Давай будем вместе - Дина Дэ

– Почему нет? – усмехнулась я и, сунувшись в квартиру, крикнула родителям:

– Я в подъезде! Ко мне друг пришел!

Прикрыв дверь, я вышла на лестничную площадку. Вся эта ситуация была настолько странной и нелепой, что я не переставала глупо улыбаться.

Как я расскажу завтра об этом Вадиму? А если мама выглянет в подъезд? Представляю, как она удивится моему новому «другу».

Но развернуться и захлопнуть дверь перед носом Глеба, я не могла. Возможно, сегодня моя очередь спасать его…

Прислонившись к холодной стене, я зябко поёжилась. Накинув капюшон домашней толстовки и спрятав руки в длинных рукавах, я исподлобья посмотрела на Глеба, который внимательно следил за каждым моим движением.

– Сколько тебе лет? – вырвалось у меня.

Мой сосед был подтянутым зрелым мужчиной с мощной атлетической фигурой. Он явно занимался каким-то спортом и, судя по хищным упругим движениям, это была не просто качалка. Возможно, бокс или борьба… По лицу тоже сложно было угадать возраст Глеба. Крупные строгие черты лица и серьезный, как правило, хмурый взгляд делали его похожим на сурового викинга, пережившего не одно сражение. Но кожа была здоровой и ровной, даже несмотря на вертикальную морщину между бровей и небрежную щетину.

«Тридцать два», – решила я, прежде чем услышать ответ самого Глеба.

– Тридцать девять, – спокойно ответил он и, спустившись на пару ступеней, оперся локтем о перила.

Мое изумление не осталось незамеченным. Тридцать-блин-девять?! Да моему отцу сорок три, и четыре года назад он точно не выглядел, как это плейбой! Я даже не удивлюсь, если у Глеба прорисованы все шесть кубиков пресса! Или сколько их там, восемь? Надо пересчитать у Вадима…

– Мне лестно твое неподдельное удивление, – тихий смех Глеба эхом разнесся по лестничной площадке.

И чего он всё время хмурится! У человека с таким искренним смехом не должно быть никаких проблем…

– Ну вообще-то я думала, тебе сорок пять, – дерзко вскинула я подбородок. Мне пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться.

Я видела этого мужчину третий раз в жизни, но сейчас у меня было такое ощущение, что мы знакомы сто лет. Только со своими друзьями и близкими я чувствовала себя так раскрепощенно и свободно.

Глеб наклонил голову набок. Его лицо оставалось серьезным, но в глазах мелькала улыбка.

– А тебе хоть есть восемнадцать, красавица?

Я фыркнула и поправила сползающий на лоб капюшон.

– Боишься связаться с малолеткой?

Из уст лохматой девушки в кофте с единорогом и розовыми наушниками на шее это, наверное, звучало комично. Но надо отдать должное Глебу – он держался. Нарочито медленно мужчина оглядел меня с головы до ног, задержался на пушистых тапочках в виде енотов, поднял взгляд выше и посмотрел в глаза.

– Думаю, зря я пытался заманить тебя выпивкой. Вполне можно было обойтись мороженым.

Я даже задохнулась от такой наглости.

– Зато я знаю, чем тебя порадовать! – выпалила я, воинственно скрестив руки на груди.

– Чем? – глаза Глеба зажглись опасным огоньком. Ох, не о том он подумал…

– Поясом из собачьей шерсти! – торжественно заявила я. – Хорошо помогает от радикулита!

Сверкнув прищуренным взглядом, мужчина качнулся ко мне, и я инстинктивно вжалась в стену. Сдерживая хихиканье, я прикрыла рот ладошкой.

Господи, сколько мне лет!

Ну почему рядом с Глебом я снова превращаюсь в шкодливую неугомонную девчонку?

Задрав нос, я с вызовом посмотрела на соседа. Он с каким-то веселым изумлением разглядывал мое лицо.

– Ты первая девушка, усомнившаяся в моих физических возможностях, – наконец, проговорил Глеб с усмешкой. Упершись поясницей о перила, он расслабленно засунул руки в карманы джинс.

Я красноречиво посмотрела на мужчину. Как его зацепило-то! Наверное, привык, что дамы поют дифирамбы его… хм… «физическим возможностям»…

Помимо воли я слегка покраснела. Глеб заметил это и сверкнул довольной улыбкой.

– Ты так мило смущаешься.

Похоже, соседу нравилось меня поддразнивать. Он даже на время забыл про свои печали. Складка между бровей разгладилась, напряженная линия плеч стала мягче.

Я с досадой пробурчала себе под нос:

– У меня просто кожа тонкая, я все время краснею.

Не отрывая взгляда от моего лица, Глеб сделал пару шагов вперед.

– Это твой настоящий цвет волос? – тихо спросил он, едва касаясь пальцами рыжего локона, выбившегося из-под капюшона.

– Да.

Я замерла, остро ощущая тепло чужой руки на своей щеке. В движении мужчины не было никакого сексуального подтекста. Несмотря на его шутки на грани, Глеб не делал попыток соблазнить меня. В глазах соседа я видела скорее любопытство и легкий интерес. Мне показалось, что этот мужчина нуждался в друге, с которым можно было бы хотя бы ненадолго забыть о своих проблемах.

Поэтому я не стала отводить мужскую руку от своего лица и открыто улыбнулась. Слегка потянув за прядь, Глеб отстранился и встал рядом со мной.

– В твоей семье все рыжие? – спросил он, повернув голову ко мне.

Я помотала головой.

– Только моя бабушка. У остальных светлые волосы.

Глеб удивленно приподнял брови.

– Возможно, мои дети будут рыжими, – улыбнулась я, вспомнив, как Вадим в нашу первую ночь проговорился, что мечтает о дочке с такими же рыжими волосами.

– Главное, чтобы твой парень был готов к этому, – усмехнулся сосед.

– А у тебя есть дети? – спросила я и тут же прикусила язык. Вдруг для мужчины это больная тема?

Но Глеб отреагировал спокойно. Он с улыбкой посмотрел на меня.

– Если бы у меня были дети, я бы сейчас был с ними.

Достойный ответ. Наверняка, Глеб будет хорошим отцом.

Между нами повисло задумчивое молчание.

Через дверь я услышала голоса родителей. Как бы они не выглянули в подъезд… Вряд ли их обрадуют тридцатидевятилетний огромный мужик, стоящий возле дочери. Особенно отца.

Усмехнувшись себе под нос, я приоткрыла дверь и крикнула:

– Я скоро!

Мама в ответ попросила меня накинуть куртку.

Сейчас сюда точно выйдет вся семья с теплой одеждой, бутербродами и горячим чаем. Надо уходить, пока не поздно.

Я взглянула на Глеба. Он оторвался от стены и остановился напротив меня. Глядя мне в глаза, мужчина серьезно произнес:

– Спасибо за компанию.

Я улыбнулась.

– Обращайся.

Глеб усмехнулся в ответ и, мягко проведя ладонью по моему предплечью, развернулся и пошел домой. Проводив взглядом массивную фигуру, бесшумно поднимающуюся по лестнице, я юркнула в квартиру и закрыла за собой дверь.