Её Итальянец - Марина Кистяева

Придавив. Распластав.

Стоило почувствовать его тяжесть на себе, вспомнить каково это, когда он сверху, – и мир взорвался.

Он так близок. Она видит его морщинки, убегающие от уголков глаз. Слышит стук сердца.

– Купальник…мокрый…

Из-за принятого алкоголя Нина в какой-то момент перестала контролировать свои действия и поступки. В прошлом, за какой-то невидимой чертой осталось её желание оттолкнуть, больше никогда не видеть Макса. Сейчас же она смотрела на него – и в голове яркой молнией сверкнула мысль, что она очень сильно любит своего итальянского любовника!

– Ты предлагаешь мне его снять? – хрипло уточнил Макс и снова оказался в опасной близости от Нины. Его мужской запах пьянил сильнее любого алкоголя, и она сдалась.

Честное слово, это будет в последний раз!

Она в последний раз почувствует вкус его горячих губ…

В последний раз дотронется до его солоноватой кожи…

В последний раз испытает оргазм, чувствуя его глубоко внутри себя….

– А ты хочешь? – прошептала она и сама принялась расстегивать маленькие пуговички на не без её помощи мокрой рубашке.

Из груди Макса вырвался даже не стон – этот звук больше походил на рык раненого животного.

– Перекинуть бы тебя через колено и хорошенько отшлепать, – глухо пробормотал он и рванул девушку на себя. Нина с готовностью потянулась к нему.

Её ладошки легли на шумно вздымающуюся грудь, и она ощутила под своими пальцами чужое сердцебиение.

Нет, совсем не чужое. Родное…

Макс с жадностью припал к её приоткрытым губам. Его губы уверенно ласкали, доставляя ей наслаждение. Нина с готовностью возвратила ему ласку, упиваясь его дурманным вкусом. Ощущая томительную дрожь во всем теле, она прижалась ещё плотнее к сильному телу.

– Ты моя, Нина? – сквозь затуманенный разум донесся до девушки мужской голос. – Ты хочешь принадлежать мне?

На этот раз она не колебалась с ответом.

Сейчас она готова была подтвердить что угодно и кому угодно, лишь бы снова скорее почувствовать силу ласк Массимильано.

– Да…да…

Своё согласие она готова была повторять снова и снова.

Но большего не потребовалось.

Глаза Макса тотчас потемнели. Он прищурился. От него по-прежнему исходила какая-то темная аура.

– О, Макс, – выдохнула она и с жадностью подняла бедра. Массимильано часто повторял, что обожает смотреть на неё обнаженную, но из-за природной стеснительности Нина редко ему это позволяла. Сейчас же, под воздействием алкоголя, она чувствовала себя роковой соблазнительницей, волнующей и неповторимой.

Макс приблизил своё лицо к девушке и заглянул ей в глаза.

Она ничего не ответила, только протянула навстречу руки.

И мужчина не выдержал.

Макс быстро разделся и вновь вернулся к девушке, накрыв её своим телом. Он, точно скрипач, прошелся кончиками пальцев по изгибам Нины и удовлетворенно засмеялся, когда она жалобно застонала под ним, выгнула спину. Одной рукой он захватил в плен сразу обе кисти девушки и приподнял их над головой. Грудь Нины приподнялась, и теперь напряженные сосочки оказались в соблазнительной близости от его рта.

И он не мог не воспользоваться тем, что ему предлагали!

Жаждущие губы Макса прильнули к её груди. Они покусывали соски и тотчас нежно на них дули. Проводили языком, дразнили, оставляя влажной след в ложбинке.

Девушка металась в страстном порыве, даже попыталась освободить руки, но хватка Макса была крепка.

Бедра мужчины уверенным движеньем раздвинули ноги Нины и удобно устроились между ними. О нет, он ещё не собирался входить в соблазнительную плутовку, слишком сладкой она была, он ещё не до конца испил её женский нектар.

Макс перекатился на спину, потянул за собой девушку и усадил на свои бедра.

Изящная длинная спина с тонкой талией… обнаженные груди с сосочками-камешками… Раздвинутые бедра с томящей тайной…

– Тебе нравится? – едва размыкая губы и прикрывая глаза от накатывающегося наслаждения, прошептала Нина.

– Ты же знаешь, что, я без ума от тебя, piccoletta mia…

Маленькие ладошки Нины дотронулись до рельефной груди Макса, чуть-чуть задержались на его сосках и медленно скользнули вниз. Мышцы живота мужчины резко стали сокращаться, он шумно втянул в себя воздух.

А когда Нина скользнула ещё ниже, звонкий голос разрезал тишину.

– Нина?

И через секунду:

– Массимильано?!