Развязанные узлы - Галина Дмитриевна Гончарова

Кто ж ее знает?

На всякий случай, пред побегом Динч несколько дней 'ревела в подушку' табака не пожалела, чтобы глаза покраснели, а лицо опухло.

А потом оттащила на берег свою одежду, ну и предсмертную записку оставила.

Не могу жить в рабстве, лучше умереть...

Вопрос дискуссионный, но не она первая, не она последняя. Бывало и такое.

И забегая вперед, Бема-фрайя ее не искала. Ну, умерла! И что? Массажистку найти всегда можно, и такую, и лучшую, умерла и ладно. Вот Лоренцо...

Ах, Ангел!

Но его-то как раз Бема-фрайя найти и не сумела.

Самого Лоренцо, кстати, перекрасили в темный цвет. Взяли басму, наложили погуще... пару раз черный выходил с зеленоватым отливом, потом получили-таки каштановый.

Все тело тоже пришлось с ней вымыть. Дорога же!

Как-то интересно получится - на голове волосы темные, а там... да, именно там - светлые? Так не бывает! Ладно еще, мужчина блондин, а борода рыжая. Это видели, это случается. Но вот такие 'черно-белые'? Не-ет... такого в природе точно не растет. Так что Лоренцо был вымыт с хной, потом с басмой, в результате чего приобрел своеобразный, но явно смуглый оттенок кожи, и темный цвет растительности на всем теле.

Сейчас он мог спокойно мыться, справлять малую нужду, и не думать, что его разоблачат... правда, на ближайшем постоялом дворе обработку придется повторить.

Блондинов в Арайе мало. Вообще практически нет, почему-то даже если привозят наложниц-блондинок, дети от них получаются черноглазые и черноволосые, смуглые и с характерным арайским разрезом глаз. Сильная кровь - говорят местные жители.

И платят громадные деньги за рабов со светлыми волосами.

Ангела точно не пропустили бы, именно по этой примете. А сейчас...

Самый обычный мужчина, волосы темные, глаза... карие глаза как раз в Арайе встречаются. Обычно темно-карие, но и такие, как у Лоренцо - тоже не редкость. Бывает...

Это в сочетании со светлыми волосами они эффектно смотрятся, а когда волосы темные, кожа смуглая... всем всё ясно. Ничего необыкновенного.

И вот уже вторую декаду караван двигался в сторону гор.

Осуществить свой план Динч решилась только сегодня.

Сначала она расспрашивала Лоренцо о нем самом, о семье, о планах на жизнь. Услышала про Адриенну СибЛевран, увидела подвеску в виде ворона... ух, как же она разозлилась!

Это ЕЕ мужчина! Личный!

А тут какая-то фря титулованная... да как он смел!?

Как она смела?!

Мысль о том, что вообще-то Лоренцо и Адриенна друг друга полюбили, когда Динч и рядом не было, в голову 'умной рыбке' не приходила. Она уже рассчитывала на Лоренцо, она уже включила его в свои планы. И отдавать просто так?!

Вот еще не хватало!

Пару дней она поплакала в подушку, а потом и решилась.

Если Лоренцо кого и не бросит, это мать своего ребенка. Он добрый, он ответственный, заботливый... в самом худшем случае, ей снимут дом и будут навещать. Он ведь не жестокий, ее Ангел. И отобрать ребенка у матери... нет, у него просто рука не поднимется!

Динч сумеет на этом сыграть.

А может, и клин вбить между Лоренцо и его невестой... ну что там свистушки в пятнадцать лет понимают?! У них же все на эмоциях...

Любовь - обман - предательство - ненависть, и все это в истерике, и все это навечно... а она, Динч, умная и опытная, она много чего нахваталась, пока в гареме жила, она обязана справиться. Она борется за достойную жизнь для себя и своих детей. Она же достойна!

Вопрос - почему достойна именно она, ей тоже в голову не приходил. Даже и мимо не пролетал, наверное, испугался, что скушают, как рыбка - комарика. Ам - и крылышек не останется.

И вот, сегодня...

Она решилась, и теперь робко подошла к Лоренцо, протягивая полотенце. Мужчина принял его и улыбнулся. Динч под чадрой перевела дух.

Все. Если не сердится, значит, потом и поймет, и осознает, и полюбит... и вообще!

Никуда мужчина не денется от умной женщины, если та захочет.

Что, у мужчины тоже есть ум?

А вот это не всегда доходит даже до самой умной женщины. За что она и огребает по умной-то головушке. Динч пока тоже была в неведении. А вот как оно будет дальше... кто знает?

Пока караван шел к горам.

Лоренцо понимал, что это небыстро, что дома он окажется хорошо, если к осени, но хоть так! Раньше и надежды на это не было! Домой... он двигался домой.

Адриенна

В этот раз дану СибЛевран столица встречала пасмурной погодой и моросящим противным дождичком. Таким унылым и жутко тоскливым.

Да-да, аккурат под стать настроению самой Адриенны.

А чему тут радоваться?

Она... у нее отнимают не то, что моменты счастья - даже иллюзию свободы! И что будет теперь - Бог весть.

Но столица - столицей. А вот встреча была организована достаточно торжественно.

Если прошлый раз ее не встречал никто, то сейчас его величество решил отправить навстречу Адриенне кортеж во главе с кардиналом Санторо.

Адриенна смотрела на него в полном шоке.

Музыканты, придворные, всадники, которые осыпают кортеж лепестками роз, куча цветов...

И - она.

Они...

Ладно еще, их заранее предупредили, и Адриенна успела привести себя в порядок. Кое-как умылась от дорожной пыли еще на стоянке и переоделась в черное с серебром.

Нет, это не вызов.

Но... вы же хотели Сибеллина?

Вот и получИте! А что пораньше? И такое бывает... это не я к вам рвалась, это вы меня вызвали.

Да и...

Погода такая... выглядеть мокрохвостой кошкой Адриенне не хотелось, а на черной ткани практически не видно пятен. И й этот цвет к лицу, она знает.

Кардинал спешился, поклонился ей и улыбнулся.

Прошлый раз он смотрел на Адриенну, как на мышь, которая упала в кастрюлю с супом, а сейчас?

Как-то странно... может, у него зубы болят? Но спрашивать Адриенна не стала. Вежливо спешилась и поздоровалась.

Кажется, все-таки зубы. А может, и печень.

И чего он так смотрит? Точно... зубы.

***

Кардинал Санторо ждал чего угодно.

Он преотлично помнил дерзкую девчонку, которая смотрела невероятными синими глазищами и даже не думала его бояться. Помнил... так, смутно.

Особенно там ничего интересного и не было, кроме глаз и смелости.

Видели вы вороньего слетка?

Уже не птенец, но и не красивая мощная птица. Так... непонятное нечто. Ни на землю, ни в воздух... не разбери чего поймешь... страшненькое и растрепанное.

А вот сейчас...

Как-то оно само собой так получилось.