Этот огонь - мой - Мира Айрон

— Видимо, супруга, вряд ли сам захочет контролировать установку штор? — Вера пила белый чай, откинувшись на спинку дивана. Они с Анастасией смотрели, как Слава устанавливает гардину. Кудрявый Слава был очень хорош, но женат на администраторе их салона, Маше.

— Нет, сам брат будет. У него нет жены, он вдовец. Один воспитывает дочку десяти лет.

— О боже, простите! Примите соболезнования, — Вера расстроилась.

Теперь понятно, почему детская комната больше похожа на комнату для девочки — подростка, а не на комнату для будущего малыша.

— Давняя история, больше восьми лет прошло, — продолжила Анастасия, деловито разливая чай. — Мой муж, Серёжа, брата лучший друг, с детства не разлей вода, и фирма общая, и даже вот квартиры купили в одном доме. И овдовели одновременно.

— Ужас, — Вера покачала головой.

— Их жёны поехали кататься с приезжими любовниками, а машина провалилась в реку, под лёд. Брат более-менее перенёс, а мой Серёжа даже от депрессии лечился. Но ничего, я выросла, и вернула его к жизни!

— Вы молодец! Пусть у вас всё будет очень-очень хорошо!

— Уверена, что будет, первенца вот ждём. Мальчика. У вас есть дети?

— Да, — кивнула Вера. — Сын, десять лет. Осенью будет одиннадцать.

— Музыку послушаем? — спросила Анастасия. — У братишки стереосистема супер!

— Давайте.

Анастасия взяла пульт, нажала кнопку.

Услышав первые аккорды, Вера остро пожалела, что согласилась на музыку. Это была та самая песня про метель из фильма "Ирония судьбы. Продолжение".

Вера поднялась и подошла к Славе, глядя на его работу снизу вверх. Слёзы благополучно утекли.

Вернулась обратно на диван.

После этой песни началась другая — "С любимыми не расставайтесь" на стихи Александра Кочеткова. Вера поняла, что если она продержалась первую песню, то вторая её добьёт.

— Ну брооооо, — нарочно гнусавым голосом протянула Анастасия, — что за репертуар! Решил беременную сестру в депрессию вогнать!

Анастасия выключила стереосистему, и включила музыкальный канал на большом экране, висящем на стене.

Вера вздохнула с облегчением.

…"Как это работает?!" — в отчаянии думала Вера, натянув очки в чёрной оправе и глядя на их заказчика. Того самого брата Анастасии, загорелого, вернувшегося из отпуска. Егор Николаевич собственной персоной.

"Как? Как это работает? Ты не видишься с человеком больше одиннадцати лет, а потом внезапно начинаешь натыкаться на него на каждом шагу?!".

Судьба решила испытать Веру на прочность. Что ж, и не такое проходили.

Слава стоял на стремянке в гостиной, где было самое большое окно. За один раз они это окно не закончат.

Вера старалась держаться подальше от заказчика, вставать или садиться в тени, говорить как можно меньше.

Сегодня Егор "принял" уже готовую к этому времени работу: шторы в кабинете, спальне и комнате для девочки-подростка. Его всё устроило.

Сейчас делали гостиную, и оставалась кухня, но там намного проще уже. Там уже есть жалюзи, и будет только короткая вуаль.

Осмотрев всё, Егор устроился на диване в гостиной, открыл ноутбук.

Вера сидела на стуле около Славы и пыталась усвоить и переварить всю обрушившуюся на неё информацию.

Первое. Она пила чай со своей любимой Настей, и они не узнали друг друга. Хотя это было не удивительно: обе очень изменились. Зато понятно, почему им так легко было вместе, общение складывалось. Настя стала женой Сергея. Вера помнила его плохо, видела всего пару раз. Интересно, в рыжий Настя перекрасилась почему? Сергею нравятся рыжие, в этом дело?

Второе. Егор овдовел более восьми лет назад. И если верить Насте, один растит дочь.

Вскоре дочь позвонила ему, и Вера поняла из разговора, что девочка после возвращения из отпуска гостит у бабушки с дедом, а потом собирается гостить ещё у второй бабушки. Видимо, матери Кристины. Вера чувствовала себя так, будто она подглядывает в замочную скважину. Но она же не виновата в сложившейся ситуации!

Отставив ноутбук, Егор поднялся и пошёл к книжному шкафу, открыл небольшую дверцу, достал какие-то документы. Отошёл к дивану, остановился, словно задумавшись, вернулся к шкафу и вновь открыл дверцу. Постоял, посмотрел, потом порылся в шкафу.

— Здесь должна быть чёрная бархатная шкатулка, — вслух сказал он. — Её нет.

Так. Началось. Вера со Славой переглянулись. Слишком хорошо шёл этот заказ до сих пор, да. Не может быть всё так гладко.

Егор смотрел на них. Они смотрели на Егора.

— Хорошо проверили? Точно нет? — обречённо спросила Вера.

— Абсолютно точно нет. В шкатулке семейные драгоценности, доставшиеся моей дочке от матери и прабабушек. Нужно найти. Иначе придётся полицию вызывать.

— Ищите, — сказала Вера.

— Нет, а что сразу на нас-то смотреть?! — возмутился Слава. — У нашей фирмы репутация, между прочим! У нас не работают воры!

— А на кого мне ещё смотреть? Тут больше не было никого из чужих.

— Вы уезжали. Может, воры залезли? — не сдавался Слава.

— Тут всё на сигнализации, — задумчиво ответил Егор. — Это исключено.

— Презумпция невиновности? Не, не слышали, — сказал Слава, обращаясь к Вере.

— Не хотите прежде, чем обращаться в полицию, позвонить сестре? Она вас замещала, пока вы были в отъезде. Может, она знает, где шкатулка? — подсказала Вера.

— Точно, — пробормотал Егор и взял смартфон со столика. — Настюха, ты не видела шкатулку Алины? Не могу найти.

Он молча слушал, и по его лицу Вера поняла, что угодила в точку. Они опять переглянулись со Славой. Тот тоже всё понял.

— Извините меня, пожалуйста! — обратился к ним Егор, нажав отбой. — За ситуацию и за поспешные выводы.

— Бывает, — усмехнулся Слава. — Это издержки нашей работы.

Вера смотрела на Егора, и неожиданно он виновато посмотрел на неё.

Егор не мог отделаться от мысли, что знаком с этой Вероникой. Где-то он встречался с ней.

Раздался звонок, и Егор вышел. Вернулся с Настей, которая несла в руках шкатулку.

— Простите меня все,