Фима и всё. Том 1 - Анна Гращенко

— Так, меня зовут Светик, а тебе надо заполнить вот это, это и это, — перед Фимой решительно росла стопка документов. — Потом ещё вот тут подпиши и тут, а вот это, — она бухнула поверх остальных бумаг толстую, страниц в сто, папку с потёртой обложкой, — прочитай и после этого подпиши вот тут. Когда закончишь, отнеси научному руководителю всё, где есть красные закладки. Он тоже должен будет подписать.

Фима взглянула на документы и оценила количество красных стикеров: они были примерно везде.

— Ой, чуть не забыла про положения о конфиденциальности и соглашение на неразглашение информации, — всплеснула руками Светик и бахнула перед Арифметикой ещё две объёмных папки на кольцах.

На этом зрительный контакт девушек прервался: между ними выросла неприступная целлюлозная стена.

— У меня же весь день на это уйдёт, — пискнула Фима, выглянув из-за стопки бумаг.

— Тем лучше, — улыбнулась Светик, тоже перевесившись через край стола. — День же оплачиваемый.

— Но, как же… — растеряно забормотала девушка. — Научная работа, эксперименты…

— Вот тебе первая научная работа, — закатила глаза сотрудница эйчар. — Насколько снизится скорость чтения и подписывания с учётом падения мотивации прямо пропорционально отсиживанию пятой точки в кабинете без кондиционера.

— Так не жарко же, — подняла брови Фима.

— И это благоприятный фактор, — Светик улыбнулась и поучительно помахала пальцем. — И вообще, раньше начнёшь, раньше закончишь.

Арифметика сглотнула, и мысленно уговорила себя не расстраиваться раньше времени. Читает она быстро, ну сколько это может занять? Управится за пару часов, а потом начнётся, наконец, её настоящий научный путь. Она оглядела стол Светика в поисках ручки.

— Эй нет, — девушка прикрыла ладонью стаканчик с канцелярскими принадлежностями. — Лучше сразу за свой стол иди, а то мы с тобой будем нервировать друг друга.

— А где мой стол?

— В кабинете твоего научрука, алло, — отмахнулась Светик, но через секунду снова выглянула из-за стопки. — И ты, конечно же, понятия не имеешь, где он, — она покачала головой и потёрла переносицу. — А я тебя завалила бумажками и нахамила сверху. Извини.

— Всё хорошо, — Фима тоже вынырнула из-за баррикад.

— Так, кто у тебя, — Светик исчезла на одно мгновение, чтобы в другое громко хрюкнуть, спрятавшись за монитором. — Игнат Афанасич. Не фортануло так не фортануло.

— Это ещё почему? Я к нему и хотела! — Фима вскочила с места, готовая защищать своего научного кумира.

— Тогда фортануло, — пожала плечами Светик. — Короче, сейчас из нашего кабинета налево, до кулера. Оттуда иди через мост в другой корпус, там в конце коридора увидишь лестницу. Лифт тоже увидишь, но он тебе не подойдёт, тебе надо выше на два пролёта. А дальше уже иди по запаху, у Подгорского вечно что-то подгорает.

— Кулер, мост, лестница, — повторяла Фима себе под нос. — Погодите, а что за мост?

— Да там увидишь, — Светик уже погрузилась в другие кипы крайне важных документов.

Фима вздохнула, постаравшись сделать это потише, чтобы не выглядеть слишком жалкой. Подхватила документы и какое-то время приноравливалась: стопка оказалась выше уровня её глаз и полностью закрывала обзор. Девушка могла осторожно выглядывать справа и слева, но только стоя на месте. С первым же шагом она ощутила, насколько нестабильная конструкция находилась у неё в руках.

— Кулер, мост, лестница, не лифт, 2 пролёта, дальше по запаху, — бубнила она, медленно продвигаясь по коридору. Зловещая табличка осталась позади, а ощущение того, насколько она подходила к тому месту, не проходило.

Сделав шагов десять, Фима осторожно выглянула: коридор тянется дальше, кулер ещё маленький-маленький далеко впереди. Отлично, значит, продолжаем движение. Спустя ещё десять шагов, она повторила свой манёвр и вновь удовлетворённо отметила, что идёт в нужную сторону и ни в кого не врезалась. Кулер вырос, навскидку Фима решила, что до него шагов двадцать, которые можно преодолеть без остановок.

«Ну вот, всё налаживается», — успокоила Фима себя мысленно.

И тут же налетела на что-то большое и жёсткое.

— Бесы, — с чувством сказала она, выделив букву «Б», — глазомер вышел из чата.

— Эй, кто это там? — послышался насмешливый мужской голос. Кто-то постучал по верхушке стопки. — Давай помогу.

Но Фиме помощь была не нужна. Не-е-ет, ей надо было провалиться сквозь бетон и перекрытия, чтобы «что-то большое и крепкое» не узнало, кто в него врезался. Она посмотрела вниз и увидела носы крупных ботинок из крокодиловой кожи. Уловила движение ног и развернулась как раз вовремя, чтобы мужчина не смог заглянуть за стопку бумаг. Теперь это её защитная крепость, её непреступный форт.

«Какого беса он тут делает? — судорожно соображала она. — Хотя… а вдруг не он?»

Додумав эту шальную мысль, она быстро, как ниндзя, выглянула из-за своего щита и тут же спряталась обратно.

«Бесы, бесы, бесы! — вертелось у неё в голове. — Ничего не налаживается! Галя, отмена! Я не готова!»

— Эй, ящерка, — голос раздался совсем близко. — Рад, что ты не простудилась.

Фима завертела головой в поисках источника звука и подпрыгнула на месте, обнаружив, что Красибор заглянул через стопку сверху и сейчас был похож на великана, готового разломать городские стены и проникнуть внутрь. Документы разлетелись бы, но Красибор, будто предвидев реакцию девушки, придержал Эйчаровскую падающую башню и спас Фиму от необходимости собирать все тридцать три тома с пола.

— Тише, тише, — он дождался, чтобы девушка восстановила равновесие, и, выставив руки перед собой, сделал шаг назад. — Не хотел тебя пугать.

— Ты и не напугал, — буркнула она, не готовая признавать очевидное. — И спасибо за кофту. Я собиралась занести её завтра в спортзал.

— Ну, можешь занести в НИИ, — он безразлично пожал плечом, — или себе оставь.

Желудок Фимы совершил тройное сально назад и идеально приземлился в левую пятку от перспективы оставить толстовку себе. Она сразу представила, как будет ночами обниматься с предметом одежды и вдыхать его аромат. Наваждение прошло так же быстро, как появилось.

«Вот уж нет, я гвоздику люблю только в огуречном рассоле, — напомнила она себе, искренне удивившись таким видениям. — Гормоны проверить что ли?».

— Принесу завтра, — буркнула она и попыталась обойти мужчину.

— Так давай помогу-то, — и это не было вопросом.

— Х-хорошо, — пролепетала Фима, вновь ругая себя мысленно. Теперь уже за то, что, возможно, не сможет больше есть огурчики без ассоциаций с Красибором. А она, чёрт побери, обожала солёные огурчики!

— Ещё семь шагов вперёд, — скомандовал мужчина.

— Стой, что? Я думала, ты донести поможешь, — Фима состроила недовольную гримасу стопке перед своим носом.

— Быть штурманом веселее, — хмыкнул Красибор.

И Фима ощутила две вещи: сначала то, какой он неприятный на самом деле тип, а потом и то, как его чары слабнут