Смертельные поцелуи - Бренда Джойс

– Сэр, она жила в доме мистера Харта, – заявил он.

– Знаю. Итак, ты понесся на встречу к Дейзи, как она и просила? – повторил вопрос Брэг.

Франческа поспешила подойти к столу и встать рядом с Хартом, несколько обескураженная тем, что Брэг сразу пошел в атаку. Харт продолжал сидеть в расслабленной позе, на лице его не дрогнул ни один мускул.

– Нет, никуда я не понесся. У меня был непростой день, я позволил себе выпить и расслабиться. Потом решил заехать к Дейзи и выяснить, что за дело так ее обеспокоило.

Брэг громко усмехнулся:

– Значит, дела у вас какие-то были?

– Полагаю, ее интересовали финансовые вопросы. – Харт медленно поднялся с места. – Это единственное, что нас связывало. Я продолжал ее содержать – у нас был устный договор, истекающий в середине июля. Тебе же все это известно, так ведь, Рик?

Брэг поднял глаза на брата, потом повернулся к Франческе:

– Мне кажется крайне неверным, едва вернувшись в город, нестись к Дейзи, чтобы оплатить несколько счетов.

– Меня не интересует, что тебе кажется. – Лишь сейчас в голосе Харта почувствовалось раздражение. – Никогда не интересовало и уже не будет интересовать.

Брэг был готов арестовать Харта. Натянуто улыбаясь, он произнес:

– Учитывая тот факт, что убита твоя любовница, думаю, тебе следует интересоваться тем, что я говорю.

Харт зловеще улыбнулся, и на мгновение Франческе показалось, что он сейчас набросится на Брэга с кулаками.

Ей не нравилась враждебность братьев. Она взяла Харта под руку.

– Совершено жестокое убийство, – с нажимом произнесла она. – Ни у одного из вас нет повода вгрызаться друг другу в глотку. Нам необходимо прежде всего найти убийцу Дейзи. Мы должны сделать это в память о ней.

Брэг странно на нее посмотрел и заходил по комнате, ероша рукой волосы.

Выражение лица Харта немного смягчилось.

– Думаю, тебе не стоит и дальше здесь оставаться, – тихо произнес он.

– Разумеется, стоит! – Она не могла признаться ему сейчас, в присутствии Ньюмана и Брэга, в том, что до дрожи переживает, что Харт оказался замешанным в столь неприятной истории. – Если мы поедем домой, то только вместе, – добавила она уже шепотом.

Прежде чем Колдер успел ей возразить, вмешался Рик, определенно сумев взять себя в руки.

– Оставим на время обсуждение вопроса, по какой причине ты сразу поехал к Дейзи. Расскажи мне, что случилось после того, как ты оказался около ее дома.

Харт заметно расслабился.

– Полагаю, я вышел из дому около половины двенадцатого. Добравшись до особняка Дейзи, обратил внимание, что в окнах не горит свет. На мой звонок никто не ответил, что тоже показалось странным. У меня появилось неприятное предчувствие. Толкнул дверь, она оказалась незапертой, и я вошел.

Сердце забилось так, что Франческа с трудом дышала. Очевидное расхождение бросалось в глаза. Харт говорил, что уехал из дому около одиннадцати, а не в половине двенадцатого. Он намеренно дезинформирует Брэга или, как большинство свидетелей, путает незначительные на его взгляд детали? Франческа еще раз подумала о том, что же делал Харт в доме почти целый час, если он уехал в одиннадцать? Не в этом ли причина, по которой он запутывает полицию?

Словно угадав ее мысли, Брэг повернулся к Франческе:

– В котором часу ты приехала к Дейзи?

Она колебалась, прислушиваясь к внутреннему голосу. Лгать Франческа не хотела, но считала себя обязанной защитить Харта.

– Франческа?

– До полуночи, – солгала она и закусила губу. – Полагаю, через несколько минут после Харта. – Она сама не могла поверить, что способна солгать человеку, которого когда-то любила и который до сих пор был ей дорог.

Брэг потер подбородок.

– Колдер?

– Я нашел Дейзи сразу, как приехал. Мне показалось, ее несколько раз ударили ножом в грудь. После такого никто не выживет, поэтому я даже не стал проверять пульс. – Он говорил очень спокойно, словно обсуждал с другом погоду на следующий день, но пальцы, сжимавшие спинку стула, побелели.

Он опустил голову, и по выражению его лица оставалось только догадываться о его состоянии, однако она явственно его чувствовала и понимала, что он расстроен и очень страдает. Вне всяких сомнений, судьба Дейзи была ему небезразлична, а она ревнует, боже, она ревнует, и ей очень больно.

В то же время Франческа хотела каким-то образом облегчить мучения Харта. Он повернулся и поднял на нее глаза. Он пытается уверить ее, что не испытывает ни горя, ни боли в связи с произошедшим.

– Несколько минут я оставался рядом с Дейзи, – продолжал Харт, глядя на Рика. – У меня был шок. Я действительно испытал страшный шок.

Брэг кивнул.

– У тебя на рубашке кровь, – сказал он.

Харт был без пиджака, рукава рубашки были закатаны, галстук съехал на сторону. Жилета он не надел, и его белоснежная сорочка была покрыта засохшими темными пятнами. Колдер рассеянно оглядел себя.

– Ты обнимал ее? – спросил Брэг.

Франческа замерла.

Харт молчал, и она решила, что он вспоминает тот момент, когда обнаружил Дейзи на полу кабинета. Она пожала его руку; кажется, он этого не заметил.

– Я увидел ее, стоя еще у входа. Дверь кабинета была распахнута настежь. Так много крови. Я сразу понял, что ее убили. – Наконец Харт посмотрел на брата. – Но решил проверить, не дышит ли она. Я встал на колени. Она не дышала. – Харт помолчал, затем произнес медленно, словно читал лекцию в университетской аудитории: – Да, я обнял ее.

Франческа отвернулась. Ей казалось, что теперь в грудь вонзили острый нож.

– Продолжай. – Брэг кивнул, словно подчеркивая, что Харт признал свои чувства, о которых все и так знали.

Харт пожал плечами.

– Я подумал, что убийца еще может находиться в доме. Спустившись вниз, я увидел входящую Роуз. На ней не было верхней одежды, определенно она выходила ненадолго. Это показалось мне подозрительным, и я спрятался, чтобы она меня не заметила. Роуз прошла прямо в кабинет. Вид убитой Дейзи не вызвал у нее удивления, но она была в большом смятении.

– Она тебя не заметила?

Харт покачал головой.

– Мы знаем, как Роуз любила Дейзи. Все же ее поведение вызвало у меня подозрения, и я стал обыскивать дом в надежде найти преступника. Когда я закончил разговаривать с дворецким и горничной, приехала Франческа.

– И это было в полночь, – уточнил Брэг.

– Может быть. – Лицо его внезапно сделалось усталым. – Мы закончили?

Франческа не смогла побороть в себе чувство вины за обман, боль ее была слишком велика. Она с трудом перенесла тот факт, что Харт признался, что обнимал Дейзи, скорбя о потере, но в то же время пыталась убедить себя, что он имел на это право. Ведь она беспокоится о Брэге. Если бы с ним что-то случилось, она горевала бы до конца своих дней. Почему же не может признать, что Харт тоже беспокоился о судьбе Дейзи?