Рыжее наказание для плохих мальчиков - Лея Кейн

— Нет, они плотоядные. Укусят так, что ногу придется ампутировать.

— Чего?! — Я попятилась, пока не уперлась лопатками в доспехи одного из близнецов. Другой тем временем постучал в дверь.

— Иган! — позвал он их полевого целителя. — Ты не поверишь, но у тебя новая пациентка.

Дверь тут же распахнулась, и на меня обрушился головокружительный запах сладкой смеси дымов. Перед глазами поплыло от приятного удовольствия, заставившего меня замурчать. От резко накатившей сонливости у меня подкосились ноги, и последнее, что я запомнила, проваливаясь в беспамятство, это небесно-голубые глаза подхватывающего меня в свои объятия мужчины.

Я вновь оказалась на холодном скалистом берегу, где впервые встретилась со Шрайком. Только на сей раз не лежала без способности пошевелиться. Сидела на коленях, обнимая плечи и таращась по сторонам. Семь светящихся в ночном небе планет я насчитала, пока соображала, умерла ли я снова, или это кошмарный сон. Разноцветные, переливающиеся, они манили взгляд и разыгрывали воображение.

— Здес-с-сь красиво, м-м-мр-р-р, — промурчал появившийся из ниоткуда Шрайк. Тот же самый полосатый кошак, но чуть увеличенный в размерах. Красивый, гладкошерстный, важный. Сел возле меня и тоже поднял мордочку к звездам. — Я провел тут двадцать вос-с-семь лет. Немало душ прошло мимо меня. С-с-слабые, с-с-сломленные, подавленные, отказывающиеся мириться со смертью… Ты первая, кто не закатил ис-с-стерику…

— Да ну тебя, — усмехнулась я. — Хочешь сказать, что и мужики истерили?

— О-о-о, — протянул он, плавно обвив хвостом свои лапы, — горькими слезами выли. А с такими хлюпиками ни о чем не договоришься.

— И как происходит этот отбор — кого в рай, кого в ад, кого сюда?

Шрайк заржал. Буквально закатился со смеху. Упал на спину, перевернулся, улегся на бок и, успокоившись, вперил в меня пристальный, магнетический взгляд зеленых глаз.

— Рай, ад… Все это вы и при жизни проходите. После смерти есть только заслуженный покой. Но души умерших по ошибке сначала попадают сюда. Судьба ведь тоже ош-ш-шибается.

— То есть я по ошибке скопытилась? Потому что судьба закатила себе выходной?

— Ты же не хотела идти на то свидание. И не собиралась закручивать роман с тем парнем. Ты даже подумывала с-с-сдаться вашим стражам правопорядка, чтобы проучить маму. Наступила на гвоздь. Но продолжала бежать. Да, Тави, ты погибла по ошибке. У тебя была масса возможностей с-с-спастись…

— Выходит, я сама виновата, — грустно вздохнула я и через плечо покосилась на занывшую пятку. Целая и невредимая, будто и не протыкала ее. — А сейчас почему я здесь?

— Ты потеряла сознание. Это нормально. Ты вернешься в Заан, как только там тебя откачают.

— Тот голубоглазый красавчик? — улыбнулась я, плохо скрывая свою симпатию к тому военному доктору.

Шрайк проурчал, лениво прикрыв глаза.

— Я знаю, что ты подружилась с Ранстором, Анаэлем, Камаэлем. Заинтересовала Герарда, Тартиса и даже Харди.

— Что за Харди? Второй раз слышу это имя.

— Очень голодный мужчина. Готов запрыгнуть на любую особь женского пола.

— А-а-а, — дошло до меня. — Тот озабоченный, что орет: «Отдайте мне бабу»! Он какой-то неадекватный. Впрочем, как и ты! — фыркнула я, разбудив этого задремавшего кошару. — Другого места в Заане не нашлось, чтобы определить меня?!

— Привилегированное войско величайшего монарха Заана — самое подходящее место для возрождения веры в меня. Пока вы доберетесь до побережья Северного Полесья, многие воины станут готовы дать отпор Норлингу. Думаешь, он просто так, из-за обиды отправил их в ссылку? С них берут пример, их боготворят больше, чем меня, им готовы поклоняться. Вот чего побоялся Норлинг. Мятежа. Всеобщего бунта. Революции.

— Используешь меня в качестве оружия? — хмыкнула я. — Я ведь тоже тебя обдурить могу. Забеременею от принца и заполучу новую жизнь.

— Да, я с-с-слышал ваш разговор с Ранстором, — засмеялся Шрайк.

— Так может, подскажешь, кто из тех пятидесяти семи солдат принц Северного Полесья и Озер Ахеса?

— А смысл? — Кот растянулся на камне и положил мордочку на вытянутые лапки. — Он бесплоден, Тави. Ты не сможешь зачать от принца и подарить Норлингу преемника.

Вот же ж… Стиснув зубы, кулаком ударила по камню и зажмурилась. Следовало сразу догадаться, что Ранстор меня использует! Разве может все так легко и просто получиться?!

— Тогда сделай милость, — прошу Шрайка, — подскажи, что мне делать?

— Зажечь в сердцах воинов веру в меня.

— Я не тупая, поняла. Как именно мне это сделать?

Сладко муркнув, котобог прикрыл глаза и сонно просвистел:

— С-с-спи-с-с-с-ними…

В тот момент у меня словно обезьянка перед носом металлическими тарелочками ударила.

Списними… Списними… Что за списними?!

Бам!!!

Бам-бам!!!

Бам-бам-бам!!!

Вздрогнув, резко села в чистой уютной постели и, положив ладонь на грудь, из которой выпрыгивало сердце, вскрикнула:

— Списними!

— С кем? — до моего слуха донесся приятный мужской голос — в меру низкий, с привлекательной хрипотцой.

Я сощурилась, фокусируя зрение на пузырьках и склянках на стеллаже. Принюхалась к сладким травам, дымящимся где-то на столе. Всмотрелась в маленькое окошко, искрящееся в солнечных лучах. И наконец сообразила, что посоветовал мне Шрайк. Он сказал: «Спи с ними!»

— С вами, — ответила ошарашенно и, повернув голову, снова увидела те прекрасные голубые глаза.

— Не возражаю…

Дынного цвета рубашка с подвернутыми до локтя рукавами полетела в сторону, туда же отправился широкий пояс-ремень, а штаны сползли к мужским коленям, открывая моему взору впечатляющую дубину, густую поросль темных завитков внизу живота, с тонкой дорожкой, проходящей вдоль косых мышц.

— Ешкин кот, — выдавила я и лихорадочно сглотнула.

Глаза этого красавчика меня больше не интересовали. Взор был устремлен на покачивающийся член, направленный прямо на меня.

Правильный курс, похвальный боевой настрой, да и исключение таких формальностей, как элементарная прелюдия, поразили меня в хорошем смысле этого слова. Если бы все мои кавалеры так начинали свидания, возможно, мне не было бы с ними скучно. Я же девочка: мне хочется не только цветов, красивых слов и три бутылочки вина, но и тонуса, в котором способен держать только уверенный в себе мужчина.

— Так! Погоди! — Я спрыгнула с кровати и метнулась к стене. Мотнула головой, сгоняя наваждение, и сумела-таки посмотреть Игану в лицо.

Очаровашка. Просто загляденье. Статный Аполлон собственной персоной. Голубоглазый, гладко выбритый, подкачанный. Каждая черта в его внешности, движениях, жестах выдавала в нем аристократа.