Счастье рядом - Аннэ Фрейтаг

Ничего. Она сбежала.

Я вытираю ладонями слезы со щек.

Тесса ван Кампен:

Сбежала?

Оскар Зальцман:

А что бы сделала ты на ее месте?

Об этом я не могу думать. Если бы в реальной жизни я была смелее, то, наверное, съехала бы. Представив это, у меня бегут мурашки по коже.

Оскар Зальцман:

Тесс?

Тот факт, что он называет меня Тесс, заставляет меня глупо расхохотаться. Боже, я погибла.

Оскар Зальцман:

Тесс, ты еще тут? Скажи, ты заснула? Ты просто не можешь заснуть на такой истории!

Тесса ван Кампен:

Нет, нет, нет, я не заснула.

Я замечталась. Витаю в облаках посреди ночи. О сне и речи быть не может.

Оскар Зальцман:

То есть ты бодрствуешь?

Тесса ван Кампен:

Сон как рукой сняло.

Посторонними мыслями и мурашками. На часах 4:12, уже поют птицы. Повсюду тишина, только внутри меня шум, и небо еще прячется в темноте. Пока весь мир спит, я с каждым предложением все глубже тону в Оскаре Зальцмане.

Оскар Зальцман:

Тесс?

Тесса ван Кампен:

М-м?

Оскар Зальцман:

О чем ты сейчас думаешь?

О тебе.

Тесса ван Кампен:

Совсем ни о чем.

Оскар Зальцман:

Врушка.

Улыбка крадется по моему лицу подобно вору.

Тесса ван Кампен:

Оскар, а чем закончилась история?

В то время, когда я пишу это, я задумываюсь, имею в виду сейчас его или нашу историю, но тут же отгоняю все мысли прочь.

Оскар Зальцман:

Этого я тебе не расскажу.

Если бы я могла загадать желание, то бы вернулась в прошлое и нашла его раньше. В моей голове картинка нас двоих. Прекрасная иллюзия, которая выглядит как настоящие воспоминания. Резкие, острые и несвязные. Моя грудь сжимается, словно я тем самым напомнила себе, что это реальная жизнь и мои дни сочтены.

Тесса ван Кампен:

Оскар, уже поздно. Мне нужно идти спать.

Оскар Зальцман:

Все в порядке?

Тесса ван Кампен:

Да, все в порядке.

Небольшая пауза подсказывает мне, что он мне не верит, и это еще одна причина считать его классным.

Оскар Зальцман:

Точно?

Тесса ван Кампен:

Точно.

Мой разум побеждает, и я благодарна ему за это.

Оскар Зальцман:

Окей. НО. Еще кое-что.

И в эту же секунду появляется новая заявка в друзья.

Оскар Зальцман:

В общем, думаю, тот факт, что я рассказал тебе личную историю «Сцена в душе в стиле сумасшедшего», делает нас друзьями.

Тесса ван Кампен:

Дай угадаю, ты рассказываешь ее всем девочкам при первой переписке.

Оскар Зальцман:

Ты с ума сошла?!

Тесса ван Кампен:

Значит, это не уловка?

Оскар Зальцман:

Эм-м. Нет.

Я хочу ответить, но вижу «Оскар Зальцман набирает сообщение» и снова ухмыляюсь.

Оскар Зальцман:

Если бы это было уловкой, она бы подействовала на тебя?

Боже, ты даже представить себе не можешь.

Тесса ван Кампен:

Я же говорила! Уловка! Эта история вообще настоящая?!

Оскар Зальцман:

Настоящая. К сожалению. А сейчас, Тесс. Прими. Наконец. Меня в друзья.

Это заставляет меня рассмеяться. Нет, с Оскаром я немного не рассчитала. С ним и этой дрожью. Я сижу и пялюсь в экран, улыбаясь, плача, и слезы на глазах превращают его слова в темные пятна. Я выбираю иллюзию. Жизнь в мыльном пузыре. И то, что, возможно, он скоро лопнет. Курсор движется к маленькой иконке, и с улыбкой на губах я принимаю заявку Оскара.

Оскар Зальцман:

НУ НАКОНЕЦ-ТО… И почему я не удивлен тому, что ты знаешь, как зацепить парня?

Тесса ван Кампен:

Приятных снов, Оскар.

Оскар Зальцман:

И тебе, Тесс. До скорого.

Я лежу в кровати и смотрю в окно. Большие наушники закрывают уши, а в голове вертится Соната для фортепиано № 14 Бетховена. Я ее неоднократно играла. Она мне всегда нравилась. Но в данный момент я являюсь этим музыкальным произведением. Оно как мгновение. Тяжелое. Легкое. Меланхоличное. Не жди я смерти, этот момент был бы совершенным. Другим. Я бы наслаждалась бабочками в животе. Чуждые мысли и странные ощущения не дают мне уснуть. Он был бы не горько-сладким, а просто сладким.

Я сажусь и смотрю в небо. Первые лучи солнца освещают зелень и приветствуют день, который для меня начался уже давно. В предрассветных сумерках я вижу улыбку Оскара и его лукавое выражение лица. Вижу, как он убирает светло-каштановые волосы со лба. Снова и снова. Я тону в этой анимированной картинке, которая хочет беспощадно замучить меня бесконечно повторяющимся изображением взгляда Оскара.

Но на самом деле эти пытки я бы с удовольствием терпела всю жизнь. И, пока опускаюсь обратно на кровать под шуршание мягких подушек, я не отпускаю Оскара из головы ни на секунду. Фортепиано убаюкивает меня, а небо окрашивается в мягкий оранжевый цвет, в то время как песни становятся все тяжелее, и в конце концов усталость побеждает. Но последнее, о чем я помню, – желание снова проснуться.

Абстинентный синдром

Еще одно утро. Хотя сейчас я могла бы уже быть мертва. Или быть уставшей. Но мой наркотик действует. Я здесь, и я проснулась. Словно во мне зажегся свет. Оскар зажег его. Он ослепляет меня, как и мои плохие мысли. Сегодня все по-другому. Первый раз за несколько месяцев, проснувшись, я подумала не о смерти. Не о ней и не об урне, которую должны доставить сегодня. Все это перестало иметь для меня смысл. А ведь еще вчера в это же время урна была для меня ключевым моментом. Сегодня им является Оскар. Все, о чем я думаю, – вчерашняя ночь. Часы, которые казались минутами. Я ищу рукой шампунь, пока теплая вода струится мне на голову, стекает по лицу, и одних лишь мыслей о его сообщениях достаточно, чтобы по рукам побежали мурашки. От приятной дрожи и кома в желудке улыбка растягивается на лице. Я намыливаю волосы и задаюсь вопросом, любит ли Оскар запах ванили. В конце концов, ваниль нравится не каждому. Подношу баночку к носу и вдыхаю. Ну, вроде бы аромат легкий, в любом случае Оскара я сегодня не встречу.