Чудная для волшебника - Екатерина Лапицкая

Чего это с ним? Где шутки? Где весёлое настроение? Почему вдруг стал добрым, но грустным? В какой момент все пошло не так? Я даже не заметила этой резкой смены настроения.

Ладно. Чего уж там. Его право ведь. Мне переживать нечего. Помогает и хорошо.

Убедив себя в этом, я отбросила эти мысли.

Мы подошли к нужным дверям и он открыл их, пропуская меня первой.

Ну-ну, джентльмен недоделанный.

Мне хотелось хихикнуть, но я этого не сделала. Не оценит ведь. Даже как-то не весело.

Почему грустит он, а уныло мне?

Не могу себя вести как обычно. Как будто не комфортно самой. Как будто сейчас я — это не я.

Когда он зашёл внутрь и также молча пошёл к своим вещам, видимо нужным для какого-то ритуала, я поняла, что не нужно сейчас всего этого ни мне, ни ему.

Да, ритуалы мне важны.

Да, я за этим здесь.

И да, он обещал.

Но как я могу нормально наблюдать, запоминать и вообще что-то делать, когда в таком настроении?

Я остановила его:

— Не надо. Обойдёмся без ритуалов сегодня. Я пойду к себе. Устала.

И совсем не дожидаясь ответа, направилась в обратную сторону. Хотела уже открыть дверь и выйти из лаборатории, но мне не позволили.

Миллениум схватил меня за руку, разворачивая лицом к себе.

Взглянул в мои глаза. Как-то иначе, глубоко. Словно пытался заглянуть дальше. Что-то увидеть, прочесть, понять для себя.

Я на несколько секунд растерялась. Не понимала, что с ним и чего добивается.

Но этих нескольких секунд ему вполне хватило.

Он, не размышляя, не спрашивая, а уж тем более ничего не говоря, накрыл мои губы своими. Одной рукой все также держал за руку, другой же придерживал за талию и прижимал к себе.

Этот поцелуй не был таким неосознанным, как первый.

Сейчас, он как будто понимал, что делает. Готовился к этому и решался.

Он умело сминал мои губы. После чего вовлекая в этот поцелуй язык.

Я была удивлена, потрясена, не понимала, не осознавала, а оттого даже не сопротивлялась.

Почему? Почему он снова поцеловал меня? Он же сказал ещё тогда, что я не интересна ему. Просил забыть об этом меня. А в итоге сам и не забыл? И даже повторил.

Меня терзали вопросы. И я не могла добраться до ответов.

Он ведь был холоден со мной весь вечер. Так почему сейчас не отпустил? Задержал.

Я не понимала и себя. Нельзя ведь, нельзя. Я уйду отсюда. Самой себе сделаю хуже. Потом будет больно. Разве это мне нужно?

Не я ли говорила о том, что ритуалы и магия — самое важное в моей жизни. Так почему я начинаю привязываться к этому человеку?

Не я ли говорила, что пожертвую всем, даже чувствами своими, ради того, чтобы стать сильнейшей ведьмой?

И не я ли, в конце концов, говорила о том, что люблю Артемушку?

Неужели в тот раз я все же сказала правду Миллениуму, о которой и сама не догадывалась? Не ужели я не любила его никогда всерьёз?

Тогда что такое любовь? То, что сейчас происходит со мной и с этим недоволшебником?

Нет-нет! Не должна я поддаваться. И он не должен.

Каждый из нас знает чем все это закончится.

Собрав всю свою волю, я отстранилась. Ничего не сказав, и даже не посмотрев в его сторону, выскочила из лаборатории и побежала в свою комнату.

Он не следовал за мной. И от этого стало легче. Ну не знаю я, что ему говорить, как объяснять.

Не хочу я сейчас всех этих разговоров.

Да и думаю, ему тоже нужно подумать обо всем. Всё слишком быстро и не вовремя. И мы не подходим друг другу.

Я ворвалась в свою комнату, закрывая дверь на замок и осела на пол.

Как быть? Что делать дальше? Как вести себя с ним?

Ответов не было. Как и предложений.

Думаю, просидела я долго в таком положении.

В голову приходила лишь одна мысль. Мне нужно уйти. Как можно быстрее. Но как? Мне ведь сказали чётко и ясно, что сейчас не могу. Нужно время для ритуала.

Как было бы хорошо сейчас оказаться дома и про все забыть…

Не должна я быть такой слабой, не должна.

Где прошлая Элис? Сильная и уверенная в себе ведьма?

Почему, как только я оказалась здесь, все пошло наперекосяк. Меня будто подменили. Я не узнавала себя же.

Для подтверждения своих же слов, я встала и подошла к зеркалу.

На меня смотрел моё отражение. Но даже оно было иным. Как будто по ту сторону кто-то усмехался надо мной.

Говорил:

— Посмотри какой ты стала. Ты слабая. Ты не можешь держать все под контролем. Ты слабая, слабая, слабая.

И так по кругу. Множество раз.

Этот голос сводил с ума.

Мне пришлось даже закрыть уши руками. Но не помогло, голос шёл будто изнутри меня. И становился все громче, настойчивее. И все твердил одну лишь фразу из двух слов.

Я не могла этого терпеть, а потому пришлось прибегнуть к помощи.

Начертив на полу круг, я взяла несколько предметов, которые нашла в своей комнате, и которые были схожи с предметами моего мира и стала зачитывать слова, которые должны были помочь.

Суть этого ритуала заключалась в том, чтобы поговорить с мёртвыми. Мне сейчас просто не хватало разговора с бабкой. Мне нужны ответы. Мне нужно понять, разобраться во всем.

Я понимала, что таким ритуалом я потрачу все свои силы и ближайшие сутки не могу их восстановить. И также понимала, что много не услышу. Но хоть что-то.

Но ведь не успокоюсь сама. Мне нужна поддержка. А с кем я могу ещё связаться, если не с ней? Даже с родителями не могу. Да и они вряд ли бы даже поняли меня.

Я постаралась сосредоточиться. Чтобы не вышло все боком, как бывало это часто. Выбросила все мысли из головы. Оставила лишь образ бабушки.

И каково же было моё облегчение, когда мне удалось. Я почувствовала её присутствие в этой комнате. Но и не только её. Другие мёртвые бродили здесь как у себя дома. Я ведь открыла ту самую грань между мирами. И понимала, как это опасно. Но мне это нужно. Я недолго и потом закрою все.

Так я успокаивала сама себя.

Но отвлек меня шёпот бабки:

— Рада видеть тебя,