Там, за зорями - Оксана Хващевская

Парень улыбнулся и, засунув руки в карманы джинсов, двинулся дальше.

Мама и тетя Люда, конечно, вставили своим мужчинам как следует, потом накормили завтраком, чтобы задобрить, налили но сто грамм и, всучив лопаты, определили на день фронт работы.

А Влача и Аня взяли грабли и метлы и отправились на улицу, где и работали до самого обеда. А после отправились в сад, который разделяла разбитая дорожка, ведущая от калитки к крыльцу парадного входа. По одну сторону от нее, под окнами, цвели тюльпаны и нарциссы. По другую — в хаотичном порядке росли старые фруктовые деревья, а между ними буйствовали кусты черной и красной смородины, крыжовника, а ближе к огороду бабы Мулихи — и малинника.

Посреди сада когда-то дед соорудил железную конструкцию в виде беседки, которую оплетал, виноград, а внутри нее стояли старый стол и деревянные лавки. Когда-то покойный дед Витя любил здесь, укрывшись от бабушки, накачиваться водкой и нередко прямо на лавочке и засыпал.

Злата тоже любила сидеть здесь жаркими летними днями, укрывшись в тени и прохладе виноградника. Сочные, как будто солнечным светом налитые, гроздья свисали сверху и так и просились в руки. Потом, после смерти деда, Злата часто засиживалась здесь с бабушкой по вечерам, и частенько к ним присоединялись подруги бабы Сони…

Вооружившись большими садовыми ножницами, Полянская принялась обрезать сухие виноградные лозы, представляя, как будет здесь сиживать с ноутбуком летом, работая над романом. Анька поковырялась немного в цветах и отправилась в дом, и до Златы скоро донеслись звуки работающего телевизора. Впрочем, девушка не особенно расстроилась по этому поводу, работала себе потихоньку, предаваясь собственным мыслям и мечтам. Иногда, правда, посматривала на бревенчатые стены соседнего дома и сердце начинало учащенно биться в груди…

Вечером, после ужина, пана и дядя Коля вышли на улицу и, разместившись на лавочке, решили культурно отдохнуть. Разожгли костер, разложили на лавочке кое-что из еды, поставили бутылку самогонки, которую женщины выдали им в конце дня за плодотворный труд на огороде, затянулись сигареткой и, поддавшись волшебному очарованию апрельского вечера, пустились в воспоминания…

— Колян, а каким ветром тебя занесло в Горновку? — спросил Юрий Полянский.

— Как это, каким? Тем же, что и тебя! Людку встретил!

— Э… нет! Меня как раз сюда на нефтяные вышки работать отправили! Эх, славное было время, правда, нефтяники тогда еще только становились самой высокооплачиваемой профессией и самой престижной… Мы тогда в общежитии жили, в том старом, что еще для торфзавода строили. Днем пашем, а вечером марафет наведем — и на деревню… Здесь же, в Горновке, девок много было, а хлопцев — дефицит. А тут мы приходим — парни городские, нефтяники…

— А тут хлопцы из Погулянки, — перебила его мама, выходя со двора с двумя рюмочками, а за ней и тетя Люда с двумя табуретками.

3лата с Аней, которые сидели у костра и развлекались тем, что сжигали в огне сухие веточки, переглянувшись заулыбались.

— У них там была обратная ситуация: хлопцы были, а девок мало, вот они к нам и ходили. У нас даже пары были распределены, а тут какие-то нефтяники… Ох они им тогда и дали! Бежали эти нефтяники до самого своего общежития без оглядки. И потом долго не появлялись в Горновке!

— И что? — спросила Злата. — Больше нефтяники в деревню не заглядывали? Мам, ты что, потом сама к папе на свидание бегала?

— Вот еще? Нужен он мне был! У меня романс одним парнем был! Я Юрку в упор не замечала, а он на меня глаз положил когда мы с подружками приходили на торфзавод. Там ведь раньше целое поселение было. Болота осушали и делали торф, люди работали и жили в бараках, и крестная наша с Людой там жили и магазин большой у них был…

— Но я все равно отбил тебя у кавалера твоего? — гордо сообщил Юрий Полянский.

— Отбил! — не без некоторой горечи согласилась Лена Викторовна, но мужчина не пожелал ее услышать по своему обыкновению пропускал многое мимо ушей.

— Люд, я не понял, а че это вы за рюмки принесли? — вклинился в разговор Колян, которого уже несколько минут интересовало только это.

— Выпивать с вами будем — заявила Людмила Викторовна.

— А что? Что-то я не вижу вашу выпивку? Не-е-е, так дело не пойдет! Вы со своим приходите! Это наше с Юриком честно заработанное!

— Я тебе сейчас как дам со своим! — грозно сказала Люда и сама налила себе и сестре по пятьдесят грамм. — Девчонки, может, и вы с нами понемножку?

— Нет! — поспешно отказалась Злата.

— Могли бы и выпить! — шикнула ей Анька.

— Я такое не пью!

Через секунду родственница снова толкнула ее в бок.

— 3латка, смотри! Уж не тот ли парень, что вчера по деревне гулял?

Злата вообще-то хотела ответить Аньке тем же, но услышав про парня передумала и стремительно поднялась на ноги.

— Лешка! — окликнула она Блотского, а это, конечно, был он. — Лешка, иди сюда. Присоединяйся к нам!

И обернулась к Ане. Та в полном обалдении переводила взгляд с парня на Злату и обратно.

— Рот закрой, а то еще искра влетит ненароком! — едва сдерживая смех шепнула ей Злата.

Глава 3

А утром, eщe до зари, Злата выбралась из постели, быстренько оделась, заплела волосы в косу и, плеснув в лицо холодной воды, выскользнула из дома, где после вчерашних посиделок все мирно спали.

Серебристый свет раннего утра разливался вокруг, а на восходе за лесом розовели облака. Деревня еще спала, время близилось к шести, и только щебет птиц нарушал царившую кругом тишину, да кукушка в лесу отсчитывала кому-то года. После ночи на улице было прохладно, и Полянская не пожалела, что захватила с собой куртку. Она быстро шла через вскопанный огород то и дело посматривая по сторонам.

Лешу она заметила не сразу, только когда уже подошла к копанке. Он сидел на корточках у самой воды и что-то внимательно там рассматривал.

— Доброе утро! — поздоровалась с ним девушка. — Я уж думала, после вчерашних посиделок ты не придешь! Мои дома спят непробудным сном.

— Доброе утро. Мы же договорились встретиться. Я не мог не прийти, правда, спать хотелось жутко!

— Мне тоже! Так что после прогулки пойдем к нам пить кофе, я приглашаю. Можем даже позавтракать вместе, надеюсь, к тому времени мои родственники встанут и приготовят