Жена врага. Ты станешь моей - Мия Фальк

— Ты часом не обдолбанная? С этого станется…

Я чувствую, что съезжаю на пол, олигарх возвышается надо мной как гора.

“Что станется?” — хочется спросить. Упоминание Эдуарда и наркотиков в одном предложении меня пугает. С чем на самом деле связан мой муж? Чего я еще о нем не знала? — вопросы кружатся в голове, я же тем временем сжимаю челюсть, прикрываю глаза.

Сафонов опускается напротив, прикладывается пальцы к шее — считает пульс, отмечаю я про себя.

— Да нет, вроде…

Он достает из кармана брюк телефон. Казалось бы, Сафонов влил в себя прилично виски, судя по запаху, но меня удивляет то, как быстро он взял над собой контроль. Привычка все время быть начеку, вести переговоры?

— Просто… Болит живот, — выдыхаю до того как он наберет своей охране и я окончательно потеряю возможность поговорить наедине. — Нужно обезболивающее. У меня так всегда… в эти дни…

— Точно? — мне кажется, сейчас я вижу в глазах этого мужчины участие, как и в тот миг, когда он дал мне пальто.

Он не полностью отбитый. Он как будто раненый.

Киваю.

Сафонов с облегчением выдыхает, встает на ноги и следом подхватывает меня. Я уже убедилась в том, что он сильный. Таскать девушку пятидесяти килограммов для олигарха довольно простая задача, однако мне неловко.

Я не знаю, что я ощущаю. Щемящее чувства, не знаю как оно называется. Что-то о том, что я могла бы полюбить врага. Конечно же не сразу. Сначала довериться, открыться.

Сжимаю руку в кулак, комкая ткань его пиджака. Одной ошибки разве мало было, Эльвира?

Он кладет меня на кровать и сквозь туман я слышу, что олигарх консультируется по телефону с кем-то на счет моего состояния.

До меня долетают обрывки фраз: “понял”, “ага”, “отлично”. Потом он смотрит на меня, уходит и через какое-то время, когда я уже готова вырубиться моих губ касается холодное стекло бокала. Язык обжигает вода.

Он присаживается рядом.

— Ч-черт, набрали из кулера.

Беру с его руки лекарство и тут же запиваю водой.

Сафонов усмехается, глядя на меня. Я понимаю, как выглядел этот жест — как долгожданная покорность.

Он проводит широкой ладонью по моей ноге, ну а я падаю на подушки. Нет сил сопротивляться.

— …еще покажешь зубы… — сквозь марево боли долетает его бархатный бас.

Разглядываю потолок, шикарную люстру. Это самый дорогой номер отеля. Муж не пускал меня сюда. Вообще все четыре года прошли как в заточении. Дорога от спальни до офиса занимала не больше трех минут прогулочным шагом.

Хорошо хоть тут есть спортзал. За покупками вместе или с охраной. По делам сына — справится няня. Муж очень боялся, что я найду способ связаться с дальними родственниками и тогда мне помогут с разводом.

Потихоньку чувствую, как ко мне возвращается способность мыслить.

Переворачиваюсь на бок и обнаруживаю, что олигарх никуда не делся. Сафонов расхаживает вдалеке, у панорамных окон, рубашка на груди почти расстегнута, олигарх уже сбросил пиджак и сейчас он небрежно растягивает галстук. Интересно, к чему он готовится?

Сафонов поворачивается другой стороной и я вижу, что он разговаривает по телефону. У него хищное выражение лица.

Он поймал Эдуарда? Я приподнимаюсь, а потом выдыхаю. Хотя нет, еще недавно Сафонов дал мне понять, что собирается устроить на моего мужа другого рода охоту.

Олигарх ставит недопитый стакан с виски на стол и я замечаю там откупоренную бутылку — да сколько алкоголя в него может войти?

Сафонов неожиданно поворачивается ко мне грудью. Наверное я еще не пришла в себя, поэтому выдыхаю, чувствуя как к щекам приливает жар. Он выглядит потрясающе привлекательным сейчас, прямо как картинка из журнала. У Сафонова подтянутое тело, почти идеальное. В полутемной комнате, неярком свете бра кубики на прессе выглядят… соблазнительно?

Отворачиваюсь. Боже мой, о чем я думаю?

Тем временем до меня долетают обрывки фраз:

— Всю семью… — в глазах Сафонова нет сомнения, только животная ярость и зло. — Ребенка… Конечно!

Его глаза блестят как у хищника.

— Да! Ну я же не совсем урод… Отнял моего… Тоже не сможет найти…

Сердце стучит под горлом, я уверена, что речь идет про Эдуарда, потому что Сафонов приказал охране следить за мужем, когда только вынес меня из номера.

Ребенок о котором он говорит… Руслан!

Все очарование как будто снимает рукой. Я больше не могу ни о чем думать кроме того, что Сафонов — человек, потерявший что-то слишком дорогое и он готов убивать…

И теперь я уверена, что у меня не осталось вариантов кроме как выбраться.

Нахожу свою сумочку взглядом, поворачиваюсь и в этот миг Сафонов замечает меня.

Он двигается ко мне как хищник, как сильный глава прайда и это на мгновение подчиняет, завораживает. А потом я наконец-то окончательно прихожу в себя. Этот человек приказал искать и навсегда спрятать моего ребенка, возможно, отдать в чужую семью.

Один раз я уже по глупости поверила тому, кто не стоил этого. Во второй раз я не повторю этой ошибки. Я буду умнее, хитрее и злей.

— Ну как? — он нависает надо мной, так и не застегнув рубашку.

Сглатываю слюну, приподнимаясь на локте.

Сафонов кажется дьяволом — чертовски красивый, сильный, помешанный на мести. Мужчина, от которого можно было бы потерять голову, но только не как я и только не сейчас.

Он садится рядом. Матрац прогибается под его мощным телом и пружины, кажется, даже скрипят с жалостью.

Касается моей щеки, но я не могу совладать с собой. Мой первый порыв отстраниться, что я и делаю.

Он усмехается.

— Так кто ты все-таки: шлюха или скромница? — сбрасывает галстук.

Не знаю, что сказать.

Он непринужденно скидывает рубашку. Вальяжно. Как наевшийся мяса тигр. И я могу это понять — он только что почти нагнал добычу. От этого холодеет между лопаток.

— Ни то, ни то, — выдыхаю, когда он касается моей кисти.

Приподнимает мою руку, недолго разглядывает мое кольцо.

— Как ты с ним связалась?

— По молодости.

Усмехается.

— Ошибка?

— Вроде того.

Он рассматривает меня, чуть наклонив голову вбок.

— Пока мне нужна твоя подпись в документах на передачу собственности.

Киваю, думая о том, что если смогу убежать сейчас, не отдавая того, что он просит, нам с Русланом останется на что скрыться.

— Принесу, — олигарх кивает в сторону журнального столика, расположенного у окна.

Я действительно вижу там бумаги и понимаю, что не сумею сопротивляться силе Сафонова. Нужно сделать что-то.

Сафонов встает. Сердце отбивает бешеный ритм под горлом.