Ведьмы в Драконьей Академии - София Балашова

— Ну? — Сестра заинтересованно приподнимает бровь, не отрываясь при этом от написания конспекта.

— Два слова: шариковые ручки. Прикинь, какие нам светят доходы? Разбогатеем быстрее, чем на зельях!

Аня обмакивает своё перо в чернильницу и отвечает:

— А где мы пластик возьмём?

— На кой фиг он нам сд… а, точно. Чёрт.

Ну капец, какой же облом! А я уже размечталась.

Хотя… можно, конечно, было попробовать сделать ручки с использованием металлического корпуса… Но насколько это будет рентабельно? Их себестоимость определённо будет очень высокой, так что, особо много мы не продадим… А ещё если соотнести потенциальную прибыль со всем связанным с их созданием геморром — станков и заводов в этом мире не водилось, так что всё, начиная от создания форм для литья и заканчивая сборкой, пришлось бы делать вручную, — то вообще выходит накладно.

Блин.

— Вы начертили схему? — Молас Сирош, наш преподаватель по змееведению, подходит к доске, вопросительно окидывая взглядом аудиторию.

Мы синхронно киваем.

— В таком случае, продолжаем. Отступите немного места под схемой — позже нам нужно будет сделать несколько заметок — и продолжайте ниже. Помимо описанных свойств мозга василисков, — кстати, я всё никак не могу понять, существ, у которых волосы превращаются в клубок змеёнышей, называют василисками? Я, конечно, не знаток всей этой темы, но разве василиск — это не тот, у которого змеиный хвост, раздвоенный язык и прочие гадости? Типа — эй! — те существа, которых видели мы с Анькой как бы Медузы Горгоны, разве нет? — Обращает на себя внимание слияние центрального мозга — мозга человеческой ипостаси — с мозгом змеиным. — Чего?! — Эта особенность обуславливает наиболее высокую, чем у представителей других рас, способность сознания сохранять свою целостность, поскольку в том случае, когда происходит распад мозга (травматизация, старость, смерть и так далее) процесс этот затрагивает в первую очередь змеиную часть, не успевая добраться до человеческой.

Однако… Это что же получается…

— У василисков не бывает старческого маразма, господин Сирош? — Поднимаю вверх руку, привлекая внимание преподавателя.

— Да, студентка. Возрастные изменения не затрагивают наш мозг.

— А что с псих… кхм, здравомыслием? Я имею в виду, типа видения, бредовые состояния… Таким василиски болеют?

— Нет, студентка. Если возникает нечто подобное, то тронувшуюся рассудком голову отрубают, и состояние заболевшего приходит в норму.

— А если отрубить все головы? То тогда василиски становятся, ну, как бы обычными?

— Разумеется, нет, студентка, — взгляд Сироша делается возмущённым. — Расу определяет не только строение мозговой ткани, но ещё иные физиологические особенности, регулируемые, как вы знаете, тоже мозгом. Поэтому если перестанет функционировать какая-то его часть, то и весь организм начнёт разрушаться. У вас ещё есть вопросы?

Я отрицательно мотаю головой. Кивнув, преподаватель продолжает лекцию.

— У меня есть вопросик, — наклоняясь ко мне, тихо шепчет Анька. — Как думаешь, они используют своих длинных, гибких и скользких питомцев во время того самого?

Мы с сестрой тихо хихикаем. Против моей воли фантазия тут же подкидывает мне парочку картинок из xeнтая, и я кривлюсь, что вызывает у нас новый приступ веселья.

Сидящая рядом с нами Ривера шикает.

Боже, детка, знала бы ты, почему мы смеёмся… Тоже угорала бы вместе с нами.

Отсмеявшись, мы с Анькой возвращаемся к конспектированию. После пары по змееведению нас ожидает моя любимая алхимия с нелюбимой практикой в оранжереи, а потом, наконец, долгожданные два дня выходных, на которые у нас были намечены грандиозные планы.

С момента начала занятий прошло уже почти три месяца, и мы с сестрой, наконец-то, более-менее освоились и даже обзавелись новыми связями. Помимо наших соседок, с которыми, кстати, нам удалось-таки подружиться, так что теперь мы делали вместе домашку и сплетничали вечерами, в нашем полку прибыло ещё несколько ведьмочек и пару ликантропок. Мы познакомились с ними на совмещённой паре по физподготовке где-то с месяц назад и держали почти ежедневный контакт — в основном, правда, на тему учёбы. Но иногда кто-нибудь из ведьм приглашал нас к себе на чай, или мы приглашали их, и разговоры между нами велись более личные.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Самой жирной сплетней в Драконьей Академии по-прежнему оставалось обучение здесь кронпринца. Первые пару месяцев, вследствие сильной загруженности по учёбе и адаптации к новому месту, наша ведьменская братия была сильно ограничена в возможности собирать необходимую для окопа информацию из параллельных учебных групп. Но теперь, когда студенты перезнакомились друг с другом и освоились на новом месте, новости о Его Шипастом Высочестве потекли, как из рога изобилия.

Во-первых, всеми с ним встречавшимися молодой наследничек описывался как чуть ли не Аполлон от Кархарской империи. Каким-то немыслимым образом, он умудрялся быть одновременно и высоким, и красивым, и умным, и добрым, и сильным — короче, хватать и сразу в койку.

Вторая немаловажная информация о кронпринце произвела в местном женском братстве ещё больший фурор. Его Императорское Высочество прибыл на учёбу не один, а в сопровождении таких же молодых тонких и звонких друзей-аристократов. Товарищи эти, по заверениям нашей знакомой драконицы, а по совместительству — одногруппницы монаршей особы, составляли правящую верхушку Кархара и были, несмотря на общеизвестную любовную особенность драконов, лакомыми кусочками для студенток и студентов (в свите Рорширха, как оказалось, затесалась и парочка наследниц крайне влиятельных фамилий) всей академии. А поскольку глаз мой был намётен и жаден, я сразу разглядела суть: спрос на нашу косметику будет огромным.

Похоже, настало время разрабатывать наш бизнес-проект.

* * *

Ай! Проклятая коряга! Кто вообще мог допустить беспорядочный рост спрятанных по снегом коряг на территории элитной академии?!

Усиленно потираю раненную ногу, сгоняя ноющую боль. Капец. Ещё и темень на улице такая, что не видно не зги! Просто шик.

Угораздило же меня профукать медальон сегодня на алхимии! Теперь вместо того, что бы сидеть с девками и слушать последние сплетенки, я вынуждена бродить прям посреди ночи по двору академии, рискуя переломать себе к чертям все ноги!

Я такая сейчас злая, просто слов нет…

Перепрыгиваю через очередной подозрительно уставившийся на меня заснеженный выступ. Внезапно ударивший в спину ледяной порыв ветра придаёт мне ускорения, и я оставшуюся часть пути до оранжереи практически бегу.

Приблизившись к заветному зданию, приступаю к осмотру.

Дьявол бы побрал этот медальон. Вечно у меня с ним какие-то проблемы, просто не могу себя никак приучить его носить. Чего я только не перепробовала: и надевала на шею, и