Подарок богов - Триш Мори

— Почему тебя это интересует? Отчего бы просто не принять мой ответ? Этого не произошло!

— Какая потеря, — бросил он, решив пока не отступать. Без ответов осталось еще слишком много вопросов, а Сера сейчас очень обескуражена. — Я видел тебя с тем ребенком. Ты хорошо с ним смотрелась. Я всегда считал, что ты будешь отличной матерью.

Она открыла рот, затем резко сомкнула губы и отвернула голову, но Рафик успел заметить слезы на ее ресницах.

— Ты любила его? — От гнева у него забурлила кровь. Она поэтому плачет? Она ужасно хотела детей от мужа, а теперь будет вечно оплакивать упущенную возможность? Ему неприятно спрашивать ее об этом, но сейчас она рядом, и почему-то для него важно узнать правду. — Ты любила Хусейна?

Она зажмурилась, а потом почти крикнула:

— Он был моим мужем.

Ее слова на миг озадачили Рафика.

— Скажи мне то, чего я не знаю! — рявкнул он с такой же яростью. — Я был там... помнишь? Год я провел в пустыне, обучаясь навыкам выживания, необходимым мужчине. Но за один месяц я понял, что не выживу без тебя и должен быть с тобой. А ты не дождалась меня в тот год. Ты не ждала меня даже четыре короткие недели!

Она закрыла лицо руками:

— Рафик, прошу тебя...

— Я вернулся и что увидел? Моя будущая невеста оказалась разодетой для свадебной церемонии! Это была самая красивая невеста, какую я мог вообразить. И на миг — лишь на один короткий, безумный миг! — я было подумал, что ты каким-то образом узнала о моем возвращении. И настал тот день, когда мы навсегда соединимся, как муж и жена. — Он смотрел на нее сверху вниз, разъяряясь все сильнее. Перед его глазами стоял образ Серы, одетой в подчеркивающее ее стройную фигуру платье из золотого шитья. На ее шее было несколько золотых цепочек. Ее подведенные сурьмой глаза в ужасе округлились, когда на пороге появился Рафик. Из ее груди вырвался крик раненого животного. — Но ведь это был не наш день, верно? Ты стояла у алтаря, готовая выйти замуж за другого мужчину!

— Рафик, — тихо произнесла она. — Все должно было произойти иначе. Но... но у меня не было выбора.

— Выбор у тебя был! Ты выбрала Хусейна. Ты предпочла шикарную жизнь жены посла замужеству со мной.

— Перестань, это неправда. Ты знаешь, что мой отец обещал меня ему. Ты знал, что так может случиться.

— В мое отсутствие? Да, мы с тобой условились. Но ты знала, что я на год уезжаю в пустыню. Ты отпустила меня. Ты поцеловала меня на прощание, обещала ждать моего возвращения, и тогда мы преодолеем недовольство членов наших семей. Я думал, что ты достаточно сильна и будешь ждать. Однако ты оказалась слишком труслива. Не успел я пропасть из твоего поля зрения, как ты за моей спиной стала готовиться к свадьбе с Хусейном.

— Все было не так!

— Нет? Тогда как было?

Она подняла лицо к небу:

— Чего ты от меня ждал? Я видела, что произошло с моей лучшей подругой Жасмин, которая едва живая вернулась из пустыни, потому что твой брат и она решили бросить вызов родителям, определившим их будущее.

Сера умолкла, вспоминая отца Рафика и то, как он смеялся, когда она отказывалась выходить замуж за Хусейна и умоляла его, говоря об обещании стать женой Рафика.

«Невест своим сыновьям буду выбирать я, — заявил он. — Посмотри, что сделал со своей жизнью Кариф. Я не позволю, чтобы подобное произошло с Рафиком!»

Она сглотнула воспоминания.

— Как я могла так же поступить со своей семьей — с твоей семьей? Разве я могла подвергнуть их позору, зная, чего это будет стоить каждому из них?

Он отмахнулся от ее слов:

— Ты говорила, что любишь меня!

— Я знаю, но...

— Ты вышла замуж за Хусейна, не прошло и месяца после моего отъезда. А ведь ты любила меня! Ты выставила меня законченным дураком.

— Рафик, пожалуйста, ты должен меня выслушать...

— Знаешь ли ты, что я чувствовал, стоя там? Ты можешь вообразить, каково это, когда все смотрят на тебя, а твой отец и Хусейн откровенно глумятся, празднуя победу? Все полны жалости, сожаления. Бедняжа Рафик, узнал последним о том, что было известно всем. О том, что ты никогда не собиралась выходить за меня замуж.

Она тряхнула головой:

— Я не имела в виду...

— Но тебе даже этого оказалось мало, верно? Ты не удовлетворилась тем, что унизила меня перед всем дворцом. Ты втоптала в грязь мою любовь!

Она снова замотала головой. Ему захотелось зарычать и встряхнуть ее. Если бы за умение произвести впечатление, разыграть мелодраму, притвориться небезразличной давали приз, Сера получила бы его!

— Я не хотела тебя обидеть.

Он фыркнул от неверия:

— Черта с два! Ты восторгалась ситуацией. Потому что, когда я просил тебя, умолял отменить свадьбу и рассказать всем, что ты любишь меня, а не Хусейна, ты заявила, будто все и так знают, что ты никогда меня не любила. — Его грудь вздымалась, дыхание было прерывистым и резким — Еще скажи мне, что не любила Хусейна.

Наступило молчание. Было слышно только их дыхание и приглушенное гудение двигателей стоящих неподалеку автомобилей. В тени пальм, на корточках, сидели водители. Они попивали кофе и не подходили к ним, понимая, что не имеют права вмешиваться и торопить их. Хотя Рафик лично настоял на том, чтобы скорее отправляться в путь.

— О, Рафик, — прошептала она, неуверенно протягивая руку в его сторону. Ее рука дрогнула в воздухе, прежде чем Сера осмелилась коснуться его руки.

Он нахмурился, будто увидел надоедливое насекомое, которое был готов прихлопнуть.

— Рафик, мне жаль...

Ей жаль? Только это она и может ему сказать после того, что натворила? Она унизила его, растоптала его юношеские мечты, превратила его жизнь в хаос!

— Тебе жаль? Чего именно тебе жаль? Того, что ты потеряла богатого мужа? Или того, что ты вышла замуж за посла и упустила золотую рыбку? Ты ведь могла стать женой брата короля, если бы сдержала обещание и дождалась меня. Ты получила бы все привилегии. И упивалась бы великолепной свадебной церемонией. Впрочем, тогда ты не знала, что мой брат станет королем, верно? Поэтому ты выбрала того, кто постарше, того, кто богат. Ты предпочла Хусейна и жизнь в высшем свете. Ну, надеюсь, ты наслаждаешься жизнью, Сера, так как я ею наслаждаюсь. Меньше всего мне нужен кто-то вроде тебя. Ты ничем не лучше охотниц за богачами. И если бы Хусейн был жив, я прямо сейчас пожал бы ему руку. Он избавил меня от участи худшей, чем смерть От брака с тобой.

— Нет! Рафик, не говори так! — Ее лицо исказилось, по щекам потекли слезы. — Все было не так Я... я любила тебя.

Он ударил кулаком по своей раскрытой ладони:

— Все было именно так! Тебе захотелось богача мужа, и ты его получила. Что до твоей так называемой любви, то она ничтожна, как и ты.