Секс-бойфренд моей дочери - Дана Алексеева

— Вы ошибаетесь. Никакого доверия.

Я упрямлюсь, но глаза сами скользят по его практически идеальному телу. Представляя его только в деловом костюме, очень непривычно видеть его в таком одеянии, которое светит всеми достоинствами тела.

— Уверены?

Одним движением он снимает с себя майку, и я невольно сглатываю, увидев его голый торс. Как с картинки, ей богу… Эти кубики, налитые упругие мышцы, и невозможно красивая чуть смугловатая кожа. Нельзя быть таким охренительным, просто запрещено! Не знаю, сколько я непристойно пялюсь на него, но руки сами собой отказываются работать, оставив организму только зрительные функции.

— Прекратите свой стриптиз. Денег и моего расположения не получите, – отрываю взгляд и слезаю с тренажера, переходя на соседний.

Усмехнувшись, Артур закидывает майку на плечо и следует за мной. Вот репей приставучий.

— А теперь что?

— Ничего. В очереди на тренажер стою, – сдерживая смешок, говорит он.

Я решаю игнорировать. Пристраиваюсь на скамью и закидываю ноги на подставки…И тут начинаю тормозить умственно. Блин, такого аппарата в прошлом зале не было.

— Так… – совершаю попытку поработать ногами, чтобы испытать эту вещицу, но слышу похабный смешок слева.

Артур ржет, а я краснею и кошусь на этого бессмертного.

— Ладно, я просто объясню хорошо?  – поднимает ладони вверх, показывая, что он безопасен для меня.

— Без вас разберемся.

— За ручки схватитесь внизу, – игнорирует он мои слова.

Я хоть и фыркаю под нос, но делаю, как он говорит.

— А сейчас раздвиньте ножки.

Вот почему из его рта это все звучит очень похабно?! Но он прав. У нас были похожие тренажеры на сведение-разведение ног для прокачки ягодиц и мышц бедер.

Я раздвигаю ноги не так уверенно, потому что Артур оценивающе смотрит на мои старания. И ему, конечно, не нравится.

— Один штрих, – поправляет он и склоняется ко мне, указывая на руки. – Хорошо держитесь?

— Конечно.

— Во-о-от так широко раздвигаем ноги. Как на гинекологическом кресле, – он воздействует на тренажер и тот раздвигает мне ноги.  – Чтоб эффект был. Чувствуете?

Сейчас я чувствую стыд. И то, что залилась пунцовой краской. Артур стоит между моих ног, удерживая их в раздвинутом положении. И смотрит на меня, улыбается во все тридцать два зуба, чуть ли не прижимаясь своим торсом ко мне.

— Вы обалдели? – шиплю в лицо. – Сейчас же отпустите меня.

Начинаю ерзать и отталкивать его. Касаюсь его кожи и понимаю, какой он горячий и слегка влажный… Даже приятный, черт побери!

— Я просто показал, как правильно, – отходит на шаг назад, и я свожу ноги обратно.

Мышцы расслабились, и я почувствовала в них легкое жжение. Походу, Артур перестарался с растяжкой.

— Спасибо, конечно, – кривлю губы и пыхчу в раздражении.  – Но я отказываюсь от ваших услуг персонального тренера. Если надо будет, обращусь к профессионалу.

Артур молчит и мозолит меня насмешливым взглядом.

— Чего смотрите? Дадите вы мне спокойно позаниматься или нет?

— Да, пожалуйста, – отвечает он, хотя хитрые «чертята» прыгают во взгляде. – Я не смотрю.

Он отворачивается и, к моему удивлению, покидает мое общество, идет на турник. Ну наконец-то.

— Ладно, продолжим…

Я начинаю работать на тренажере, следя на всякий случай за Артуром, не удумал ли тот чего.

Этот Аполлон повис на турнике и начал подтягиваться. Медленно, с чувством, с толком, с расстановкой… И делал это с такой легкость, даже с наслаждением, прорабатывая каждую мышцу тела. Такой сильный, собранный и безупречно контролирует свое тело. Смотрю, не отрывая глаз от его прокаченной спины, которая плавно движется вверх-вниз, а сама развожу -свожу ноги.

Нет, моя психика этого не выдержит. Сегодня будет укороченная тренировка. Я слезаю с тренажера и, прихватив свое полотенце и воду, спешно бегу в раздевалку.

Забегаю в раздевалку – слишком жарко. Сразу снимаю майку и подхожу к раковине. Холодная вода остужает горящее лицо и каплями стекает по шее на грудь. Полегчало… немного.

— Что происходит, а? – спрашиваю себя в пустой раздевалке, смотря в зеркало.  – Он же обычный мальчишка с «хотелками» и повышенным уровнем тестостеронов… Соберись, Люба.

Пару глотков воды помогают успокоить внутренний жар и прибрать мысли, которые метаются как шальные, когда нахожусь в обществе Артура.

Хочу переодеться, ищу шкафчик глазами и к своему ужасу понимаю, что эта не женская раздевалка. А мужская.

В первый день по привычке повернула направо в коридоре, а сейчас бессовестно полуголая сижу и рассуждаю в мужской раздевалке.

— Ладно, меня тут не было.

Я решительно срываюсь с места, но тут же понимаю, что поздно. Кто-то идет сюда. Дверь открывается и заходит … Кто?

Нет, небеса смеются надо мной. Ну за что же мне такое наказание?

— Опочки, какие люди… – сначала удивляется, а потом смеется Артур.

Не верит своим глазам, как и я.

Насупившись, я пропускаю его дебильные шуточки мимо ушей и танком иду напролом.

— Куда это мы так спешим? – вырастает горой передо мной, не давай выйти. Его руки за спиной производят глухой щелчок на ручке двери, она закрывается.

— Сейчас же выпусти меня отсюда.

— Ты сама сюда пришла, – подмечает он, а его взгляд с глаз спускается ниже, скользит по голым плечам и груди. – По собственной воле. Разве не ждала меня здесь?

— Конечно, нет, – возмущаюсь его намекам и прикрываю футболкой тело от горящих глаз. – Я перепутала раздевалки, совершенно случайно.

Щеки отчего-то вновь краснеют, а пульс подскакивает в венах. Стараюсь не смотреть долго ему в глаза, которые своей глубиной и проницательностью способны увлечь меня в омут с головой.

— Так может, это судьба, Люба? – слишком низко и слишком тихо говорит он.

Артур начинает наступать на меня, словно дикий опасный зверь на свою добычу, которая трепещется, предвкушая свою судьбу и не видя смысла сопротивляться.

— Что… Что за панибратство? – сбивчиво пищу я.

Отступаю назад на каждый его шаг ко мне и в итоге утыкаюсь спиной в шкафчик. От холодного металла кожа покрывается мурашками, и чувствую, как соски твердеют.

Артур нависает надо мной горой накаченного тела и перекрывает пути выхода сильными руками, которые упираются в шкафчик.

— К чему официальность, когда мы один на один полуголые в раздевалке?

— Я ваша начальница, не забы…

Его палец ложится мне на губы, останавливая жалкие аргументы.