Бойкая девчонка - Джессика Стил

«Чары»? «Подцепить на крючок»? Финн начала уже сомневаться, действительно ли ей нужна эта работа. Ей, конечно же, было жаль Эшли, и она негодовала на Линну, но... Тут она вспомнила о Руби, уютном загоне, который ей обещали, и проблема выбора мгновенно разрешилась.

— У меня нет ни малейшего представления о том, что должен делать оплачиваемый товарищ. Уж не ждете ли вы, что мы будем каждый вечер ходить в паб, чтобы напиться?

— Ты любишь пиво? — резко спросил Тай.

— Нет! — выпалила она.

— Но сегодня днем ты его пила, — возразил он, явно намереваясь уличить ее во лжи. — Я почувствовал это по твоему дыханию.

Финн снова задумалась о том, стоит ли ей соглашаться работать на человека, который может учуять запах пива на расстоянии в сотню шагов!

— Если вам интересно, я терпеть не могу пиво. Но я не могла отказать кузнецу Идрису Овену, который проверял подковы Руби, вот и пришлось сделать глоток. Эту традицию придумал мой отец, когда мне было десять лет.

Некоторое время Тайрелл сидел молча, а затем спокойно спросил:

— И ты предпочла глотнуть эля, который ненавидишь, чтобы не обидеть его чувств?

— Зачем вы все это спрашиваете? — с вызовом произнесла Финн, ожидая подвоха.

Но, к ее удивлению, он ответил тем же спокойным тоном:

— Думаю, ты хороший человек.

Она дивилась перемене, произошедшей с Таем за такое короткое время. «Соберись! — мысленно приказала она себе. — Тайрелл Алладайк может быть жестокосердным и неуступчивым, тебе ли этого не знать!»

— Так я должна... э-э-э... вроде как присматривать за Эшли в ваше отсутствие?

— Не совсем. Эшу просто нужен кто-то, способный выслушать его, когда он захочет поговорить, и поддержать. Кто-то, кто не даст ему впасть в уныние.

— Вы считаете, что я могу стать таким человеком?

— Ну конечно! — Разговор был бы на этом закончен, но Финн не давал покоя еще один вопрос.

— Вы считаете, что Эшу потребуется целых полгода, чтобы... прийти в себя?

— Надеюсь, что меньше. Кто знает? Но на полгода я гарантирую тебе работу, а также жилье для тебя и твоей кобылы.

— Отлично! — ответила девушка.

— Приступаешь завтра!

— Дайте мне, пожалуйста, ваш номер телефона, — попросила Финн, радуясь, что в ближайшие шесть месяцев у них будет крыша над головой.

— Зачем он тебе? — отрывисто спросил Тай.

— Боже мой! — воскликнула она. — Да чтобы позвонить Эшу, и попросить его перевезти мои вещи! Руби, я приведу позже.

— Хочешь сначала осмотреть ее стойло?

— Вот именно. Если вы не хотите, чтобы Эш помогал мне, я могу попросить Микки.

— Кто такой Микки?

— Он живет в деревне. Несколько Эксцентричный тип, но у него золотое сердце. Он... — Тут Финн замолчала, решив, что и так сказала достаточно.

— Он — что? Договаривай! — потребовал Тайрелл.

— Он обещал помочь перевезти мои вещи на ферму «Жимолость» завтра.

Тайрелл Алладайк наградил ее таким взглядом, словно перед ним стояло неизвестное науке существо.

— И, конечно же, он должен был держать рот на замке?

— Вот именно! — отозвалась девушка, — Не продай я свою машину... — начала она и осеклась. — Но я продала, вот и пришлось обращаться к Микки. — Финн торопливо выговаривала слова, стремясь поскорее закончить разговор.

— Ты продала машину?

— Да.

Тайреллу было достаточно этой фразы, чтобы догадаться об остальном.

— Насколько мне известно, ты полностью погасила задолженность по ренте до того, как вернула ключ от фермерского дома, — медленно произнес он. — Я полагал, что от отца тебе досталось какое-то наследство, но ошибался, не так ли? — Он посмотрел ей в глаза.

Финн лишь пожала плечами:

— Машина была мне ни к чему. Я думала, у меня постоянная работа в школе верховой езды. Да и за Руби надо было присматривать. — Девушке надоело рассказывать о себе, и, чтобы сменить тему, она спросила: — Вы сказали Эшу, что собираетесь предложить мне работу?

— Нет, — после минутного замешательства, признался Тай.

— Как вы объясните брату мой переезд в Бродлендс-Холл? Вдруг он будет против этого?

— Мой брат очень ранимый человек, — начал Тайрелл. — И его чувства сильно задеты. Для него будет лучше не знать об истинной причине твоего присутствия в имении.

— Я не умею лгать, — быстро ответила Финн, глядя прямо в серые глаза Тая. — Не могу же я ни с того ни с сего позвонить ему и попросить приехать за вещами.

— Это не проблема, — заверил он. — Эш знает, что тебя выгнали из этой квартиры. Я скажу ему, что заехал поблагодарить тебя за твой благородный поступок и предложил временное пристанище.

— И он поверит в такую благотворительность? — От него не ускользнули саркастические нотки в ее голосе.

— Бог мой, не завидую я человеку, который станет твоим мужем! — чуть слышно пробормотал Тай и произнес громче: — При обычных обстоятельствах он, конечно, не поверил бы. Но в его нынешнем состоянии он не будет особо над этим задумываться. К тому же он, как и я, благодарен тебе за то, что ты оказалась сегодня в нужном месте в нужное время.

С этими словами Тайрелл вытащил из бумажника визитную карточку, написал на ней несколько номеров и, поднимаясь, протянул ей. Финн обнаружила, что он дал ей номер телефона своего мобильного, а также рабочий номер, номер телефона его дома в Лондоне и номер телефона Бродлендс-Холла.

— Зачем же так много? Я просила всего один номер! — воскликнула Финн.

— На всякий случай, — ответил он. — Не стесняйся звонить мне в любое время.

«Это чтобы я всегда могла связаться с ним, если с Эшем что-то будет не так», — догадалась девушка.

— Договорились! — сказала она, вставая. Почувствовав неловкость от слишком близкого присутствия Тая, она отступила на шаг.

— Как ты сейчас себя чувствуешь? — осведомился он.

— Чувствую? — Финн отвлеклась на мгновение и теперь не понимала, о чем ее спрашивают.

Тай взял обе ее руки в свои, и его прикосновение заставило ее сердце затрепетать. Она хотела было освободить руки, но он держал крепко.

— По крайней мере, ты не дрожишь, — заметил он.

— Думаю, шок уже прошел, — заверила его Финн, а про себя подумала, стал ли бы этот противоречивый человек тратить на разговор с ней столько времени, если бы она была не в себе.

— А вы заботливее, чем я думала, — неожиданно выпалила она, и он тут же отдернул руки, словно обжегшись.

— Скажешь это еще кому-нибудь, и мне придется убить тебя, — отрезал он и вышел за дверь.