вновь с силой вцепилась ей в руку, словно это был якорь спасения. – Я больше не могу… не могу…

– Можешь! Ты прекрасно со всем справишься. Ты и сейчас прекрасно справляешься. – Она надеялась, что Роза не заметила, как у нее трясутся руки.

– Я хочу видеть Кейса, – простонала Роза.

«Я тоже», – подумала Анника и вслух произнесла:

– Он будет здесь с минуты на минуту.

– Я уверена, что-то произошло. Где он?

– Уже едет сюда, вне всякого сомнения. – Анника опять посмотрела в окно. – Дождь льет не переставая. Вероятно, это их и задержало.

Роза стиснула зубы, борясь с очередным приступом боли, и, когда он прошел, откинулась на подушки. Бросив взгляд в окно, она тут же отвернулась.

– Дождь – плохая примета.

– Ерунда. – Анника покачала головой. – Он смочит землю, и появятся первые весенние цветы. Только подумай, скоро зацветут все твои розовые кусты. Дождь – неотъемлемая часть весны, символ роста и возрождения.

Роза закрыла глаза.

– Иногда дождь не к добру. Ты должна кое-что сделать для меня.

– Что?

– Положить крестом ключи.

Уверенная, что Роза бредит, Анника даже не спросила, что она хочет этим сказать. Однако Роза продолжала настаивать:

– Положи крестом ключи. Они висят на кухне возле двери. Пойди вниз и положи их там на столе вот так, – Роза подняла руки и скрестила указательные пальцы в виде буквы «X». – Это не позволит злу войти в дом вместе с дождем. Эти ключи мне подарили, когда я приехала в Америку.

На лице Анники появилось скептическое выражение.

– Право, Роза…

– Пожалуйста… – Скривившись от внезапной боли, Роза опять стиснула руку Анники и попыталась принять сидячее положение. Затем, обхватив обеими руками живот, стала качать ребенка внутри, словно надеялась таким образом остановить неизбежное. Когда приступ боли прошел, она без сил откинулась на подушки и прошептала:

– Иди и побыстрее.

– Я не могу тебя оставить одну.

Роза покачала головой.

– Ребенок не появится пока. Я знаю.

– Но разве он не может родиться в любую минуту?

Роза опять покачала головой.

– Нет. Что-то не так. Ты должна положить ключи крестом.

В неуверенности Анника застыла перед кроватью. Она боялась оставить Розу одну, но та продолжала настаивать, чтобы она спустилась на кухню и сложила крестом железные ключи, которые висели на гвозде возле двери черного входа. Схватки участились и происходили сейчас почти беспрерывно. Встав в ногах постели, Анника приподняла простыню, прикрывавшую нижнюю часть тела Розы, надеясь увидеть хоть какой-нибудь признак прогресса, а не только покрытые кровянистыми пятнами полотенца под ней, но головка ребенка еще так и не показалась.

Убрав упавшую на лицо прядь волос, Анника вытерла пот со лба. И в этот момент услышала, как кто-то взбегает по лестнице. Она бросилась к двери. Охваченная нетерпением, она не сразу смогла повернуть в нужную сторону ручку и едва не расплакалась. Наконец дверь распахнулась.

– Кейс! Слава Богу!

Ее брат, торопясь войти, не ответил ей, но она успела заметить, что все его лицо было в ссадинах и кровоподтеках. Бросив шляпу на пол, он опустился на колени подле постели своей жены. Волосы его растрепались, и во всем облике была необузданность, о какой она даже не подозревала. Увидев его сейчас в таком состоянии, она поняла, что он был человеком, которого следует воспринимать серьезно и ни в коем случае не злить.

Анника прошла за ним в спальню, и внезапно у нее перехватило дыхание. Только теперь, на свету, она как следует разглядела брата и поняла, что лицо его было избито сильнее, чем ей показалось вначале. Роза протянула руку и нежно коснулась раны на его щеке и лиловых кровоподтеков у него под глазами.

– Что случилось? – Глаза Розы наполнились слезами.

Кейс в ответ лишь пожал плечами и погладил ее по щеке.

– Тебе нужно было видеть моего противника.

Анника решила, что можно обождать с объяснениями того, что произошло. Сейчас главным было другое.

– Где врач, Кейс? – Она подошла к двери и с надеждой посмотрела на лестницу, но та была пуста. В ней вспыхнуло раздражение при мысли, что в то время, когда он там буянил в городе, она тут сходила с ума от страха. Отойдя от двери, она прошлась взад-вперед по комнате. – Ну? Где же он?

Плечи у Кейса поникли.

Он в Шайенне. Анника на мгновение задумалась, глядя на застывшую в страхе пару. Кейс держал жену за руку. Роза выглядела растерянной и встревоженной. Кейс, несмотря на свою внушительную внешность, похоже, растерял все свое мужество сейчас, когда дело касалось его жены. Кто-то должен был немедленно что-то предпринять, и, кроме нее, это было сделать некому. Глубоко вздохнув, Анника как можно более авторитетно произнесла:

– Кейс, пойди умойся, или ты напугаешь ребенка, когда он увидит тебя. В кувшине на умывальнике свежая вода.

Словно осужденный на казнь, Кейс медленно поднялся с колен. И в тот же момент очередная схватка заставила Розу вскрикнуть от боли. Кейс тут же опустился на кровать и обнял жену за плечи.

– Черт побери, Роза. Все, хватит! Это последний раз. Я не потеряю тебя.

Позади заскрипели половицы, и Анника обернулась к распахнутой настежь двери, ожидая увидеть на пороге Ричарда. Взгляд ее натолкнулся на взгляд Бака, и на мгновение ей показалось, что у нее оборвалось сердце. Бак выглядел не лучше, чем ее брат, и неожиданно она поняла, что они встретились в городе. Встретились и подрались, да так, что едва не убили друг друга.

Бак с Бейби на руках продолжал молча стоять в дверях. Он выглядел таким же, каким она видела его в последний раз, за исключением того, что под глазами у него залегли тени, лицо осунулось и он отрастил себе бороду. Да и волосы тоже стали заметно длиннее. Очевидно, он потерял тесемку, которой обычно их подвязывал, и они растрепались, да еще и слегка закудрявились от дождя, так что вокруг его лица был ореол кудряшек, как у ребенка, обнимающего его сейчас за шею. Еще никогда ей не доводилось видеть такой прекрасной картины.