Сыновья для бывшего - Регина Янтарная

В ужасе закатываю глаза. Надеюсь, драки не будет, иначе родители всё узнают.

Мак яростно впивается в меня взглядом, а пальцами мне в руку. Ждёт от меня словесного подтверждения.

Ник тоже замер… прожигает меня взглядом.

Я вся дрожу.

Сейчас в моём сердечке бушует буря. Делаю сложный выбор между двумя крутыми парнями. Одного я люблю. Другой просто классный.

– Мак, прости, ты мой «брат»! Наши родители сегодня женятся.

– Я тебе не брат!! – широкоплечая фигура сводного подтягивает меня к себе.

В моих глазах вспыхивает решимость.

– Юленька, ты моя девочка – ласковая, ранимая, нежная, уютная. Моя!

– Извини… – делаю выбор.

* * *

Спустя два дня

Спускаюсь к завтраку, здороваюсь со всеми. Падаю на своё законное место. Делаю тост с джемом и сметаной, слушаю Максима… и сердце замирает в предвкушении.

– Вылетаем в свадебное путешествие сегодня. Оставляем за старшую Юлю.

Киваю. Кошусь на сводного.

– Папа я остаюсь в Москве, – громко заявляет он.

– Что ты имеешь в виду? – Максим недоумённо смотрит на сына.

– Буду жить в Москве! Не вернусь во Францию.

– Ты должен учиться! Нельзя бросать начатое, – неожиданно подмечает мама.

– В Москве полно хороших учебных заведений, – спорит с ней Макар.

– Хорошо сынок. Я только рад, – соглашается быстро отчим.

Мама теряет аппетит, сверлит пасынка ледяным голубым взглядом. Он отвечает ей таким же недружелюбным.

– Макар, думаю, тебе стоит переехать в городскую квартиру. Оттуда ближе до офиса, – выкручивается мама.

– Подумаю, – цедит нагло.

Пинг-понг… – вот и поговорили. Впервые вижу, как сильно мама не любит Мака. Не понимаю, за что! Он милый…

Вечером родители улетают, оставляя нас одних.

Хлопает входная дверь, извещая о том, что Макар ушёл из дома. Нервно вздрагиваю, с готовностью поднимаюсь из кресла. Принимаю душ, надеваю красивое ажурное белое бельё, купленное специально для этой ночи. Сверху набрасываю тонкий плащ. В сумку укладываю бережно вещи, выныриваю из комнаты.

Через час такси привозит меня к элитному жилищному комплексу. На негнущихся ногах захожу в подъезд.

Лифт извещает прибытием на тридцатый этаж. Двери открываются. Осознаю, что это реальность. Обратного пути нет и бежать некуда.

Медленно бреду по коридору, пока мой взгляд не натыкается на открытую настежь дверь нужной квартиры. Стучу для приличия.

– Юля, я на кухне! – слышу счастливый крик.

– Хорошо, – делаю фатальный шаг, переступая порог. Закрываю дверь, скидываю плащ, туфли, прохожу в квартиру.

В уютной спальне меня уже ждёт расправленная постель, столик с шампанским и клубникой.

Подхожу к панорамному окну, с интересом разглядываю своё отражение.

Какая я в этот миг… в миг, после которого изменится всё…

– В этом белье ты сногсшибательна, – Макар подходит ко мне сзади, обвивает руки вокруг моей груди. Целует нежно в шейку.

– Мак, пожалуйста… – горячая кожа прикасается к моей, и я тоже перегреваюсь. Мы становимся одной температуры.

– Я буду нежен со своей любимой девочкой.

Мой парень поворачивает меня к себе лицом, поднимает на руки, несёт на кровать.

– Юлька, я самый счастливый!

– И я, – робко добавляю, целуя Мака в щёку.

* * *

Встречаемся каждый день украдкой, прячем наше счастье от чужих глаз.

