Возмутительно красивый пилот - Пенелопа Уорд

— Это дерьмо, которое несла Мария… в нем был какой-то смысл для вас?

К моему удивлению, она кивнула.

— Да, отчасти.

— Хотите поговорить об этом?

— Нет. Не хочу. Я просто хочу немного развлечься, пока мы здесь.

— Звучит неплохо.

Солнце начало садиться за горизонт. Становилось уже поздно для того, чтобы по-настоящему получить удовольствие от пребывания на пляже. Когда мы добрались до берега, люди вокруг нас стали хлопать в ладоши.

— Что происходит?

— Они хлопают не нам, — рассмеялся я. — Это здешняя традиция. Когда солнце садится, все останавливаются и хлопают.

— Как славно.

— Было бы хорошо, если бы люди чаще ценили жизнь так, как делают это здесь, не правда ли?

— Да. — Она улыбнулась. — Согласна.

Она с изумлением оглядывалась по сторонам, и я с огромным удовольствием наблюдал за ней.

И тут мой взгляд упал на знакомое объявление.

«Samba na Aqua».

— Что это?

— На закате солнца здесь дают уроки самбы. Они берут чаевые, но занятия бесплатные. Как-то вечером я проходил мимо, и какая-то пожилая леди затащила меня сюда. Хотите попробовать?

Улыбка осветила лицо Кендалл.

— Очень.

Последние лучи заходящего солнца отражались в ее аквамариновых глазах. Видя ее улыбку, я неожиданно осознал, насколько она красива естественной красотой и как приятно доставлять ей удовольствие. Я не понимал, почему мне так важно было сделать ее счастливой, учитывая, что мы с ней были едва знакомы. Но внутренний голос, казалось, шептал мне: «Обрати внимание. Эта девушка важна для тебя». Я не мог этого объяснить и, уж конечно, не стал бы просить Марию помочь мне разобраться с этим.

Урок самбы пошел не совсем так, как я надеялся. Я думал, что воспользуюсь случаем, чтобы наладить физический контакт с Кендалл, но ей в партнеры назначили старичка-инструктора. И мне не оставалось ничего другого, кроме как танцевать с его партнершей. Возможно, в этом был какой-то смысл, поскольку ни Кендалл, ни я не знали, что нам делать. И я получал удовольствие, наблюдая за тем, как она спотыкается и смеется, глядя на меня.

Быстро. Быстро. Медленно.

Быстро. Быстро. Медленно.

Даже находясь на расстоянии друг от друга, мы словно были одним целым. И меня охватила дрожь при мысли, что этой ночью я снова буду спать рядом с ней. Но тут я мысленно дал себе подзатыльник за то, что возбуждаюсь при мысли о девушке, которую, возможно, больше не увижу… и которую я поклялся не трогать.

Быстро. Быстро. А теперь медленнее, Картер.

У нас с ней будет лишь один день завтра, а вечером мне нужно будет ехать в аэропорт. Я осознал, что даже не знаю, где она живет. Пора было дать ей сыворотку правды. В Бразилии она была более известна под названием кайпиринья^[13].

— Что это такое? Очень крепкое… но вкусное.

— Это лайм, сахар и кашаса.

Кендалл хихикнула.

— Повторите еще раз.

— Кашаса, — улыбнулся я.

— Мне очень нравится, когда вы говорите по-португальски.

— Я буду иметь это в виду.

Мы посидели в маленьком баре на пляже, выпив пару коктейлей, а потом перелили еще по коктейлю в пластиковые стаканчики, вышли из бара и уселись на песок.

— Итак, Кендалл Спаркс, вам нравится, когда я говорю по-португальски. А что еще вам нравится? Я должен знать больше о своей спутнице.

— Что вы хотите знать?

— Для начала вы так и не сказали мне, откуда вы. Чем вы зарабатываете себе на жизнь?

— Я живу в Техасе. И происхожу из семьи нефтяных магнатов. Я время от времени работаю в семейном бизнесе, но пока у меня нет четкого представления, какую карьеру я хотела бы выбрать.

— Вам было так сложно рассказать мне об этом?

— Я не всегда рассказываю людям о своей семье. Очень многие настроены предвзято к детям из богатых семей.

— Ваш финансовый статус не определяет того, какая вы есть, так же как и моя работа не определяет, каков есть я.

— А почему вы не рассказали мне при нашем знакомстве, что вы пилот?

Я задумался.

— Не то чтобы я скрывал это на самом деле. Просто до этого руки не дошли. Если бы у нас было больше времени, я бы рассказал вам об этом. Я втайне надеялся, что вы выберете Рио, чтобы я мог удивить вас. Кстати, почему вы это сделали?

— Выбрала Рио?

— Да.

— Мне нужно было принять решение.

— Может быть, отчасти вы решили лететь в Рио, потому что надеялись, что я буду на этом рейсе? Я явно намекал вам на это.

И хотя было темно, я все равно увидел, как она покраснела.

— Что вы хотите услышать? Что вы произвели на меня впечатление и я полетела на другой конец земли, потому что вы дали мне свою куртку?

Да.

— Если честно, то да. Что плохого в том, чтобы быть честной? Люди половину времени тратят на ложь. Почему не быть откровенными друг с другом?

Я внутренне рассмеялся. Она права. Тогда почему бы мне не рассказать ей, что я мастурбировал, положив на лицо ее трусики?

Некоторые вещи лучше держать в секрете.

— Тогда вперед. Задавайте любой вопрос. Я не буду лгать вам, Кендалл.

Она сделала последний глоток из стаканчика.

— Любой?

Посмотрев ей прямо в глаза, я повторил:

— Любой.

Она подняла глаза к небу.

— Со сколькими стюардессами на этом рейсе вы спали?

— Со всеми, кроме одной.

— Со всеми, кроме лесбиянки?

— Да.

— Это отвратительно.

— Почему отвратительно? Я одинокий мужчина, вступающий в интимные отношения с женщинами. Это просто секс между взрослыми людьми, которые ведут схожий образ жизни. Я подхожу к этому ответственно. Всегда пользуюсь защитными средствами. Не обещаю того, чего не могу выполнить. И в большинстве случаев инициатива исходит не от меня.

Я почувствовал, что все это звучит немного цинично, но это было правдой.

— И вам не нужно ничего большего? Более серьезных отношений с кем-нибудь?

— Этого я не говорил. Просто до сих пор все было именно так. — Я взял у нее пустой стаканчик и вложил его в свой. А потом спросил: — А что вы? Никакого бойфренда?