Порочные лжецы - Лаура Ли

Она пренебрежительно машет рукой.

— Хватит об этих придурках. Как прошел твой первый официальный день?

Я пожимаю плечами.

— Хорошо, думаю. Я уже могу сказать, что курсовая работа будет намного сложнее, чем в моей старой школе, но я достаточно легко справляюсь.

— Не могу поверить, что у нас нет совместных занятий до последнего урока, — Эйнсли дуется, просматривая мое расписание.

— Да, но мы же не можем это изменить, верно? — я пожимаю плечами.

— Верно, — ее глаза расширяются. — О, черт.

— Что? — я прошу ее передать мне планшет.

Эйнсли морщится.

— Я почти уверена, что мой брат в твоем следующем классе.

Я снова открываю приложение Академии Виндзор и просматриваю свое расписание.

— Литература с Хендерсоном?

Она делает большой глоток газированной воды, прежде чем ответить.

— Ага. Не то чтобы я запомнила его расписание, но я почти уверена, что он в этом классе.

Против своей воли, мои глаза ищут упомянутого брата в другом конце зала. Он смотрел прямо на меня по крайней мере последние десять минут, но я старательно пыталась его игнорировать.

— Отлично, — я растягиваю это слово, а потом откусываю еще кусочек курицы.

— Черт, девочка, продолжай в том же духе, и я, возможно, подумаю о переходе в другую лигу.

Я заканчиваю жевать, прежде чем ответить.

— А?

— Ты только что стонала. Громко, — она смеется, снова заглядывая мне через плечо. — Бентли выглядит так, будто он только что наложил в штаны.

Я оглядываюсь, и, конечно, Бентли смотрит на меня с нескрываемым голодом. Все мое тело вспыхивает, когда мои глаза переходят на Кингстона. Такое ощущение, что между нами существует невидимая связь, потрескивающая от электричества. Я никогда раньше не чувствовала ничего подобного. Он выглядит так, будто хочет поглотить меня, но в то же время он выглядит крайне взбешенным из-за этого. Как бы мне ни было неприятно это признавать, мое тело реагирует. Уф, мне действительно нужно разобраться с этими гормонами.

Я поворачиваюсь обратно и делаю глубокий вдох.

— Нет ни единого шанса, что они просто оставят меня в покое, не так ли?

Эйнсли качает головой.

— Вряд ли. Приготовься, Жас, потому что у меня такое чувство, что скоро здесь будет очень интересно.

4. Кингстон

С этой девочкой будут проблемы.

Когда я впервые услышал, что любимая дочь Чарльза Каллахана переезжает жить к ним, я не стал раздумывать. Зная, что ее мама только что умерла, я предполагал, что она будет кроткой, сломленной маленькой девочкой, которая будет беспрекословно подчиняться. Вместо этого она — свирепое, потрясающее создание, которое кажется мне слишком наблюдательным.

Я слишком долго работал над этим проектом, чтобы сейчас в мой план вкралась ошибка. Неважно, насколько сильно новая девушка напрягает мой член, я не могу позволить этому члену управлять моими действиями. Я годами терпел Пейтон, пытаясь влиться в эту семью. Может, у нас с ней и есть соглашение, что я могу трахаться с кем захочу, но само собой разумеется, что ее новая сводная сестра — исключение из этого правила. Любой человек с половиной мозга может понять, как она угрожает Пейтон, и мне нужно держать Пейтон в узде, чтобы сохранить притворство. Я так близок к тому, чтобы найти улики, необходимые мне, чтобы уничтожить Чарльза Каллахана. Я ни за что не позволю какой-то заднице все разрушить.

— Боже, она такая пустая трата места, — хнычет Пейтон. — Папа даже не хочет, чтобы она жила с нами. Это так очевидно. Мне бы очень хотелось, чтобы он просто позволил ей остаться в системе. Ей здесь не место.

Имоджен, одна из приспешниц Пейтон, надувает губы.

— Бедняжка. Я не могу представить, как можно жить с кем-то таким… нелюдимым. Ты слышала, как она разговаривает? И что за дела с красной помадой посреди дня? Типа, о боже, гетто? Она выглядит как шлюха.

— Я бы точно не отказался, чтобы эта помада размазалась по моему члену, — говорит Бентли.

Я бросаю на него свирепый взгляд, но этот засранец только ухмыляется. Бентли и Рид для меня как братья. Мы настолько синхронизированы, что часто можем читать мысли друг друга. Я уверен, что Бентли знает, что мои мысли сейчас перекликаются с его мыслями.

Уитни, постоянная или непостоянная шлюшка Бента, хмурится.

— Мерзость. Даже не смешно шутить о чем-то подобном.

Его ухмылка становится шире.

— Кто сказал, что я шучу?

Губы Уитни дрожат.

— Детка, прекрати. Люди подумают, что ты серьезно.

Мне приходится бороться с желанием заткнуть уши. Клянусь Христом, у этой цыпочки должен быть рот как у пылесоса, раз Бентли терпит ее гнусавый голос.

— О мой Бог, видел бы ты ее до того, как стилисты моей мамы сделали ей прическу, — Пейтон наклоняется вперед, улыбаясь, как будто у нее есть какая-то пикантная сплетня. — У нее были ярко-фиолетовые мелированные волосы, секущиеся кончики и самая грязная одежда, которую я когда-либо видела. Мне было очень стыдно жить в одном доме с такой дрянью. Представляешь, она отказалась, чтобы ей сегодня сделали прическу и макияж перед школой. Я уверена, что сейчас на ней только эта распутная помада… может быть, тушь. И ее волосы полностью высушены воздухом! Можешь себе представить?

Я сопротивляюсь желанию закатить глаза, когда Имоджен и Уитни ахают. Боже упаси, если кто-то не нанесет утром двадцать слоев косметики и средств для укладки волос.

Пейтон издевательски смеется.

— Думаю, ты можешь забрать девушку из системы, но система, конечно же, никогда не оставит эту девушку.

Мои глаза автоматически следуют за упомянутой девушкой через столовую. Она отвернулась от меня, но, когда я рассматриваю ее темные волосы длиной до пояса, я представляю, как бы они выглядели с оттенком. Горячо, как ад, я полагаю. Бентли снова встречает мой взгляд, и я могу сказать, что он думает о том же.

Даже не думай об этом, предупреждают мои глаза.

Если ты не собираешься это делать, то я точно собираюсь, — отвечают его глаза.

Я хмурюсь, что только заставляет засранца рассмеяться.

— Что смешного, детка? — Уитни проводит ногтями по его предплечью, используя самый противный детский голосок.

— Ничего, детка, — уверяет он ее. — Просто мужские штучки.

Она надувает губы, явно неудовлетворенная таким ответом, но достаточно умная, чтобы не настаивать на большем. Что ж, посмотрите на это: тупую сучку можно научить новым трюкам.

Рид откидывается на спинку стула и похлопывает меня по плечу.

— С ней будут проблемы, мужик?

Рид немногословен, но его интуиция на высоте. Он и Бент знают мой план по уничтожению Чарльза Каллахана. Он чувствует, что появление Жасмин