Обнаженная тьма - Елена Арсеньева

Кажется, она похудела, только еще добираясь от вокзала додому! Провинциальная ленца мигом свалилась, как немодное платье. Но… телефоннаянезнакомка по-прежнему твердила одно и то же, как нанятая. Прошел деньмучительных ожиданий, два и три… и вдруг однажды, когда Карина была дома одна,ОН ПОЗВОНИЛ!!!

– Привет, – сказал насмешливо. – Опять на линии огня?Сбежала, да?

Карина на минуточку похолодела, представив, как он звонил вСергач, как прицепится теперь мама к этому звонку, начнет выспрашивать…

– Не волнуйся, – сказал Иванов, непостижимым образом поняв,о чем она думает. – Я туда не звонил. Так и знал, что ты долго не выдержишь иприедешь. И угадал, что характерно.

– Угадал… – выдохнула Карина, необыкновенно счастливая тем,что он помнил, думал о ней.

– В общем-то, правильно сделала, что вернулась. Теперь здесьвполне безопасно. Дела идут очень даже хорошо. Думаю, дня через три… сегоднякакое? Девятое? Ну, скажем, числа 11-го будет возможность кое-что отметить.Потом скажу, а пока ничем этот вечер не забивай. Я позвоню накануне, уточню.Все, пока, мне некогда.

Карина прижала гудящую трубку к груди. Самое интересное, онане чувствовала ни малейшего возмущения, что кто-то распоряжается ею и еевременем, даже не спрашивая, как она к этому относится. Вот он – мужчина,который поступает именно так, как должен поступать мужчина! Не ждет милостей отприроды и женщины – берет их сам.

Что же он скажет ей при свидании? Что будет отмечаться?Может быть, их помолвка? А почему бы и нет? Ясно же, что она ему нравится, –иначе с какой радости он спасал бы ее от Петрова, потом отправлял в Сергач,теперь вот позвонил и пригласил… Куда? Наверное, в ресторан – он ведь сказал,отметить. Надо посмотреть, как там дела с одеждой.

Карина достала любимое платье – купленное еще в Монако,совсем простенькое, но такое красивое, что она его надевала редко: женщины вклубок свивались от зависти, а мужики дурели. Но теперь ей именно это и нужно:чтобы мужик одурел.

Померила – и вытаращила глаза: платье всю жизнь болталось наней, как на вешалке, а теперь – сходится еле-еле! В обтяжку!

Он сказал – через три дня… На пробежку немедленно!

Эти дни Карина моталась по саду Кулибина утром и вечером,как нанятая, а дома изнуряла себя голодовкой и гимнастикой. И к тому времени,когда Иванов позвонил опять, результат был достигнут – и вполнеудовлетворительный!

– Ну, как насчет завтрашнего вечерка? – спросил Иванов сосвоей обычной насмешливой интонацией. – Гульнем маленько?

– Гульнем! – взвизгнула Карина.

– Завтра в восемь я за тобой заеду. Форма одежды парадная.Самая парадная! Нам предстоит роскошнейший банкет – и знаешь, где? Угадай стрех раз.

– «Виталич»? «Волжский откос»? «Русский лев»? – неуверенноназвала Карина.

– Мимо. Поедем в «Стеньку Разина»!

– Что-о?!

– Самое милое дело – праздновать победу на развалинахпобежденной крепости, не так ли? – задушевно сказал Иванов. – Не переживай.Господин Римский там больше не работает. И вообще – там теперь все иное! Такчто выходи завтра ровно в семь – буду ждать у подъезда. Договорились?

И он бросил трубку, не дожидаясь ответа.

«Что бы это значило? – изумилась Карина. – В «СтенькеРазине» все изменилось, Олега больше нет… Уволился? Там, наверное, новыйхозяин? Кто?»

И ахнула, когда ответ просто-таки сам ворвался в голову: ужне Иванов ли?

Нет, он же вроде бы врач… Хотя нынче даже актеры содержатпрестижные харчевни. А, что толку гадать! Завтра все станет известно. Иотносительно судьбы Олега Римского, и относительно собственного будущего. Инечего забивать голову загадками-отгадками – надо заняться более насущнымивопросами. Например, проверить, не стесались ли набойки на любимых золотыхтуфельках.

Карина открыла коробку, где всегда лежали туфли, – и ахнула.Коробка была пуста.

Бог ты мой… Да ведь они остались в агентстве!

Настроение мигом испортилось. Идти туда? Встречаться сЖеней? Не лучше ли купить новые туфли? Только где найдешь такие? Любимое платьебыло сшито из ткани, которая на первый взгляд казалась черной, вполне обычной,но при движении играла мягким золотым блеском. Завораживающее зрелище! Дажеглаза Карины казались золотистыми в этом сиянии. И туфли были обтянуты такой жетканью, что-то вроде стреча с люрексом, идеально подходя к платью. Обычныечерные смотрелись вроде неплохо, но все же упрощали наряд. Нет, надо раздобытьименно те!

Может, заслать к Полозовой кого-то из девчонок? Каринапозвонила Ане, потом еще двум девочкам, с которыми более или менее дружила, но,как назло, никого не было дома. Тогда она вздохнула поглубже – и началаодеваться.

Ее от этого не убудет. Сходит уж как-нибудь сама. Как училаЖенька, сделай морду лопатой – и вперед!

* * *

Что Высоково, что Лапшиха, наверное, были бы идеальнойсъемочной площадкой для приключенческого фильма. Переулки и закоулочки, бесконечныезаборы, поленницы и кучи мусора – все это как нельзя лучше подходило, чтобынезаметно подкрадываться, следить из-за угла и преследовать кого-то украдкой,особенно если объект слежки о ней даже не подозревает.

С другой стороны, почему Гелий должен был чего-то опасаться?Вышел – и, даже не оглянувшись, пошел своей дорогой, не обнаружив за ближнейполенницей полузамерзшую Александру. Она и сама не знала, почему продолжалазябко перебирать ногами и тискать руки в карманах, почему не уходила. Теперь известно,где работает Эльдар Мельников, то есть вполне можно съездить к нему впонедельник, настоять на разговоре. Нет же, вбилось ей в голову – непременноувидеться с ним сегодня! И не только с ним. Не оставляла надежда, что Владвсе-таки там, у своего приятеля. Что-то такое мелькнуло в глазах Гелия при егоимени, какая-то растерянность в них появилась. Так бывает с людьми, которыеврать не любят, а приходится.

А может, Александра все это себе напридумывала, и ничеготакого в глазах Гелия вовсе не мелькало? Но до такой степени не хотелосьвозвращаться домой, опять оставаться наедине с собой и телефоном, по которомухочешь не хочешь, а начнешь звонить Ростиславу, что она битый час топталась заполенницей, изредка осторожно выглядывая: не выходят ли люди с поминок?