Рыжее счастье - Леся Андреева

– И все таки есть что-то необычное в рыженьких. До завтра, Алиса.

Потерянным взглядом провожаю коварного суриката до двери. Несколько минут у меня уходит на то, чтобы взять себя в руки. Я просто отказываюсь понимать поведение этого гада! Ему, похоже, нравится издеваться надо мной, иначе что это было?! Но больше я не доставлю ему такой возможности. Возьми уже себя в руки, Потёмкина! Это же Платонов!

Буквально через десять минут в квартиру наконец-то заходит Рита. Я как довольная обезьянка висну на тёте, и понимаю, что жутко соскучилась. Свобода это, конечно, хорошо, но с Ритой жить гораздо веселее.

– Ага, скучала по мне, да? Я тоже соскучилась, племяш, —Рита убирает мои растрепанные пряди за уши и мы идём на кухню. Впереди долгие рассказы последних новостей и событий.

Я подробно и очень эмоционально рассказываю Рите о проделках Платонова, упуская лишь сегодняшнее событие с Алебастром. Не всё ведь сразу.

Рита лишь загадочно улыбается, пьёт горячий чай с лимоном, и поглядывает в окно.

– Рит, ну ты даже не реагируешь никак! Тебе не интересно?

– Мне интересно, Алис. Просто думаю, тебе сейчас не понравятся мои выводы. Ты сама к этому придёшь, и вот тогда мы поговорим уже более серьёзно. Просто знай, что Дима очень хороший мальчик, и он мне нравится.

– Что?! Ну приплыли, я тут жалуюсь на него, а он уже и в мозги моей тёти проник. И когда только всё успевает?!, – я яростно кромсаю ароматное мясо у себя на тарелке, и замечаю одну странность. – А как же веганство?! Неужели вы снова в дружных рядах мясоедов, Маргарита Вениаминовна?!, – Рита резко становится серьёзной и отводит взгляд в сторону, – Рит, я что-то не то брякнула опять, да?

– Все хорошо, пчёлка. Просто пытаюсь собраться с мыслями, – тётя снова улыбается и подходит ближе к окну.

Мы молчим некоторое время, и я стараюсь не лезть со своими дурацкими вопросами.

– Мы с Мишей решили пожениться, 25 роспись, – Рита аккуратно поворачивается в мою сторону, а у меня мясо встаёт поперёк горла. Захожусь в диком кашле, пока тетя пытается привести меня в чувство.

Спустя секунды я, со стаканом воды, пытаюсь отдышаться и не упасть со стула от смеха.

– Ты из-за этого так переживала?! Я думала ваш кружок по макраме закрывается, или сорвался поход с теть Викой на выставку.

– Ты не злишься?

– Да на что?! Я безумно рада за тебя! Давно пора вам с Мишей перестать бегать к друг другу на квартиру. Так, стоп! Только скажи пожалуйста, что ты имела ввиду январь, а не декабрь!

Рита разводит руками, и виновато улыбается. Чёрт!

– Но это ведь уже через десять дней! У меня платья нет, и туфли новые нужны! Господи, еще столько продумать! А родители приедут? Ну конечно приедут, что за глупый вопрос.

– Алис, я беременна.

– А отмечать где будем? Вы уже выбрали место? Подожди, что?,– я просто села там же, где и стояла.

Кухня снова погрузилась в молчание. Рита аккуратно устроилась рядом со мной на паркете. Не знаю сколько мы так просидели – минуту, две, а может час. В моей голове крутилась целая вереница мыслей, я думала ни о чем, и обо всем одновременно.

Не сразу замечаю, как тётя шмыгает носом. А когда замечаю,в панике пытаюсь ее успокоить.

– Рит, да ты чего? А ну перестань, тебе нельзя сейчас нервничать!

– Как я тебя оставлю, Алиска? Ты ведь не захочешь к Мише переехать, – и снова истерика.

Понятно. Рита переживает за меня, за мою реакцию, а мне безумно хочется, чтобы она наконец была счастлива.

– Рит, ну мне же не пятнадцать лет. Я уже взрослая, смогу жить сама. Ты главное не накручивай себя и не переживай так сильно. А за вас с Мишей я очень-очень рада! И малышу рада, и я сейчас вообще самый счастливый человек на планете! У меня будет братик или сестрёнка, Рит! А ты ревешь тут. Давай давай, вставай, сделаю тебе чай, посидим, посмотрим "Один дома".

Тётя крепко сжимает меня в своих объятиях и тихо шепчет "спасибо".

– Я очень люблю тебя, Рит, ты моя вторая мама. Но пора перестать бояться за меня, и позволить и себе немного счастья. Вы с Мишей его заслужили.

Поздно ночью я еще долго лежу в кровати и не могу заснуть. Размышляю над последними событиями, и счастливо улыбаюсь в темноте.

А уже позже мне снится Платонов, который качает маленького ребёнка на руках, и очаровательно улыбается, глядя куда-то вдаль. Господи, и приснится же такое!