Трофей для Альфы врага - Вероника Веритас

— Мне порцию горячего сомбано, а для лэри — изысканный тундук.

— Тундук? — заинтересовалась я. — По названию не похоже, чтобы это блюдо было изысканным.

— В этом месте подают самые лучшие блюда со всех стран континента. И не везде языки так же изящны, как наш. Например, на языке Непали, откуда происходит это необычное блюдо, слово “тундук” означает “живое сердце”. И оно символизирует то, что я собираюсь преподнести вам в дар, лэри.

Я смущённо улыбнулась и кивнула. С опущенными глазами обратилась к человеческому мужчине:

— Принесите мне тундук, будьте любезны.

— Как скажете, лэри, — отозвался тот и поспешно скрылся в здании.

Вокруг было не так уж много посетителей этого восхитительного места. Кроме нас с Ларсоном я смогла заметить только двух мужчин, которые бойко обсуждали свои дела, одинокую женщину в ярко-красном одеянии и такими же ярко накрашенными губами, и ещё одну парочку в чёрном. Девушка при этом была в широкополой шляпе, которая так тщательно скрывала её лицо, что, возможно, даже дедушка взял бы меня в такой на свои деловые встречи.

— Альфа Ларсон, — я решилась завести разговор. Раз уж настолько современный, что не считает необходимым даже жить на земле клана, то, возможно, при нём женщина может и заговорить первой? — Скажите, почему вы решили взять меня в жёны.

Глаза цвета мёда стали хищными. Чуть прищурившись, он усмехнулся, но сразу не ответил, потому что в этот момент подошёл мужчина, который принёс нам напитки в бокалах на тонкой ножке.

Мой спутник взял свой и жестом подбодрил меня взять свой. Я послушалась.

— Потому что я никогда не видел такой смелой и такой красивой женщины, как вы, лэри, — произнёс Ларсон, после чего коснулся краем своего бокала моего. Те издали тонкий хрустальный звук.

Ларсон только успел приложить бокал к губам, но тут в стороне что-то промелькнуло. Я не успела даже ничего понять, как он выпустил бокал из рук и, схватив меня за плечи, повалил нас обоих на пол.

Что произошло?

Я тихо всхлипнула, придавленная к полу массивным телом. Но уже в следующее мгновение оборотень скатился с меня и встал на колени. Выглянув из-за столика, он тихо выругался, после чего повернулся ко мне.

— Оставайся на месте, — приказал он, приправив свой голос интонациями Альфы. Я при всем желании не могла ослушаться и с бешено колотящимся сердцем продолжила лежать. Как беспомощное ничтожество.

Ларсон исчез из поля моего зрения. Неподалеку снова раздался грохот и чьи-то крики. В нос ударил едва уловимый запах дыма и чего-то знакомого, но при этом пугающего. Очень быстро я определила этот аромат, как экстракт чернолиста — растения, которое при всех своих лекарственных свойствах блокировало способность оборотней к обороту. Кто-то специально распылил здесь этот состав, чтобы нейтрализовать нас.

Если кто-то решил напасть на оборотней, то мне вряд ли что-то угрожало, ведь без проявившейся ипостаси я представляла собой не сильно больше, чем человека. К тому же, я не могла просто лежать и ждать, что кто-то придет и причинит мне вред. Перевернувшись на живот, я осторожно поднялась на четвереньки и выглянула из-за стола. Очень вовремя, потому что Ларсон дрался с двумя мужчинами сразу. Он тихо рычал, нанося сокрушительные удары, но его противники уворачивались с какой-то непостижимой скоростью.

Рубашка моего спутника оказалась порвана, и сквозь прорехи выглядывала покрытая кровью кожа.

Бой явно был неравным. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы определить в противниках Ларсона вампиров. Эти клыкастые твари всегда были нашими кровными врагами. Но каким образом они смогли проникнуть в Лимерию? Территория оборотней всегда была закрыта для них.

Приподнявшись еще немного, я поискала взглядом Карлоса. И как только мой поиск увенчался успехом, с моих губ сорвался приглушенный вскрик. Мой брат лежал под столиком, который занимал до нападения, лицом вниз и не подавал никаких признаков жизни.

И как я в этой ситуации могла остаться равнодушной?

На крыше были еще вампиры. Пока что они не обращали на меня внимания, сражаясь с охраной альфы Ларсона, которая появилась неизвестно откуда. Как я поняла, что это именно его солдаты? По одинаковым шевронам на одежде, где был изображен волк на фоне алой луны. Когда и как Ларсон смог позвать их, мне было неведомо, но радовалась, что он смог это сделать.

В зале было больше посетителей, чем мне изначально показалось, и теперь все они хаотично перемещались между столиками, давая отпор вампирам. Один из клыкастых, что стоял неподалеку, пристально уставился на меня, и его губы искривились в предвкушающей усмешке. Я успела только вскрикнуть, когда он молниеносно переместился ко мне и схватил за волосы.

— Ларсон! — вскрикнула я, пытаясь вырваться. Мои ногти впились в кожу вампира, который меня удерживал, и он усилил свою хватку. Кожу на затылке стянуло, и из глаз непроизвольно брызнули слезы.

Почему мой альфа не добил своих врагов и не бросился немедленно спасать меня? Ведь я не могла за себя постоять. Что, если этот вампир покусится на мою девичью честь? Он и так уже осквернил меня своим прикосновением, и мне придется провести ночь в храме Серой Матери, чтобы очиститься.

— Ларсон! — закричала я еще громче, когда меня потащили прочь.

Прямо по полу!

Я пыталась зацепиться руками за стулья, но они падали, не давая мне опоры. А Карлос, которого теперь было видно полностью, кажется, пошевелился. На миг меня затопило облегчение, что он жив, но я все еще была в смертельной опасности.

Что им надо?

Почему они напали на нас?

Еще и в Лимерии. Кто пустил их сюда?

Ларсон возник внезапно. С неотвратимостью смерти он отшвырнул от меня вампира, как будто тот был лишь тряпичной куклой, и рывком поставил меня на ноги.

— Ты в порядке? — спросил он, с беспокойством глядя мне в глаза.

На его скуле была ссадина, из которой сочилась кровь.

— В порядке? — взвизгнула я, оглядывая свой безнадежно испорченный наряд. — Вы издеваетесь, альфа?

— Вы ранены? — взгляд оборотня стал хищным, как будто он собрался немедленно порвать на куски уцелевших вампиров. Беглого взгляда по сторонам хватило, чтобы понять — мы успешно отразили нападение. Все кровососы были либо мертвы, либо надежно скручены.

— Нет, — раздраженно выдохнула я. — Но наше свидание безнадежно испорчено. В курсе ли вы, альфа Ларсон, что это дурной знак?

— Дурной знак?

Он что, действительно не понял?

Все это было знаком. Сигналом свыше, что у нас нет будущего.

— Вы подвергли меня опасности, — немного сбавив тон, сказала я. Оборотень, вкусивший крови, был агрессивен,