Искорка надежды - Софья Коваль

Старик вздохнул и начал объяснять:

— Порталы, через которые мы привели вас, требуют много энергии. Они, как правило, безвозвратно отбирают жизненные силы, — он вздохнул. — Поэтому я выгляжу, как старик.

— Сколько же вам лет? — спросила я почти шёпотом.

— Смею спросить вас, как вы думаете, сколько мне лет? — его тонкие губы тронула лёгкая, едва заметная улыбка.

Я не долго думала над ответом. Мне почему-то казалось, что я знаю важную деталь, которая вертится на кончике языка, но не может слететь.

— Семьдесят? — старик улыбнулся шире, и его глаза засияли, наполнились жизненной силой, словно под оболочкой находится озорной ребёнок.

— Я поступил на службу богам незадолго до вашего рождения, тогда мне было всего двадцать лет, — взгляд священника стал рассеянным. — Я был самым молодым жрецом из гильдии.

— Но как же так?

— Это очень сложная процедура. Первые два перехода отняли у меня большую часть непрожитых лет. Я вернулся уже седым и в морщинах. Когда я был послан за вами, то был вынужден просить помощи у своих помощников. Иначе я бы мог погибнуть, так и не приведя вас сюда.

— Но зачем вы вообще ввязались во всё это? — я не могла представить, что должно руководить человеком, чтобы намеренно сократить свой отпущенный срок.

— Я лишь действовал по велению богини.

— Объясните?

— Есть легенда, что богиня Кама любила бога Миаля. От их страсти родились мальчик и девочка. Родители подарили своим детям государство. Но было у них одно важное условие: пока в роду от крови богов есть наследник и наследница, то процветать этому государству, если же нет, то погибнуть ему от холода мёртвых земель. И носители крови богов исполняли наказ. Брат женился дважды, и от каждого брака было по сыну и дочери, сестра вышла замуж и понесла дочь.

Я стояла, раскрыв рот. Казалось бы, просто красивая легенда.

Старик лишь посмотрел на меня и улыбнулся, на его лице появилось ещё больше морщин.

— Что я должна была понять? — как ни хотелось выставлять себя тупой, у меня это получилось виртуозно.

— Я рассказал вам часть истории ваших земель. Начало вашего рода.

— В моей крови… стоп, моя кровь… я носитель крови богов? — старик, если его теперь можно так называть после открывшейся истории, многозначительно посмотрел на меня. — Но разве у отца нет никого из близких? Разве нет дальней тётушки или сестры? Хотя бы кузины?

— У господина Генриха была сестра, но она скоропостижно скончалась после вашего рождения. Если верить легенде, то вы должны принести баланс в этот мир.

— Невероятно…

— Так о чём вы хотели со мной поговорить? — быстро перевёл тему жрец, словно не он сейчас возложил на мои плечи великую миссию.

— Мне нужен совет. Я встретилась с родителями, и никакой любви от них не почувствовала. Они даже объяснять ситуацию не захотели, сразу объявили о моей скорой свадьбе с каким-то принцем.

— Ваше Высочество…

— Фрея! — перебила старика.

— Хорошо, Фрея, поймите. Всё это время, пока Ри и вы жили далеко за пределами материка, здесь шла война. Теперь же появился шанс прекратить кровопролитие ни в чём не повинных детей.

— Я понимаю, но разве нельзя найти другой выход? Почему сразу свадьба? В моём мире брак заключается по любви, а не ради сделки.

— Разве никогда не было прецедентов?

— Было, но в некоторых странах это даже незаконно.

— Вот вам мой первый совет — прекратите сравнивать. Каждый мир индивидуален. В таких мелочах, как культура, искусство или положение в обществе. Я вздрогнула и резко обернулась на голос. За моей спиной стоял Даат, выжидающе глядя на меня. Казалось, за какие-то полдня он постарел лет на десять.

— Вы хотели меня видеть? — равнодушно спросил старик.

— Я… Что? Да… Мне нужно… — мысленно ругая себя за растерянность, я не могла не спросить: — С вами всё в порядке?

— Да, — коротко ответил он.

Я почувствовала, как между бровей залегла вопросительная складка. Сжав губы, я надеялась, что мой вид ясно даёт понять, что я недовольна таким ответом.

Старик вздохнул и начал объяснять:

— Порталы, через которые мы вас привели, требуют много энергии и, как правило, безвозвратно отбирают жизненные силы, — он вздохнул, — поэтому я выгляжу как старик.

— Сколько же вам лет? — спрашиваю почти шёпотом.

— Смею спросить вас, как вы считаете, сколько мне лет? — Его тонкие губы тронула лёгкая, едва заметная улыбка.

Я не долго думаю над ответом, почему-то мне кажется, что я знаю важную деталь, а слепая догадка крутится на кончике языка и не может слететь.

— Семьдесят? — Старик улыбнулся шире, и его глаза засияли, наполнив его жизненной силой, словно под оболочкой находится подросток, озорной ребёнок.

— Я поступил на службу Богам незадолго до вашего рождения, тогда мне было всего двадцать лет, — взгляд священника стал рассеянным, — я был самым молодым жрецом из гильдии.

— Но как же так?

— Это очень сложная процедура. Первые два перехода отняли у меня большую часть непрожитых лет. Вернулся я уже седой и в морщинах. Когда же я был послан за вами, я был вынужден просить помощи у своих помощников. Иначе я бы мог погибнуть, так и не приведя вас сюда.

— Но зачем вы вообще ввязались во всё это? — Я не представляю, что должно руководить человеком, чтобы намеренно сократить свой отпущенный срок.

— Я лишь действовал по велению Богини.

— Объясните?

— Есть легенда, что Богиня Кама любила Бога Миаля, от их страсти родились мальчик и девочка. Родители подарили своим детям государство. Но было у них одно важное условие: пока в роду от крови богов есть наследник и наследница, то процветать этому государству, если же нет, то погибнуть ему от холода мёртвых земель. И носители крови богов исполняли наказ. Брат женился дважды, и от каждого брака было по сыну и дочери, сестра вышла замуж и понесла дочь.

Я стояла раскрыв рот. Казалось бы, просто красивая легенда.

Старик лишь посмотрел и улыбнулся мне, на лице появилось ещё больше морщин.

— Что я должна была понять? — Как не хотелось выставлять себя тупой, у меня это получилось виртуозно.

— Я рассказал вам часть истории ваших земель. Начало вашего рода.

— В моей крови… стоп, моя кровь… я носитель крови богов? — Старик, если его теперь можно так называть после открывшейся истории, многозначительно на меня посмотрел. — Но разве у отца нет никого из близких? Разве нет дальней тётушки или сестры? Хотя бы кузины?

— У господина Генриха была сестра, но она скоропостижно скончалась после вашего рождения. Если