Сводные - Виктория Лукьянова

– А ты к нам присоединишься? – вдруг заявляет подруга, не оставляя надежды привлечь внимание Яра к себе.

Я украдкой поглядываю на брата и отмечаю его задумчиво выражение. Но он тут же берет себя в руки и решительно отказывается.

– Нет, спасибо Лу, не в этот раз, – на его лице расплывается вполне добродушная улыбка, от которой мое сердце совершает смертельно опасный кульбит в груди и плюхается в районе желудка.

Подруга щебечет и хохочет, вот только я не понимаю ни слова. Я заворожено наблюдаю за братом и растеряно хлопаю ресницами. Он никогда так не смотрел на меня, никогда так не говорил. Его голос всегда был спокойным, когда Яр держал обстановку под контролем. А в минуты ярости голос дрожал от напряжения. Даже его улыбки, адресованные мне, были вымученными и жесткими, а для Луизы расстарался. Да и она как лужица растеклась и превратилась в идиотку, несущую несусветную чушь. Они продолжают перебрасываться фразачками, суть которых медленно, но уверенно доходит до заплывшего мозга.

– Так значит, в эти выхи к Захару? Круто! – смеется Луиза, потирая ладошки. Я вижу, как в ее глазах сияют искорки. Что-то задумала, и мне совершенно не нравится ее боевой настрой.

– Да, к нему. Собирается с друзьями за городом, – буднично отвечает Яр, явно не подозревая о том, какие отношения у Луизы и Захара, школьного друга моего брата.

– Передавай привет тогда, – уверенным тоном произносит Луиза, поворачиваясь ко мне. – Пожалуй, хочу охладиться. Солнце уже припекает.

Я киваю и безмолвно следую в дом, все еще пытаясь собрать в голове пазл. Что же я умудрилась упустить…

Луиза следует за мной, ее сопровождает Яр. Они за моей спиной продолжают общаться, и я поражаюсь тому, как им легко это удается делать. Я с трудом нахожу слова, чтобы разговаривать с братом. Потому что в итоге либо я поливаю его помоями, либо он меня. Так повелось с тех самых пор, как Яр оказался в нашем доме. Разница в шесть лет, огромная социальная пропасть и многие существенные причины не дали нам возможности построить приличные отношения. В этом я убеждаюсь раз за разом, стоит мне оказаться с Ярославом в одной комнате. Но сейчас спустя двенадцать лет после того, как наши родители поженились, ничего так и не изменилось. Все стало только хуже. Если раньше я могла все списать на детский возраст или подростковый эгоцентризм, то теперь мне нет оправданий.

– Можно сделать мохито, – заглядывая в холодильник, произношу спокойно, хотя знаю, Яр смотрит на меня.

Он предпочел заглянуть на кухню вместе с нами. Сварить себе кофе и отправиться обратно в комнату – отдыхать после утомительных перелетов и разъездов, в которых он находился бесконечное количество раз за последние полгода.

– Да давай, – соглашается Луиза, занимая место напротив меня.

Ярослав приближается к холодильнику и удерживает дверь в тот самый миг, когда я вынимаю необходимые ингредиенты. Со стороны может показаться, что он просто помогает, но я чувствую, как его дыхание опаляет ухо. Накрывает ладонью мой локоть, крепко фиксируя на месте.

– Не думай, что у тебя получилось меня разозлить, – шепчет так тихо, что и мне с трудом удается услышать его голос. Луиза вероятно вообще не замечает того, что творится в эти секунды между мной и братом. – Еще выкинешь какой-нибудь номер, и тебе не поздоровится, – произнося угрозу, он опускает руку, ловко обогнув меня, достает сливки и проходит мимо, игнорируя мой удивленный взгляд.

И очень зря игнорирует, потому что вслед за удивлением приходит торжествующая улыбка и хитрый прищур. Я задела его. Нашла слабое место. Луиза ему не нравится, но ее наличие и явное заигрывание как красная тряпка действует на брата.

Так что там подруга говорила про вечеринку в выходные у Захара? Кажется, мне пора на шопинг…