Глава 8

Спустя два месяца

Макар

Папа в командировке в Израиле, Ирина в Сочи на очередном симпозиуме. Горничные спят в гостевом домике, мы предоставлены самим себе.

Остаюсь ночевать в комнате у Юлии.

– Тяжелый день? – глажу девушку по плечу.

– Да!

Целую в ключицу.

– Тогда просто спим.

Обнимаемся и засыпаем.

Утро начинается не с поцелуев любимой, а с громких гневных ругательств.

С трудом поднимаю веки, хлопаю глазами, ничего не понимая. Перед собой вижу разъяренную Ирину. Перевожу взгляд на Юлю.

Она сидит в кровати, застывшая как статуя. На ней фланелевая пижама, волосы собраны в косу.

Испепеляет дочь взглядом.

– Юля, ты меня разочаровала!

– Макар, немедленно оденься, и чтобы ноги твоей не было в этой комнате, – приказывает мачеха, бросая в меня брюки. Женщину коротит от гнева.

– Ладно, – бурчу недовольно.

Женская фигурка стремительно удаляется за дверь.

– Зайчонок, извини, – целую Юляшку в мокрую от слёз щёку. –Сейчас поговорим с ней, и она всё поймет. Тоже ведь когда-то была молодой, влюблялась. Я её успокою, объясню, что мы уже подали заявление в ЗАГС. Ты моя невеста, у нас всё серьёзно, и всё такое. Уверен, что она смирится с нашей связью.

На ходу одеваюсь, вылетаю за дверь. Мачеха отлипает от стены, идет на меня, вся такая как огненный шар – пышет гневом.

– Я объясню!

– На надо! Я видела своими глазами. Мерзавец, я же просила держаться от моей дочери подальше.

– Просили. Но я не смог.

Не слушает моих объяснений, даже не пытается вникнуть в смысл слов. Хватает меня за руку, тащит к лестнице.

Упираюсь. Но она сильная зараза!

– Ты ей не пара! Я предупреждала! Ты – беспардонный, злой, заносчивый, эгоист. Влюбил в себя наивную девчонку. Испортил ей жизнь! А может, ты поспорил на неё? Или мстишь мне?

– Тётя Ирина, вы несёте чушь! – вырываю руку, делаю шаг к лестнице. – Вы не понимаете, у нас всё серьёзно. Я люблю Юльку!

Ирина толкает меня вперёд, и я теряю под ногами почву.

Всё происходит в доли секунды…

В последнее мгновение понимаю, что падаю, и на автомате хватаю мачеху за ворот кофты. Подтягиваюсь. Оказываюсь на площадке второго этажа.

Новая жена отца не выдерживает моего веса и по инерции наклоняется вперёд. Живот перетягивает …

Ирина округляет глаза в ужасе и отправляется в свободное падение.

Протягиваю руку, пытаясь схватить её за кофту.

Но беременная женщина слишком тяжёлая.

А кофта слишком непрочная. Рвётся…

В моих руках остаётся лишь кусок ткани, а Ирина кубарем летит с лестницы.

– Что ты наделал! – за спиной визжит Юлька.

– Я? Ничего! – сбегаю вниз по лестнице, где распласталась мачеха.

– Я видела, что ты её столкнул!

– Спятила?

Щупаю пульс женщины. Он едва ощутим.

– Звони 112, – кричу подоспевшей горничной.

* * *

Спустя неделю

Макар

– Макар, – цедит папа, на мгновение замолкает. Лицо каменное и неприступное.

Знаю отца. В такие моменты он выстраивает броню между собой и людьми. Любое общение с ним бесполезно. Будет так, как он решил.

Сидим втроём за длинным обеденным столом. Только на этот раз он пуст…

Папа занимает место напротив Юли, я примостился в уголке как бедный родственник.

Оба даже не смотрят мне в глаза.

– Ты не можешь оставаться в этом доме. Будет лучше, если ты уедешь к матери. Немедленно.

– Папа выслушай! Это была случайность. Посмотри камеры!

– Уже смотрел, – голос отца звучит как