Отважная Дестини - Кэтти Уильямс

В полумраке машины его профиль был жестким и суровым, и она с трудом поборола желание рассмеяться. Внезапно ее перестало клонить в сон. Наоборот, она почувствовала себя на удивление бодро и подумала даже, что ей, возможно, просто не хватало свежего воздуха.

Хотя трудно сказать, что лондонский воздух особенно свеж. Дома, в Панаме, когда она дышала, то чувствовала всевозможные запахи. Мускусный запах твердой, раскаленной земли, пряный аромат деревьев и кустов, отдаленную свежесть реки. В определенные часы дня она ощущала запахи готовящейся еды. А иногда ей казалось, что она различает аромат неба, облаков и тишины.

В Лондоне Дестини было душно. Загрязнение атмосферы, разумеется, не такое сильное, как она видела в Мехико, но тем не менее ощутимое.

— За что спасибо? — невинно спросила она, играя с ним в его же игру. Уголки его рта опустились.

— Вы прекрасно знаете за что, — проворчал он, на секунду оторвавшись от дороги, чтобы гневно зыркнуть на нее. — Я надеялся, Стефани забудет про эту дурацкую вечеринку. Теперь придется пойти и провести как минимум три мучительных часа в компании зануды Руперта и его приятелей.

— О боже, — воскликнула Дестини без тени сочувствия, что спровоцировало еще один испепеляющий взгляд.

— Где вы это взяли? — спросил он.

— Что взяла? — Дестини искренне удивилась.

— Ваш сарказм. Я всегда считал, что миссионеры приторно-слащавы.

Дестини ощетинилась.

— Вообще-то я не миссионер. Если бы вы как следует выполнили свою домашнюю работу, то знали бы, что мы делаем в Панаме. Это не имеет никакого отношения к религии. Мы там, чтобы обучать людей, которые отчаянно нуждаются в образовании, и я говорю не о чтении, письме или арифметике.

— А о чем же? — Он чувствовал, как его, словно рыбину в водоворот, против воли затягивает желание познакомиться поближе с окружением, которое породило создание, сидящее рядом с ним. С удивлением Кэллум обнаружил, что с интересом прислушивается к словам женщины, в то время как обычно он сам направлял беседу, прибегая к остроумию и шарму, даже не замечая этого. Он не был уверен, нравится ли ему новая ситуация. Кэллум чуть ослабил ногу на педали газа, и машина плавно заскользила вперед.

— Мы учим их, как пользоваться своей землей, чтобы получать максимальные урожаи. Помогаем распространять ремесленные изделия. Некоторые из них делают сувениры для туристов. Другими словами, мы обучаем их обычным вещам.

— Мы?

— Да, мы. Все те, кто работают в поселке. Я квалифицированный врач, но также отвечаю и за обучение, хотя у нас есть и специалисты. Не только дети нуждаются в образовании. Взрослые тоже. Как использовать ресурсы лучше всего, как чередовать культуры, чтобы земля не простаивала, как извлекать пользу из дождей и многое другое. Наш специалист по сельскому хозяйству непосредственно отвечает за этот участок. Но мы все стараемся помогать друг другу.

— Как одна большая семья.

Дестини подозрительно прищурилась, но ничего не смогла прочесть на его лице, да и голос у него был мягким.

— Что-то вроде этого.

— Мило.

— Да, это так. А почему вы едете так медленно? Я хочу побыстрее добраться до дому.

Кэллум изо всех сил нажал на педаль и пробурчал что-то невразумительное насчет ограничения скорости и отметках в водительских правах.

— Какие отметки?

— Неважно, не имеет значения. — Он вдруг почувствовал, что заболела челюсть, и только тогда заметил, как сильно стискивает зубы. — Ну, и чем же вы занимаетесь длинными, чудесными вечерами у себя в поселке?

— Длинными, чудесными вечерами? Это не морской курорт.

— Нет, конечно. — Он снова стиснул зубы, потом расслабился и обнаружил с некоторым разочарованием, что ее дом уже показался на горизонте. Охранник едва взглянул на них. Просто махнул, чтобы проезжали, и Кэллум очень медленно затормозил у ее крыльца.

— Большое спасибо, — сказала Дестини, возясь с ремнем безопасности. Наконец она отстегнула его. — Было очень приятно познакомиться со Стефани. Жаль, если вы считаете, будто в том, что вам придется идти на обед со скучными друзьями, есть моя вина.

— А, забудьте. — Он отмахнулся от ее извинений, внимательно смотря, как она идет к двери. Для высокой девушки Дестини была удивительно подвижной. Тут до него дошло, что она так и не ответила на вопрос, чем занимается по вечерам.

Он следил по включающемуся свету за ее продвижениями по дому, хотя ничего и не видел, потому что шторы были задернуты. Когда дом погрузился во тьму, он, поддавшись импульсу, вышел из машины, поднялся на крыльцо и настойчиво зазвонил, держа палец на кнопке до тех пор, пока не услышал возню за дверью.

На этот раз Дестини посмотрела в глазок и неохотно открыла дверь.

— Ну, а теперь чего вы хотите?

— Это все чертова машина, — сказал он, спешно пригладив волосы и бросив обвиняющий взгляд на неподвижную груду серебристого металла на дороге. — Не заводится.

— Что? — Она натянула халат поверх длинной, мешковатой футболки, служившей ночной рубашкой, и теперь плотнее закуталась в него, продолжая глядеть на Росса со все возрастающим беспокойством.

И что теперь? Она не хочет впускать его в дом! Ее нервы и без Кэллума Росса совершенно расшатаны.

Он покачал головой и взглянул на нее.

— Я бы не побеспокоил вас… Вы ведь еще не легли, нет?

— Собиралась.

— Я бы не побеспокоил вас, но машина не заводится, и мне нужно позвонить.

— Позвонить? В такое время? Кому вы собираетесь звонить в этот час? Автомеханики здесь что, круглосуточно работают?

— Можно мне хотя бы войти… на улице немного холодно.

Несколько секунд Дестини стояла, казалось не собираясь двигаться с места, но затем неохотно отступила назад, и он быстренько проскользнул мимо нее, на тот случай, если она вдруг передумает и захлопнет дверь у него перед носом.

— По-моему, она отлично работала, когда мы ехали сюда. — Дестини стояла на месте, сложив руки.

— Ну да. В том-то и проблема. Я уже неделю назад собирался отвезти ее в ремонт, но никак не смог выкроить свободную минутку… Разве вы не заметили, как медленно она сейчас ехала?

Дестини склонила голову набок, но промолчала.

— То она в полном порядке, то вдруг теряет скорость. — Кэллум откашлялся и попытался стать хозяином положения вместо того, чтобы вести себя как школьник, пойманный за чем-то недозволенным. Курящим за гаражом, например.

— Телефон позади вас.

— А, хорошо. Хорошо, хорошо. — Он поднял трубку и набрал номер своего водителя. Конечно, он ощущал кое-какую вину за то, что поднимает человека посреди ночи, но кто сказал, что жизнь справедлива? — Беннет подъедет, как только соберется. Где-то через полчаса или около того. — Кэллум не знал, слышала ли она, как он шепотом заверил шофера, что нет никакой спешки и в течение часа будет вполне нормально. — Вам не обязательно сидеть тут со мной, идите спать… я побуду один. Фамильное серебро не трону.