Избранница - Стефани Лоуренс

Обширная библиотека, протянувшаяся вдоль одной из стен дома номер четырнадцать по Монтроуз-плейс, выходила окнами и к парадной двери, и в сад за домом. Если бы дядюшку или брата хоть в малейшей степени интересовала жизнь за этими окнами, они могли бы увидеть, как гость шел по дорожке. Леонора стояла на пороге библиотеки и в очередной раз убеждалась, что происходящее вне этих стен ни в коей мере не волнует мужчин ее семейства.

Дядя, сэр Хамфри Карлинг, сидел в уютном кресле у очага. На коленях его покоился большой и тяжелый том, листы которого были испещрены иероглифами. Лицо сэра Хамфри выглядело несколько искаженным — в один глаз он вставил монокль с сильно «увеличивающим стеклом. Когда-то это был высокий и представительный джентльмен, но теперь годы иссушили его тело: плечи ссутулились, шевелюра поредела, а от былой физической силы не осталось и следа. Следует заметить, что на его умственных способностях возраст пока никак не сказывался. В ученых кругах, а также среди любителей древностей сэр Хамфри считался одним из крупнейших специалистов по древним языкам.

На данный момент дядюшка был погружен в — Леонора присмотрелась, — похоже, что-то связанное с Месопотамией.

За письменным столом напротив дяди сидел ее младший брат Джереми — второй крупнейший специалист современности в области древних языков. Стол был завален бумагами и бесчисленными томами самых разных размеров и степеней потрепанности. Ни одна горничная под страхом самого страшного наказания не смела ничего трогать на этом столе. Несмотря на полный хаос, Джереми всегда знал, что кто-то прикасался к бумагам, и мгновенно приходил в ярость, если хоть один листок перекладывали на другое место.

Брат на два года был младше. Джереми едва исполнилось двенадцать, когда, после смерти родителей, они переехали к дяде. Тогда сэр Хамфри жил в Кенте. Жена его давно умерла, и остальные родственники решили, что сельский дом книгочея станет тихой гаванью для сирот.

Джереми всегда любил читать, и ничего удивительного не было в том, что вскоре он заразился страстью сэра Хамфри к расшифровке письменностей давно канувших в Лету цивилизаций. В двадцать четыре года он уже занимал видное место среди специалистов в этой области. В тот год они переехали в Блумсбери, Лондон, чтобы Леонора могла появляться в свете под руководством тетушки Милдред, леди Уорсингем.

Для Леоноры этот взрослый мужчина по-прежнему был младшим братом, и она с улыбкой смотрела на его всклоченные волосы, которые, несмотря на все ее усилия, гребни и помады, торчали в разные стороны. Она подозревала, что в минуты напряженной умственной деятельности он ерошит их пальцами. Джереми клялся, что ничего подобного не делает, и Леоноре еще ни разу не удалось поймать его за этим занятием.

Генриетта решительно направилась к камину, Леонора за ней. Мужчины не заметили, что в комнате прибавилось народу, но это было неудивительно. Как-то служанка уронила серебряный поднос на каменный пол у самых дверей в библиотеку, и ни один из них даже не поднял головы.

— Дядя, Джереми, отвлекитесь на минутку. У нас гость.

Рассеянно моргая и пытаясь сфокусировать взгляд, мужчины неохотно возвращались из далекого прошлого.

— Лорд Трентем пожаловал с визитом. Он наш новый сосед — один из тех господ, что купили дом номер двенадцать. — Дядя и брат следили за ней глазами, но она все еще не была уверена, что до них доходят ее слова. — Помните, я рассказывала вам, что дом двенадцать купили какие-то джентльмены. Так вот лорд Трентем один из них. Полагаю, он приезжал посмотреть, как продвигается ремонт.

— Ах да, я вспомнил. — Сэр Хамфри кивнул, отложил монокль и книгу. — Очень мило с его стороны заглянуть к нам.

Леонора встала за креслом дяди. В следующую минуту дверь распахнулась.

— Граф Трентем! — торжественно объявил Кастор, и гость показался на пороге.

Улыбаясь с уверенностью светского льва, лорд направился к хозяину дома. Взгляд его задержался на девушке, но она молчала, вдруг ощутив неловкость. В следующее мгновение Тристан перевел взгляд на сэра Хамфри. Тот пытался подняться с кресла. Леонора встала рядом, готовая, в случае необходимости, поддержать дядюшку.

— Прошу вас, сэр Хамфри, не стоит беспокоиться, — поспешно сказал лорд Трентем поклонившись старику. — Я благодарен, что вы нашли время принять меня. Я позволил себе заглянуть без формальностей, по-соседски.

— Я рад познакомиться с вами и совсем, не против дружеского визита. Слышал, вы решили кое-что переделать в доме.

— Небольшой косметический ремонт, чтобы сделать жилище более удобным.

— Позвольте мне представить вам моего племянника Джереми Карлинга. — Сэр Хамфри кивнул в сторону молодого человека.

Джереми встал, и они обменялись рукопожатиями. Разглядывая гостя, Джереми проявил неожиданный интерес:

— Вы военный, не так ли?

Леонора вздрогнула. Как же она не сообразила сразу! Конечно, он был на военной службе: отсюда выправка, загар и грубая кожа на руках.

— Бывший военный. — Джереми по-прежнему был весь внимание, и Тристан добавил. — Я служил в чине майора в гвардии.

— Вы вышли в отставку? — Глаза Джереми загорелись. Леонора вздохнула: брат страстно интересовался недавней военной кампанией.

— После Ватерлоо многие вышли в отставку.

— А ваши друзья? Они тоже служили в гвардии?

— Да. — Поколебавшись, Тристан добавил: — Собственно, поэтому мы и купили здесь дом. Видите ли, за время войны мы отвыкли от шума и суеты света и нам захотелось иметь место, где можно было бы собраться своим кругом.

— Я прекрасно вас понимаю, — закивал сэр Хамфри, который всегда терпеть не мог светские сборища. — И должен заметить, что вы выбрали замечательное место. Наш район — один из самых тихих и спокойных в Лондоне.

Тут сэр Хамфри спохватился и виновато улыбнулся Леоноре.

— Чуть не забыл о тебе, дорогая.

Он наконец представил ее Тристану: