Когда сталкиваются звезды - Карина Шнелль

– Ах, так вот что значит «двуязычная провинция»! – Глаза в зеркале сверкнули на меня вызывающе.

Окей, эта игра и мне подойдет. Я обратился к Марли:

– Она всегда такая?

Рейчел фыркнула. А вот уголки губ Марли дрогнули.

– Нет. Только когда ее долго не кормят шоколадом.

– Эх, надо было хоть сникерс с собой взять. А что еще мне следует знать?

– Вообще-то у Рейчел крепкие моральные устои, – объяснила Марли. – В сентябре она начинает изучать юриспруденцию в Нью-Йорке, чтобы впоследствии стать адвокатом и бороться за права женщин, против дискриминации в оплате труда и домашнего насилия.

Захваченный врасплох, я взглянул на Рейчел новыми глазами.

– Ничего себе!..

– Я просто хочу, чтобы женщины не испытывали проблем по причине указанного при рождении пола, – прервала меня Рейчел. – Точно так же не должно быть дискриминации по причине происхождения. Равные права и одинаково уважительное отношение. Постоянная дискриминация и проявление излишней опеки – это просто смешно.

Мое изумление снова трансформировалось в протест.

– Излишняя опека? Не знал, что придержать для женщины дверцу машины или помочь донести чемодан – преступление.

Рейчел закатила глаза.

– Как будто мы сами на это неспособны!

– Многие женщины хотят делать такие вещи сами, – дипломатично возразила Марли. – Возможно, мужчинам не следует всегда исходить из того, что мы слабее них и нуждаемся в помощи.

– Бесполезно, Марли, – вмешалась Рейчел. – Не поймет, даже если ты ему объяснишь на пальцах. Судя по заготовленным репликам, парень прочно застрял в восьмидесятых.

– Неужели? – Я с вызовом уставился в зеркало заднего вида. – А почему бы не попытаться объяснить? Вот тогда и посмотрим.

– Потому что ты всю жизнь исповедуешь сексизм, сам того не замечая. Это общая проблема нашего общества.

– Серьезно? А может, все дело в том, что ты считаешь себя умнее других, мисс «студентка юрфака»?

– Ты сказал, не я, – фыркнула Рейчел.

Однако по надменной гримасе можно было догадаться – именно так она и думает. Все мои школьные годы я бесчисленное количество раз ловил на себе подобные взгляды. Во мне видели клише тупого футболиста, который больше ни на что не годен. Сейчас это воспринималось особенно болезненно, так как в последние годы я бездумно способствовал поддержанию нелестного имиджа. Во что я превратил свою жизнь? Однако Рейчел не знала, что я работаю в местном супермаркете и не имею реальных перспектив на будущее, а сам я о своих страданиях ей ни в коем случае докладывать не стану. Лучший способ защиты – по-прежнему нападение.

– Ой-ой! – презрительно хмыкнул я. – Не знал, что бывают настолько предсказуемые городские цыпочки.

Я обманулся, или уголки губ Рейчел дрогнули? Неужели ей действительно смешно? Она повернулась к Марли, которая тем временем испуганно наблюдала за нашей пикировкой.

– Он что, только что назвал меня городской цыпой? – Рейчел удостоила меня скучающей ухмылкой. – Ничего более оригинального в голову не пришло?

– Значит, я попал в точку!

Она опять фыркнула.

– И ты поверил, что меня это задело? И по-другому обзывали!

– Почему я не удивлен?

– Ты один из пикаперов старой школы, которые верят, будто можно уломать женщину, оскорбляя ее? Дурацкие мачистские замашки…

– У-уф… Не так я представляла себе дорогу домой, – заметила Марли.

Мы оба ее проигнорировали.

– Солнце мое, ты играешь не в своей лиге. – Рейчел через зеркало испепеляла меня взглядом.

– Охотнее поверю, зайка, что ты по недоразумению решила, будто я тобой интересуюсь. – Я перешел в контратаку.

– Ого! – пробормотала Марли вполголоса.

– Может, все-таки дело в том, что ты пытаешься ко мне таким неуклюжим способом подкатить?

– Мимо кассы. На таких женщин, как ты, я не западаю.

– Таких женщин, как я? – Ее голосок возвысился до опасного уровня. Подобные интонации я знал от мамы и ее сестер. Мне нужно тщательнее подбирать слова, если жизнь дорога́.

Марли, похоже, тоже это знакомо.

– Ладно, подведем итог. Ты на нее не запал, она на тебя тоже. Выяснили и вздохнули с облегчением. Теперь можно сменить тему.

Я видел, как она положила руку на плечо Рейчел, желая успокоить. Та еще пару секунд сверлила меня глазами в зеркале. Ни один из нас не хотел отводить взгляд первым.

Во мне боролись противоречивые чувства. Охотнее всего я крикнул бы в лицо Рейчел, что она высокомерна и избалована и что я с такой девушкой никогда не пожелал бы встречаться. И в то же время столь же охотно притянул бы ее к себе и поцеловал. К лицу прилила кровь. Что эта женщина со мной сделала? Полчаса как знакомы, а она уже не раз вывела меня из себя. Нужно срочно успокоиться.

Я в последний раз взглянул на Рейчел в зеркало заднего вида, и она сверкнула глазами в ответ на мой страстный призыв. Хорошо, что мы не успели зайти дальше, прежде чем я понял, что это за штучка. Конечно, сексуальна до потери пульса, однако отсюда не следует, что мы с ней совместимы.

Я размял побелевшие пальцы – они слишком крепко сжимали руль. На пластике остались влажные следы. Сосредоточился на дороге, по счастью прямой почти на всей протяженности, и на том, чтобы унять бешено стучащее сердце. И до самого дома Марли больше не вмешивался в разговор девушек.

7. Рейчел

– Ух ты! Это и есть наш дом?

Я вжалась носом в стекло.

Блейк, этот напыщенный болван, привез нас к чудесному домику, обшитому вагонкой нежно-зеленого цвета, с белыми оконными рамами. Несмотря на скромные размеры, двухэтажный; причем фронтонные окна почти на всю ширину второго этажа. А еще имелась веранда с тонкими деревянными колоннами, также выкрашенная белой краской, где стояли маленький столик и стулья. Дом окружали заросли цветущих кустарников. Он напомнил мне ферму в книге «Энн из Зеленых Крыш»[2]; я словно попала в девятнадцатый век.

Марли кивнула, сияя от радости.

– Наш дом на ближайший месяц.

Мы вышли из машины.

– Как тебе удалось найти такое жилье?

– Не радуйся преждевременно. Дом очень старый и срочно нуждается в ремонте. Потому он и не такой дорогой, как остальная недвижимость в Сент-Эндрюсе, – хохотнула Марли. – Я арендовала его через одну из знакомых доктора Сью, моей начальницы. В маленьком городе самое главное – знать нужных людей.

Марли заговорщицки подмигнула. Подруга несколько недель проработала в местной ветклинике, где ей настолько понравилось, что она решила в дальнейшем изучать ветеринарию. А вот собственным пристанищем до