В самое сердце, или Любовь без правил - Анна Яфор

— Что ты хотел спросить?

Он сияет, а в глазах искрит задорное лукавство.

— А тебе понравился Егор? Правда же он классный?

О да, более чем… Перед глазами всплывает картинка, как я постыдно подслушиваю разговор братьев. Именно потому, что один из них мне слишком сильно понравился. Прижимаю ладони к полыхнувшим щекам и стараюсь ответить как можно более сдержанно.

— Да, у тебя хороший брат, — это должно удовлетворить мальчика, а звучит вполне нейтрально. На случай, если вдруг кто-то услышит.

Думаю об этом и тут же сама смеюсь над собой, потому что под «кем-то» подразумеваю вполне конкретного человека. Но он вряд ли станет повторять мой позорный опыт и подслушивать, о чем говорим мы с Ильей. Незачем. Как и размышлять о моей на него реакции. Егор, скорее всего, и думать забыл о какой-то там очередной няньке, что возится с его братом.

— Он самый лучший! — радостно восклицает Илья, но ответить я не успеваю, потому что как раз в этот момент распахивается входная дверь.

Но на пороге вовсе не Александр Демьянович, хотя именно его я ожидаю увидеть, уверенная в том, что хозяин дома обязательно заявится проверить, насколько точно исполняются его указания. И не Егор, к моей величайшей радости: очередную встречу так скоро было бы перенести непросто.

В комнату входит молодая и очень красивая женщина. Ей, наверно, около тридцати или совсем немного за. Холеная пышногрудая брюнетка с идеальным макияжем и прической, словно из салона. Даже странно видеть такое ранним утром. Хотя чему я удивляюсь? У подобных женщин наверняка есть свой собственный мастер, который готов примчаться по первому зову в любое время суток.

— Мамочка! — Илья срывается с места и бросается к ней, обнимая за талию. А меня осеняет: ну, конечно, кто же еще это может быть! Она под стать Арбенину, хотя и моложе, чем я предполагала. Но роскошна, эффектна и прекрасно об этом знает. Женщина источает довольство собой, и, хотя я никогда не переживала по поводу своей внешности, сейчас вдруг чувствую себя маленькой и блеклой.

Правда, непохоже, чтобы вошедшую сколько-нибудь интересовало, как выглядит новая гувернантка. И если в первое мгновенье мне кажется, что она явилась проверить, все ли в порядке вместо своего мужа, вскоре убеждаюсь, что это совсем не так. Она равнодушно мажет взглядом по обнимающему ее сыну, и улыбается широко, но абсолютно неискренне, потому что глаза остаются холодны.

— Да, дорогой, у тебя все хорошо?

И вопрос тоже дежурный, потому что ответа она не ждет. Осматривает комнату, кивает мне, но так же равнодушно: я интересую ее не больше, чем стол или шкаф здесь. Да и Илюша, как бы странно это ни было, тоже почти не привлекает.

— Юля мне нравится! — заявляет мальчик и тут же хвастается: — И она разрешила называть ее без отчества, ей так удобней! Представляешь?

Он пытается заглянуть матери в глаза, но та продолжает изучающе рассматривать просторную комнату.

— Да, дорогой…

Переводит взгляд на балкон, прикрытый легкой шторой. Та колышется от слабого ветерка, приоткрывая площадку, простирающуюся над садом. И женщина пытливо всматривается туда, только я никак не могу понять, зачем. Что она пытается там увидеть? Или… кого?

Ответ настигает неожиданно: взгляд Арбениной тускнеет и в нем отчетливо отражается разочарование. Она едва заметно морщится, когда сын протягивает ей свой альбом с рисунками.

— Я потом посмотрю, Илюшенька… Сейчас очень спешу. Скажи-ка, а где сейчас Егор, ты не знаешь? Я думала, он у вас.

Меня накрывает какое-то ошалелое отупение. Это еще хуже, чем то, как ведет себя с Илюшей отец. Матери тоже на него наплевать? Ее куда больше заботит пасынок, чем родной сын. И я почти уверена, что ее интерес к Егору совсем не родственный, и не о его возвращении в родной дом она собирается говорить. Потому что слишком сильно сейчас напоминает вышедшую на охоту хищницу. Рыскает и выслеживает добычу. А младший Арбенин ничуточки не похож на потенциальную жертву. Может, он вовсе и не против быть пойманным в сети такой красотки?

К горлу подступает противный ком: от дикости ситуации начинает мутить. Может, стоит сбежать отсюда, пока не поздно? Да, мне очень нужны деньги, а обещанная зарплата более чем привлекательная. Но нет никакого желания наблюдать всю эту грязь. Я не хочу попадать в их закулисье. Арбенин и так поведал достаточно гадостей о своем сыне, видеть еще и тайный роман с мачехой будет точно выше моих сил.

Глава 7

После ухода матери Илюше никак не удается сосредоточится. Он старается, но я вижу, что мыслями мальчик совершенно далеко. И еще расстроен, так, что едва не плачет. По-взрослому сжимает губки, часто-часто моргает, но боль в его глазенках невозможно не заметить.

И от этого мое собственное сердце начинает ныть. Я никогда, ни при каких обстоятельствах не позволила бы себе так относиться к малышу. Если бы он был моим… Посвятила бы все время, все силы, чтобы ему было хорошо.

У тебя нет права судить! — будто что-то воет внутри, напоминая мне о том, что я стараюсь забыть вот уже столько лет. Это чужой ребенок, чужая семья, чужая жизнь — и тебя абсолютно не касается. Разбирайся со своими проблемами и не лезь туда, куда тебя не просят!

— Я и не лезу! — Илья вздрагивает, когда сама себе отвечаю вслух, и растерянно смотрит на меня.

— Куда не лезешь?

Я не могу удержаться и глажу пушистую головку.

— Илюш, прости. Случайно сказала то, что подумала.

— А что ты подумала? — не унимается малыш, а я могу только порадоваться, что своей нелепой репликой отвлекла его от переживаний.

Собираюсь сказать, что размышляла про их красивый сад и про возможность там прогуляться, но сама себя обрываю на полуслове. Нельзя врать мальчику: в его жизни и без меня хватает лжи и лицемерия.

— Я подумала о том, что совсем ничего не знаю о вас. О твоих папе и маме, об Егоре…

— Так давай я расскажу! — с готовностью тут же отзывается мальчуган. — Все, что угодно! Или хочешь, пойдем к Егору, и он тоже расскажет. Он умеет!

Вот в этом я как раз ничуть не сомневаюсь… Щекам снова становится горячо, и остается лишь порадоваться, что Илья слишком мал, чтобы заметить мою реакцию на упоминание о его брате. Тому наверняка ничего не стоит заговорить любую. Напеть какие угодно красивые слова и заставить потерять голову. Интересно, а с мачехой у него именно так