Уроки гольфа и любви - Бронуин Джеймсон

Ничегонеделание было вовсе не таким хорошим занятием, как ему представлялось. Куэйд пришел к этому заключению через шесть дней, когда бродил по своему мокрому от дождя саду. Ему не терпелось взять в руки лопату, мотыгу или машинку по стрижке кустов, но инструкции Джулии Гудвин были яснее некуда. «Ни к чему не прикасайтесь, пока я не разрешу».

Когда он попытался возразить, она спросила, хочет ли он, чтобы ему помогали, или нет. Он согласился встретиться с ней в субботу в полдень, когда, как объяснила Джулия, она могла вырваться.

— Проблемы с транспортировкой, — сказала она, — и плюс, судя по прогнозу, всю неделю будут дожди.

Его раздражала необходимость ждать, раздражали затянувшиеся дожди, пустой дом, необходимость заказывать где-то еду, в то время как он любил домашнюю кухню. А он еще отказался от приглашения Шанталь…

За долгую дождливую неделю он понял, что потерял: Шанталь сбивала его с толку, восхищала и раздражала одновременно. Когда она пригласила его к себе на обед, пообещав при этом расслабиться, он почувствовал непреодолимую потребность сбежать, пока не поздно. Как будто она представляла для него какую-то опасность.

Как будто.

Конечно, было что-то в ее мягких кудрявых волосах, остром язычке, что-то манящее в шелковистой коже и ярких глазах. Хотя, если говорить объективно, Шанталь Гудвин не была красавицей. Она, кажется, и не стремилась быть привлекательной. Такой, какой была, например, предавшая его Кристина.

Он как-то позвонил Шанталь — ее не оказалось дома. Ничего удивительного для такого занятого адвоката, как она. И, пожалуй, его это даже устраивало.

Лучше сконцентрироваться на приведении в порядок собственного сада, решил он.

Громкий шум мотора вывел Куэйда из его печальных размышлений, и он увидел на дороге большой тягач.

Джулия Гудвин водит тягач?

Когда машина остановилась, Куэйда охватило какое-то волнение. Наконец из машины вышла женщина.

Это был своеобразный вариант Шанталь — только более стройный и более высокий. Ее улыбка была просто ослепительной. Однако пульс Куэйда оставался спокойным. Если бы эта сестра Гудвин пригласила его на ужин, он не побоялся бы принять приглашение.

— Камерон Куэйд, я полагаю? Меня зовут Джулия Гудвин, но вы, должно быть, и сами догадались.

Улыбнувшись в ответ, он подал ей руку.

— Просто Куэйд.

— Просто Куэйд? Хм. — Они обменялись крепким рукопожатием. Ни трепета, ни искры, ни жара. Странно, если учесть впечатление, которое произвела на него ее сестра… Но это даже к лучшему, тем более что вслед за ней из машины вышел высокий мужчина и по-хозяйски положил ей руку на плечо.

— Зейн О'Салливан. — Он протянул Куэйду руку.

— Через две недели он станет моим мужем, — добавила Джулия.

— Счастливчик. — Куэйд встретился с огромным парнем взглядом.

— Я тоже так думаю.

— Ты в этом просто уверен, — поправила его Джулия, повернувшись на каблуке на 360 градусов. Движение заставило пальто распахнуться, и, когда она его запахивала, снова что-то дрогнуло в душе Куэйда.

Джулия Гудвин была, несомненно, беременна.

Пытаясь собраться, он заставил себя не задерживать на ее животе взгляд. Она была не первой беременной женщиной, с которой он встречался в последние месяцы, с тех пор как узнал о Кристине. О той беременности, которую она решила прервать.

— Когда ожидаете? — медленно спросил он, и голос прозвучал неожиданно напряженно.

— В начале ноября.

— Какие-то проблемы? — О'Салливан смотрел на него довольно враждебно. Куэйд не винил его — чужой мужчина беззастенчиво таращился на живот его невесты.

Куэйд заставил себя улыбнуться.

— Никаких проблем. Просто удивился, вот и все.

— Понятно. Для нас это тоже стало сюрпризом. Лучшим, какой только можно пожелать. Этот малыш, — Джулия погладила живот, — всегда меня радует. Хотелось бы сказать то же самое и про его папу.

Она смягчила упрек, вложив ладонь в руку Зейна и нежно улыбнувшись ему. Хотя его отношения с Кристиной длились четыре года, Куэйд не мог припомнить, чтобы она смотрела на него так же. Черт, да за последний год она не находила времени даже на то, чтобы поговорить с ним о чем-то, кроме работы.

— Я пообещала Зейну, что не буду заниматься физической работой, — продолжала Джулия, — но, возможно, вы сможете тоже его успокоить. Ну, там вскапывание, поднятие тяжестей.

Переключившись со своих горьких мыслей, Куэйд посмотрел на Зейна.

— Я заинтересован только в дизайне и консультации, все остальное я хочу делать сам.

О'Салливан внимательно посмотрел на него, потом кивнул:

— Похоже на правду.

Куэйд снова взглянул на Джулию.

— Но вы не учли свадьбу. Вы ведь, вероятно, будете заняты.

— Шанталь берет на себя организацию.

— Все устраивает она?

— Она главнокомандующий, — ответила Джулия. — Мне просто хочется себя чем-то занять.

Куэйд показал на разросшиеся клумбы.

— Вы думаете, этого будет недостаточно, чтобы занять вас?

— Это все крохи от пирога. Кстати о пироге. У вас не осталось кусочка шоколадного пирога?

Куэйд беспомощно посмотрел на О'Салливана, но тот лишь пожал плечами.

— Среди покупок, что я делала для вас, был пирог «Сара Ли». Хотя лучше не стоит. — Посмотрев на свой живот, Джулия печально улыбнулась: — Мне лучше угомонить свой аппетит, особенно когда обед готовит Шанталь.

— Она хорошо готовит? — не мог не спросить Куэйд.

— Она хороша во всем, за что берется.

— Кроме гольфа.

Он не хотел делиться своими наблюдениями, но так уж получилось. Вслед за этим замечанием последовала недоуменная тишина.

— Шанталь играет в гольф? — недоверчиво спросила Джулия.

— По крайней мере берет уроки.

— У Крейга Маклеода из Городского клуба.

— Гольфист-красавчик? — уточнил О'Салливан, словно удивляясь, что Джулия не в курсе дела.

Пока парочка обсуждала своего бывшего одноклассника, Куэйд раздумывал о его прозвище. Он не знал, смеяться ему или начать волноваться.

— Его называют красавчиком?

— Не в лицо, конечно.