«Джулия, Джулия...» - Алекс Вуд

– Я готов обсудить с вами приемлемое вознаграждение за любовь, – угрюмо произнес он.

Его роль нравилась Дэннису все меньше и меньше. Со стороны выглядело так, будто жадный и беспринципный дядюшка душит любовь двух очаровательных молодых созданий. Этакий карикатурный персонаж с плешью на темени, который в конечном итоге всегда оказывается в проигрыше. А на самом деле он – спаситель, стремящийся уберечь Холли от лишних страданий!

– Вы не верите в любовь, мистер Ридман? – спросила Джулия.

От произошедшей с ней перемены кровь быстрее побежала по его жилам. Глаза Джулии больше не метали молнии, они светились мягко и спокойно. Уже не разгневанная королева была перед Дэннисом, а воплощенная женственность, слабая и податливая. Уступчивость и красота – неотразимое сочетание для мужского сердца, а Дэнниса Ридмана нельзя было назвать женоненавистником.

– Я говорю не о любви, – произнес он как будто с сожалением. – Мне просто не верится, что ваш Алекс испытывает к Холли… гм… искреннее чувство.

– Не вам об этом судить! – На щеках Джулии заалел румянец.

Дэннис ненавидел себя за восхищение, которое в нем вызывала эта женщина. Он видел ее насквозь – заурядная стяжательница, преследующая корыстные цели. Сколько раз она сама действовала по этому сценарию? Найти подходящего богача, вскружить ему голову своей роковой красотой, обчистить до нитки, а потом бросить беднягу. Неужели Холли уготована та же участь? Что будет с ней, когда она достаточно обогатит это семейство?

– В любом случае я вас предупредил, – сухо сказал Дэннис и слегка поклонился, показывая, что разговор окончен.

Он не знал, откуда у него взялись силы отойти от Джулии. Как бы он ни убеждал себя в том, что эта женщина преступна, он не мог оторвать от нее глаз. Хотелось все время любоваться ее лебединой шеей, хрупкими плечами, блеском ее удивительных глаз. Дэннис чувствовал, что если пробудет в галерее еще хотя бы десять минут, он не выдержит и вновь станет искать ее общества. Зачем? Джулия – серьезная противница, враг номер один. Очевидно, что Алекс – всего лишь послушное орудие в ее руках. Он поступит так, как скажет ему мать. Значит, следует найти способ воздействовать на нее… Но пока Дэннису ничего не приходило в голову. Более того, он сознавал, что это скорее она воздействует на него. Причем в такой степени, что он места себе не находит…

Попрощавшись с Питером, Дэннис уехал домой. Он сослался на головную боль, когда друг стал уговаривать его задержаться немного.

– Потом мы могли бы съездить в клуб, – соблазнял он Дэнниса. – И пригласить с собой очаровательную Джулию…

Этого-то Дэннис и боялся больше всего.

– Прелестная женщина, что и говорить. – Питер поцеловал кончики пальцев. – Этот Алекс выглядит как ее любовник, а не сын… К счастью, он нам не соперник.

Питер залихватски подмигнул Дэннису.

– Ты не против, если я немного приударю за Джулией?

– Мне-то какое до этого дело? – возмущенно воскликнул Дэннис. – Приударяй за кем хочешь.

– Только не надо притворяться, – засмеялся Питер и шутливо двинул Дэнниса локтем в бок. – Я же видел, как ты на нее смотрел. Даже ты перед ней не устоял, первосортная женщина…

Дэннис презрительно фыркнул и поспешил попрощаться. Откровения наблюдательного Питера были ему сейчас очень некстати. Питер просто не в курсе, что связывает его и Джулию Бредшоу…

По дороге домой Дэннис позвонил сестре и все рассказал. Линда только вздыхала.

– Неужели нет никакой надежды, Дэнни? – спросила она под конец. – Миллион, конечно, это чересчур, но, может быть, тысяч сто его устроят…

– Я попробую поговорить с ним еще раз, – согласился Дэннис. – Но боюсь, что ничего не выйдет. Лучше воздействовать на Холли. Если она поймет, что он собой представляет, то сама откажется от замужества.

– Ты же знаешь Холли. Упряма как баран! – По голосу Линды было ясно, что она снова на грани истерики.

Дэннис, как мог, успокоил сестру. Однако он сам не ощущал никакой уверенности в том, что им удастся спасти Холли из цепких лап Алекса и его мамочки. Жаль, что Холли нельзя просто запереть дома и никуда не выпускать, размечтался Дэннис. А еще лучше было бы выдать ее замуж за достойного мужчину и отправить в свадебное путешествие годика так на два, чтобы вся романтическая дурь из головы выветрилась…

В наше время все беды оттого, что слишком много у женщин самостоятельности, размышлял Дэннис, поднимаясь в лифте. Еще сто лет назад Холли и заикнуться бы не посмела о том, чтобы выйти замуж без согласия родителей. Зато теперь она считает себя умной и самостоятельной и уверена, что все может решать за себя.

Приехав домой, Дэннис сразу прошел в кабинет, чтобы немного поработать. Его обязанности директора «Ридман констракшн воркс» еще никто не отменял. Скоро Генри Басквел должен дать окончательный ответ по поводу его последнего проекта, и если он будет положительным (а Дэннис был почти на сто процентов в этом уверен), работы будет невпроворот. Строительство нового торгового центра в самом сердце Ньюайленда многим придется не по нраву. Особенно тем, кто владеет аналогичными магазинами неподалеку. Придется сражаться за свое детище не на жизнь, а на смерть, отстаивать каждый дюйм спроектированного здания…

Но и вознаграждение за усилия будет немаленькое. Деньги сами по себе мало интересовали Дэнниса Ридмана. Но деньги, полученные после выполнения какого-нибудь сложного задания, – совсем другое дело. Дэннис специально не пошел по проторенной дорожке отцовского бизнеса, чтобы попробовать свои силы. Он был смел, напорист, не боялся рисковать и всегда очень точно просчитывал свои ходы и ходы противника. К своим сотрудникам он был требователен и строг, не терпел непрофессионализма, так что все, кто работал в его компании, трудились не на страх, а на совесть. В свои тридцать восемь лет Дэннис Ридман достиг многого, и только злопыхатели приписывали его успех протекции Алана Ридмана…

Дэннис прошел в свой кабинет, но свет включать не стал. Подошел к окну и отодвинул тяжелую темную штору. Внизу раскинулся Ньюайленд, шумный, необузданный, с его стеклянными небоскребами и океаном слепящих рекламных огней. Окна почти не пропускали звуков, и в квартире царила тишина, однако жизнь вокруг бурлила, кипела и закручивала воронки водоворотов, словно горная река. Кто-то смело бросался в ее бурное течение, не заботясь о последствиях. Но Дэннис никогда не полагался на «авось». Он оставался на берегу и вступал в воду лишь тогда, когда был полностью уверен в том, что неистовый поток не захлестнет его с головой…

Но, стоя сейчас у окна своей престижной двухэтажной квартиры, Дэннис отнюдь не чувствовал себя повелителем города. Наоборот, он был его жалким рабом, белкой в великом денежном колесе. Маленький зверек, который должен бежать все быстрее и проворнее, чтобы движение не останавливалось ни на минуту и заветные доллары копились на счету, как физическое выражение фантомного успеха. Как же все это скучно…