Сердце вне игры - Никки Лоусон

Наши братья фанаты хоккея, но Дерек гораздо более преданный фанат, чем Джош. Он приглашал меня на несколько игр на протяжении многих лет, но я никогда не ходила с ним.

— Кроме того, — добавляю я. — Меня наняли в качестве медиа-менеджера, и я действительно много знаю о социальных сетях, так что не считаю недостаток знаний о хоккее такой уж большой проблемой. Тем более что у меня есть время до понедельника, чтобы вбить в голову как можно больше информации о команде.

— О боже, Дерек будет в восторге от этого, — усмехается сестра. — В любом случае, я так рада за тебя. Похоже, это будет хорошим шагом в твоей карьере, и этот опыт может быть захватывающим. Хорошо выйти из зоны комфорта и попробовать что-то новое.

— Точно, — соглашаюсь я. — А кто знает? Может быть, где-то внутри меня живет сумасшедшая хоккейная фанатка, которая просто умоляет, чтобы ее выпустили.

— Да, возможно, — я слышу ее ухмылку по телефону. — О, подожди. Эйприл тянет руку. Она хочет телефон.

Я немного приподнимаюсь.

— Точно, дай мне поговорить с ней!

Слышится шаркающий звук, когда моя сестра передает дочери телефон, затем раздается голос Эйприл, громкий и резкий. Она до сих пор не совсем усвоила, как не кричать в динамик, когда разговаривает со мной по телефону. Не то чтобы я была против. Я нахожу почти все, что делает этот ребенок, просто восхитительным.

— Привет, тетя Марго! — кричит она. — Это Эйприл!

— Привет, обезьянка. Как поживает моя любимая племянница?

— Холошо… — говорит она, потому что так она до сих пор произносит «хорошо», не выговаривает букву «р».

— Можешь поздравить свою тетю, — слышу я голос Хизер на заднем плане. — Она получила новую работу!

— Поздлавляю, — отвечает Эйприл, картавя.

Я смеюсь.

— Спасибо, милая булочка! Я очень взволнована из-за этого.

— Когда ты придешь ко мне? — спрашивает она.

— Скоро, — говорю я. — Как только начну эту новую работу, какое-то время буду немного занята, но обещаю приехать в Боулдер, чтобы побыть с вами, хорошо?

— Ура! — восклицает Эйприл. — Тетя Марго говорит, что скоро приедет!

— Хорошо, а теперь верни маме телефон, — говорит Хизер на заднем плане. Эйприл хныкает, и по звукам борьбы, доносящимся после этого, и измученному вздоху сестры у меня возникает ощущение, что Эйприл отказывается отдавать телефон. После нескольких секунд метаний туда-сюда, а затем угрозы отобрать послеобеденное угощение Эйприл, телефон выпадает, и голос моей сестры звучит громко и отчетливо. — Хорошо, я вернулась.

— Не отнимай у нее угощение! — кричу сестре. — Мне будет так плохо, если я буду причиной того, что она потеряла послеобеденное угощение.

— Ты действительно балуешь этого ребенка. Ты знаешь, что это неправильно?

— Вот для чего нужны тетушки.

— Я слышала, как она спросила, когда ты приедешь в следующий раз, — говорит Хизер, меняя тему. — На самом деле я задавалась тем же вопросом. Как и мама с папой.

— Скоро, — повторяю я. — Хочу провести некоторое время на этой работе и встать на ноги, но как только я устроюсь и подстроюсь под рабочий график, приеду в гости на какие-нибудь выходные.

— Мама будет в восторге, — говорит Хизер. — Вообще-то, ты должна позвонить ей после того, как мы договорим. Она обязательно захочет узнать о твоей новой работе. И если в следующий раз, когда я позвоню ей, рядом будет Эйприл, она проболтается, прежде чем ты сама сообщишь маме новости. Ты же знаешь, что мой ребенок не умеет хранить секреты.

— Это верно, — я смеюсь, думая о склонности Эйприл выбалтывать все, что у нее на уме.

— Итак, расскажи мне больше об этой работе! Они говорили что-нибудь о том, как будет выглядеть твоя будничная жизнь?

— Не совсем, — я откладываю телефон, сажусь и беру ноутбук с журнального столика. Теперь, когда Хизер упомянула об этом, мне любопытно узнать больше о команде. — Но это не то, что поисковик Google не может исправить.

Подгибаю под себя ноги и открываю компьютер, начиная расследование. Сначала просто ввожу название команды в строку поиска, и появляется список статистики. Я не сразу понимаю, на что смотрю, но чем больше просматриваю страницу, тем больше начинаю понимать.

— Вау, — говорю я.

— Что?

— Они довольно хороши. По крайней мере, если эти цифры означают то, что я думаю. И с начала сезона у них была серия побед.

Я ухожу с этого сайта и возвращаюсь к исходному поиску. Нажимаю на первую всплывающую учетную запись в социальной сети, затем пролистываю серию плохо освещенных фотографий раздевалки и дрянные рекламные истории о том, чем игроки занимаются в межсезонье.

— Угу, — я морщу лицо. — Отсутствия у них социальных сетей усложняет поиск.

— Замечательно! — говорит Хизер.

— И чем же?

— Ну, значит, у тебя нет другого выбора, кроме как узнать их лично! Это должно помочь избавиться от напряжения между вами. В любом случае, сколько игроков в нормальной хоккейной команде?

— Без понятия, — я прикусываю губу, пролистывая еще несколько результатов поиска. — Мне нужно проверить фотографии команды, и я их посчитаю. Одну секунду.

Я нажимаю «изображения» в заголовке в верхней части поиска Google, и мой экран заполняется фотографиями команды в сине-черно-белой форме. Нахожу фотографию того, что выглядит как весь состав, и пытаюсь сосчитать, идя по строке слева направо, но картинка получается слишком размытой, и мне кажется, что я случайно считаю одного из них дважды. Поэтому нажимаю на другую фотографию и открываю ее на отдельной странице, чтобы она занимала весь экран ноутбука.

Теперь я могу лучше рассмотреть каждого игрока в отдельности.

— Один, — говорю я вслух, двигая курсором по мере того, как прокладываю себе путь. — Два, три, четыре, пя…

Вторая половина слова застревает у меня в горле, я начинаю задыхаться.

Курсор нависает над лицом пятого игрока слева, и мои глаза расширяются. Не могу в это поверить. Это тот парень. Парень из лифта. Я смотрю в его прекрасные голубые глаза, и он улыбается мне в ответ той же уверенной улыбкой, которую мельком увидела сегодня.