Мажор. Игра в любовь - Блю Рэй

— Если честно, — снова улыбаюсь, нежно глядя в голубые глаза, наполненные смущением. — Я в одностороннем порядке бегаю за Кирой.

И под романтичные вздохи окружающих хватаюсь за якобы разбитое сердце.

На Киру обрушивается шквал вопросов. Конечно, она пытается всё отрицать, но никто даже не слышит ее оправданий. Я снова приближаюсь к ней и говорю, пока она не успела убежать:

— Я ведь приходил увидеться с тобой на днях, — кивает в ответ, подтверждая мои слова. — А ты меня так резко отправила домой. Поэтому я готов повторить своё предложение, — Кира нервно икает, предчувствуя неладное. — Давай поженимся!

Кира пыхтит от накопившихся эмоций, но дар речи к ней всё ещё не возвращается. Тычет в меня пальцем, чтобы начать свою череду ругательств, но я перехватываю ее руку и сладко целую пальчики под общее восхищение присутствующих. Теперь ты точно не отвертишься, кошечка.

— Я буду хорошо заботиться о тебе. Так что прекращай скитаться и осядь со мной, — резко тяну ее на себя, мы встаем из-за стола.

Кира оказывается в моих крепких объятиях. Думал, начнет брыкаться, но, видимо, не веря во всё происходящее, даже не пытается. Приобнимаю ее за тонкую талию и в таком виде выходим из банкетного зала в холл.

Ну что ж, счастье не могло длиться долго. Как только мы остаемся наедине, она приходит в себя, и я чувствую резкий удар в под дых.

— Что за! Что за чушь ты говорил перед моими друзьями? — кажется, привычная Кира возвращается.

Оттолкнув меня как можно дальше, расставляет ноги на ширине плеч и готовится в любой момент напасть, как будто я ей угрожаю. А ведь всё совсем наоборот. Помог, называется…

— Ты! — сильным нажимом тыкаю указательным пальцем ей в лоб. — Устраиваешь ссору после того, как я тебе помог.

Отшатывается от моего недоудара, но на ногах стоит.

— А кто тебя просил помогать?! — потирает лоб хмурясь.

— Я не думаю, что тебе стоит говорить такое, — спокойно ей отвечаю.

Неужели она так и не понимает, в какой ситуации находится?

Я до сих пор помню тихие разговоры тех детей в школе за моей спиной. Их взоры, оглядывающие меня с головы до пят. Хотя именно благодаря той ситуации я и научился не обращать внимания на окружающих. Слухи всегда будут крутиться вокруг меня, как, впрочем, вокруг любого человека.

— Ты помогла мне однажды, но разве я просил об этом?

Шестеренки в голове Киры активно крутятся, и она, наконец, понимает смысл моих слов. Вспоминает наше прошлое.

— Так и думала. Ты не хотел мне помогать. Верно?

7. Кира

Вот значит, как будет выглядеть его месть! Изводить меня медленно и верно.

Устало вздыхаю, совершенно не знаю, что мне теперь делать.

— Теперь ясно, чего ты добивался! И ради этого ты устроил такой спектакль?

— Кажется, ты стала умнее… — Вадим хмыкает и задумчиво смотрит мимо меня. — Так даже лучше!

— Что! — срываюсь на крик. — Ты чокнутый!

Кидаюсь на него и, невзирая на разницу в росте, пытаюсь попасть по его самодовольной физиономии. Но он стоит, лениво уклоняется от моих ударов. В итоге я кручусь, как щенок какой-то вокруг своей оси в погоне за хвостом. В очередной попытке задеть противника, подворачиваю ногу и чувствую, как лечу вниз. Твою ж то…

Зажмуриваю глаза и готовлюсь к удару о ледяной пол, но вместо этого чувствую крепкую мужскую руку на своей талии.

— Какая ты неуклюжая, — констатирует Вадим и одним легким движением ставит меня прямо. — Как ты до сих пор не разбила свою головушку, — убирает руки в карман брюк и разворачивается к выходу. Смотрю удивленно на удаляющуюся фигуру. Вадим машет мне рукой, даже не повернувшись, и говорит: — Давай перекусим.

Кричу ему вслед всё, что думаю о его намеках на мои умственные способности, но покорно бегу следом. Понимаю, что, вроде, как должна поблагодарить его за всё, но язык вот совсем не хочет поворачиваться в этом направлении. Хотя должна признать — когда она поймал меня на лету всего одной рукой, то выглядел в этот момент таким романтичным, и мне на долю секунд показалось, что у него есть чувства ко мне. Ведь предлагать брак человеку, которого ненавидишь как-то странно. Понимаю, глупо, но я реалистка и прекрасно вижу, что он выглядит роскошно: красивое лицо и накаченное тело. Меня переполняют противоречивые чувства к этому человеку. Характер вот только подкачал…

— Эй! — кричу ему вдогонку. — Я собираюсь поесть что-нибудь дорогое! И пить буду недешевый алкоголь!

— Да, да, — опять отмахивается, не сбавляя шаг.

Садимся в черный автомобиль, ну конечно, дорогой. В марках я не разбираюсь, но вот вид в салоне — сплошь крик о роскоши: кожаные сиденья, видеорегистратор, электронная панель управления с большим экраном, закрепленным спереди. Да кто бы сомневался, он же все-таки какой-то там гендиректор. Ворчу и пристегиваюсь, яростно щелкая ремнем безопасности.

— Чего ты хочешь поесть? — спрашивает Вадим и заглядывает в навигатор.

— Что? — не верю своим ушам, он действительно спрашивает моего мнения? — На твой выбор. Ты же платишь.

— Хм, — задумывается ненадолго. — Так как ты любишь мясо, то давай найдем место, где подают отличные стейки.

Как то всё это подозрительно. Ну не может быть такой человек как Филёв учтивым и заботливым. Выберу тогда самый дорогой стейк из мраморной говядины. Так ему и надо!

Не успеваем толком отъехать с парковки, как у Вадима звонит телефон. Он тут же напрягается и хмурится. Что же могло заставить беспокоится такого холодного человека? От любопытства прислушиваюсь к разговору.

— Да, слушаю, — на том конце отдаленно слышу мужской голос. Вадим останавливается на красном и отвечает: — В центре. Что-то случилось?

Его взгляд резко меняется. Он отбрасывает телефон и с визгом от шин разворачивает машину на перекрестки под сигналы остальных водителей. Жмёт на газ со всей дури, отчего я вжимаюсь в кресло.

— Ты что делаешь! Почему ты развернулся! — кричу, держась за ручку автомобиля. — Что не так с твоим лицом? Что произошло? Куда мы едем?

— Моя бабушка потеряла сознание, — отвечает, наконец, на мои расспросы Вадим и резко выруливает на очередном перекрёстке, подрезав красный седан.

Я знаю, что Вадим не решился бы мне помочь от чистого сердца несколько лет назад. Но в чём я уверена точно: за этим стояла бабушка Филёва. Я всегда думала о том, чтобы поблагодарить ее, если у меня будет возможность…

— Чего так медленно! — кричу на Вадима