Ловушка для видящей - Ти Шарэль

Сжала зубы и пошла на выход.

— Пристегнись, — окинув меня быстрым внимательным взглядом, скомандовал шеф.

Послушно щёлкнула карабином, старательно глядя перед собой. Виктор Андреевич включил радио и, к моему облегчению, про подарок не заикнулся.

— Куда мы едем? — спросила через некоторое время, заметив, что машина удаляется от города.

— Мне нужно встретиться со своим бывшим коллегой. Это ненадолго. Потом заедем в ещё одно место. Вернемся до темноты.

Здания, к которым мы подъезжали, были также обнесены электрическим защитным забором, как и наша тренировочная база. Но пропускной режим здесь было гораздо более строгим. Мы потеряли не менее получаса, пока проехали пропускной пункт и припарковались около самого большого корпуса.

— Ты идёшь со мной, — поставил меня в известность начальник и вышел из машины раньше, чем я успела возразить.

Молча вышла из заботливо открытой машины и пошла следом за шефом. Здание почему-то вызывало у меня неприятные чувства — смесь тревоги и страха.

— Что здесь? — не удержалась от вопроса.

— Научный центр ведомства, — коротко ответил начальник.

Вот оно что. Лаборатории. В таких центрах пытались изучать сущности. И видящих. Никто так и не понял, что лежит в основе нашего необычного зрения. Может потому, что добровольцев для испытаний находилось не так много?

Лаборатория была действующей. Мимо нас несколько раз проходили люди, и за матовыми стеклами по обоим сторонам коридора почти везде горел свет.

Чем отличалась очередная дверь от предыдущей, я не поняла, но шеф уверенно остановился напротив нее и коротко постучал.

— Виктор, — поднялся нам навстречу сухой мужчина восточной внешности.

— Айт, — протянул ему руку начальник и представил меня:

— Это Святослава, видящая из моего управления.

— Айтмагамбет Нурланович, — сам представился мужчина, аккуратно пожимая мою ладонь.

— Очень приятно, — пробормотала я, тайком оглядываясь. Кабинет был любопытным — инструменты, колбы, установки и приборы. Воспользовавшись тем, что мужчины увлеклись разговором и не обращают на меня внимания, я пошла вдоль стены, разглядывая устройства, большая часть которых была абсолютно непонятного назначения.

Не знала, что Вик работал с лабораториями. Хотя, что тут странного, образование у него было техническим, узко направленным на изучение сущностей. Я только думала, что он работал здесь также в управлении, но точно этого не знала. Выходила из комнаты, если Ярик начинал рассказать родителям о работе друга. Слава Пречистому, я это переросла.

— Держи, Виктор, — говорил мужчина шефу, когда я вернулась к ним, — могу дать не больше двенадцати штук — мы их ещё даже по столице не распределили.

— Спасибо, Айт, я не забуду, — кивнул шеф и забрал из рук бывшего коллеги небольшую коробку.

— Что там? — спросила я уже в машине.

— Новые щиты. Завтра как раз опробуем на площадке.

— Щиты? — я покосилась на коробку. Айт… в общем, бывший коллега шефа сказал, что в ней двенадцать щитов. Те щиты, которыми были оснащены оперативники были настолько массивными, что некоторые бригады даже отказывались от них в пользу мобильности.

— Да, новая разработка. Очень перспективная. Завтра оценишь.

— Ясно. А теперь куда?

— Теперь, как обещал еще в офисе — праздновать твой день рождения.

— Обещали? Виктор Андреевич, честное слово, не стоит беспокоиться.

— Что ты, Святослава, никакого беспокойства, сплошное удовольствие.

Уставилась на шефа с подозрением.

— Понравился подарок? — спросил он, не глядя на меня.

— Красивый, — ответила я честно, — но выбор странный.

— Почему?

— Такие подарки не дарят сотрудникам.

— Верно.

— Виктор Андреевич, я никогда не любила ребусы…

— Я помню, — неожиданно тепло улыбнулся он, — тебе никогда не хватало терпения.

— И?

— Будь чуть терпеливее, скоро все узнаешь.

Примерно через час, не заезжая в столицу, мы припарковались на подземной парковке огромного развлекательного комплекса.

Пока поднимались на эскалаторе, я молчала, с любопытством оглядываясь. Кинотеатры, боулинг, игровые автоматы, детские лабиринты.

— Это правда каток? — удивилась, когда мы добрались до верхнего этажа.

— Только не говори, что разлюбила, — сказал шеф, легко улыбаясь.

— Не буду, — покачала головой, — но несколько лет на коньки не вставала.

Пока я разглядывала каток и немногочисленных посетителей, шеф ушел за коньками. Я подняла голову и замерла, завороженная. Над нами царила ночь. Большинство людей никогда не видели ночного неба вживую, только через оконные стекла, а здесь все выглядело настоящим: мерцающие звёзды, лёгкие почти невидимые облака, темная бесконечная синева.

Даже не заметила, как вернулся шеф. Вздрогнула, когда он опустился передо мной на колени.

— Важно плотно зашнуровать коньки, Свята, — наставительно сообщило начальство. — Не хватало нам растяжений.

Безропотно проследила, как он обувает меня как маленького ребенка, тщательно затягивает коньки. Потом мне помогли подняться и отправили на лёд.

— Покатайся немного, я сейчас тоже приду.

Проехала круг, привыкая. В детстве мы часто ходили на каток — и с родителями, и с подружками. Но больше всего мне нравилось кататься с Яриком и Виком. Каждый такой поход оборачивался шумным приключением с догонялками, играми и снежками.

— Держи, — Виктор Андреевич догнал меня и резко развернулся прямо передо мной, продолжая двигаться вперёд спиной.

— Я смотрю, вы навык не растеряли, — хмыкнула я, принимая у него из рук высокий бумажный стаканчик. Приятно горячий.

— Навыки, заложенные в детстве — самые надёжные, — рассмеялся он.

Отвернулась. Не хочу видеть его таким — слишком похожим на себя прошлого — того, в кого я по глупости так отчаянно влюбилась. Осторожно отпила напиток — пряно-ванильный, сливочный. Мой любимый.

— Откуда…

— Просто помню.

Он все также скользил передо мной, изредка оглядываясь, чтобы не врезаться в других посетителей. А потом освещение мягко потухло, а медленная музыка стала чуть громче. Мы оказались в ночи, под открытым небом, окружённые лишь мелодией и светом мерцающих звезд.

И это было действительно трогательно. Как будто я вернулась в прошлое, где все безоблачно и ясно, а призраки кажутся редкими существами, которых можно и не встретить ни разу в жизни. Легко вообразить, что я провожу обычный выходной рядом с любимым мужчиной, который по-настоящему заботлив и внимателен, вот только…

Наверное, я сильно злопамятна, а может, просто переросла свою первую влюбленность. Или просто выросла.

— О чем думаешь, Свята?

— Честно?

— А можешь по-другому?

— Не могу, — улыбнулась немного грустно. — Думаю, что была бы счастлива провести такой день лет пять назад.

— А сейчас?

— Все хорошо, правда. Просто, несколько поздно.

— Поздно будет, когда нас станет, Свята. Пока мы живы, всегда можно что-то изменить. Просто расслабься.

И я послушалась.

Возвращались мы уже в лёгких сумерках, за пределами комендантского часа.

— Переоденься и попробуем щиты, — сказал Виктор Андреевич, помогая мне выйти из машины.

— Что, правда?