Белла, чао! - Татьяна Тронина

– Чао, – растерянно, смятенно отозвалась Анжела. – Белла, чао…

Белла выскочила из дома, помчалась по дороге к реке.

На полпути нагнала Веню и Сашка с его матерью. Сашок – этот непутевый балагур – обожал свою старушку мать. Именно обожал – восхищался ею, вечно таскал за собой, подшучивал над ней, волновался о ней всегда, при каждом удобном случае приносил ей подарки и гостинцы… Хоть шоколадку, даже пьяный вдрызг (но это раньше было, до того, как стал работать у Тимура) – но Сашок дарил матери какую-нибудь мелочишку вечером, в конце каждого дня.

Маленькая, ветхая, в потертом черном пальтишке, Анна Тимофеевна буквально висела сейчас на локте своего сына.

– Маманя, ну ты ноги-то шустрей переставляй… – шутливо подгонял ее Сашок.

– Да я не могу шустрей. Голова кружится… Белла! – улыбнулась беззубым ртом старушка. – Куды? Тож ледоход смотреть?

– Здравствуйте, Анна Тимофеевна… Привет, Сашок! Веня, здравствуй! А что, началось? – взволнованно спросила девушка.

– Пошло дело! – улыбнулся Веня. Он, как всегда, принялся неотрывно глядеть на Беллу – с ласковой, безнадежной тоской.

– Венечка, я тебе подарок принесла… – Белла достала из кармана куртки фигурку Гамлета. – Это я тебя в виде принца Датского изобразила…

– Принца Датского… – хихикнул Сашок. – Слышь, мам? Она его Датским назвала… Как же, будешь при Тимуре Датским… Белла, он не датский, он в завязке!

– Да, насчет Тимура… – спохватилась Белла. – Вы ему, ребята, передайте, что я по делу в Михальск собралась.

– А что случилось? – с тревогой спросил Веня.

– Ничего… Пусть Тимур к Анжеле зайдет, она ему все объяснит, – улыбнулась Белла. «Расскажешь при Сашке, так он на весь поселок растрезвонит…»

В этот момент они всей толпой поднялись на пригорок и ахнули.

Внизу неотвратимо и стремительно двигался ледяной покров Ирги, уже весь потрескавшийся. Это было так странно – снег на земле растаял, а река – во льду…

Раз – и две ледяные глыбы поднялись, столкнулись – раздался треск, словно из пушки выстрелили ядром. В следующее мгновение рядом столкнулись еще льдины, образовав затор, и тут же были снесены мощным течением.

Лед грохотал, вздымался, опадал и продолжал стремительно нестись вперед. Ничто, никакая сила на земле не могла остановить это движение.

И жутко, и красиво… Стихия.

Именно это зрелище страстно жаждала увидеть Белла – и она дождалась своего.

– Боже мой… Вы посмотрите! – не владея собой, крикнула она. – О-о… Вот это да!

На некоторое время девушка даже забыла, что случилось и куда она должна идти.

– А-а! О-о! – заорала Белла, а рядом орали Сашок с Веней.

Неподалеку орали еще люди – те, кто тоже пришел к реке полюбоваться этим зрелищем.

Огромные глыбы льда со зловещим хрупаньем выламывались, вставали поперек движения, мешали другим льдинам – треск, хруст…

Внизу, в полукилометре, был мост. Оттуда слышались глухие удары.

– Ух ты, ёпрст… – присвистнул Сашок. – Мамань, глянь… Снесет же сейчас мост… Ой, твою мать… Слышь, как долбит опоры? Ну все, Белла, не попадешь ты сегодня в свой Михальск!

Белла ахнула (а вдруг она не успеет перебраться на другой берег?) – и побежала к мосту.

– Белла, стой! – крикнул ей вслед Сашок. – Ты погоди…

Но Сашок не мог оставить мать – он держал старушку под локоть, боялся отпустить, оставить одну – чтобы Анна Тимофеевна не упала без его поддержки.

За Беллой бросился Веня.

– Белла, стой… – задыхаясь, бежал он следом за девушкой.

У самого моста Веня нагнал ее, схватил за руку.

О мост колотились льдины, он буквально ходил ходуном.

– Белла, это опасно!

– Но мне надо в Михальск! Пусти…

– Белла, нет… – натужно просипел Веня, цепко держа ее за руку. – Ты… ты посмотри, что творится…

Он не договорил – очередная льдина с лязгом вздыбилась и рубанула по мосту.

– Венечка, пусти меня!

– Нет… Нет! – сипел Веня, и мешки под его глазами наливались чернотой. Кажется, у Вени была астма или что-то в этом роде… Белла не помнила, в данный момент она помнила только о сестре. О том, как подло поступил Гена с Анжелой. «Найду его – убью!» – мрачно подумала девушка.

– Веня!

– Белла, нет…

Она все-таки сумела вырвать руку и побежала к мосту. Оглянулась на миг – схватившись за грудь, Веня стоял, пытаясь отдышаться.

Белла без всякого страха ступила на мост. Она не думала о том, что рискует своей жизнью. Ей надо было догнать Гену, и все тут. Стараясь держаться середины, Белла побежала вперед.

Она чувствовала, как в опоры моста бьются льдины, как поверхность дрожит и содрогается у нее под ногами.

– «…капель до половины дня, потом, морозом землю скомкав, гремит плавучих льдин резня и поножовщина обломков. И ни души. Один лишь хрип, тоскливый лязг и стук ножовый, и сталкивающихся глыб скрежещущие пережевы!…» – кричала она, продвигаясь вперед.

Удар. Еще удар. Белла бежала так быстро, как только могла, и все дрожало перед ее глазами, точно она попала в эпицентр землетрясения.

Другой берег уже близко. Удар – ледяная крошка перехлестнула через Беллу. Новый удар – из-под моста раздался жуткий железный вой. Мост пошатнулся, осел.

От следующего удара он мог окончательно развалиться. Девушка в несколько прыжков достигла края, перепрыгнула разлом с вырванной, обнажившейся арматурой – этим краем мост крепился к берегу – и упала на сухую, пыльную, холодную землю.

И буквально в следующую секунду раздался новый удар, и мост все с тем же жутким воем развернуло по течению. Еще секунда – и сорвало другой край. Мост поплыл по реке, затем перевернулся, еще раз перевернулся, ныряя и выныривая…

Стоял гул и скрежет – льдины в самом деле словно пережевывали этот несчастный мост.

– Вот это да… – потрясенно прошептала Белла. Замешкай она немного – и сейчас ее тело пожирал бы ледоход.

Никогда-никогда она не была так близко к смерти. Зачем она рисковала? Почему? Потому, что у Анжелы были морщинки возле глаз. Потому, что у Анжелы дрожали исколотые иголкой пальцы рук. Сестру нельзя было обижать! (Хотя, если подумать, у Анжелы был бы разрыв сердца, если б она узнала, что Белла так рискует жизнью ради нее…)

Белла встала, отряхнула джинсы. На другом берегу стоял Веня. Белла помахала ему рукой. Веня помахал ей в ответ (к счастью, выражение его лица не было видно девушке с такого расстояния).

Белла поправила рюкзак на плече и зашагала в сторону автобусной остановки.

…Ирга – поселок городского типа. Не деревня уж то есть. В Ирге был район из пятиэтажек, в Ирге была центральная площадь и асфальтовые дороги… Но налет сельской безалаберности никуда не делся.